Готовый перевод Sunny Breeze Ice Cubes / Солнечный ветерок: От тайной любви к явной: Глава 9

Прежде чем он успел упасть, чья-то сильная рука обвила его за талию и притянула обратно, и его спина вреглась в крепкую грудь.

Лин Тянь вовремя протянул руку, обнял Линь Фэна, и они приземлились, сделав пару шагов назад, чтобы удержать равновесие.

– Ты в порядке?

Лин Тянь прижимал Линь Фэна к себе со спины, его вспотевшая спина плотно прилегала к горячей груди, а заботливые слова прозвучали прямо над ухом.

Под двойным ударом этой интимной, двусмысленной позы и низкого грудного голоса Линь Тяня всё лицо Линь Фэна покраснело до самых корней волос. Он в панике попытался разжать руку Лин Тяня, обнимавшую его за талию, чтобы вырваться.

Но Лин Тянь сжимал объятия всё крепче, и его рука, словно отлитая из свинца, намертво застыла на месте — её было невозможно сдвинуть.

Линь Фэн страшно растерялся, свирепо рявкнул: «Отпусти!», и отчаянно забился.

Сам Лин Тянь изначально ничего особенного в этом не видел — он просто оказал услугу. Но, заметив такую бурную реакцию и покрасневшее отчаянное лицо, напомнившее ему маленького тигрёнка, который угодил в ловушку, скалит зубы и топорщит шерсть, но совершенно не опасен, он нашёл это невероятно забавным — совсем не похожим на его обычный заносчивый и раздражающий вид. Это было куда интереснее. И тогда у него внезапно возникла озорная мысль: можно сказать, это была маленькая месть за то, что тот доставлял ему столько хлопот весь последний месяц.

Поборовшись какое-то время, Линь Фэн выбился из сил и, словно сдаваясь, обмяк в объятиях Лин Тяня, обессиленно выдохнув:

– Да что ты… отпусти меня…

Вдоволь нашутившись, Лин Тянь наконец разжал руку и отпустил его, а затем произнес:

– Ты ведь не обедал, раз такой доходяга. Пошли, я отведу тебя поесть.

Уход из объятий Лин Тяня вызвал у Линь Фэна лёгкую досаду, но эти слова заставили его глаза засиять. Сделав вид, будто он некоторое время раздумывает, он подавил охватившее его волнение и согласился, после чего последовал за Лин Тянем с баскетбольной площадки в сторону торговой улицы.

Лин Тянь хорошо знал эти места и привёл его в чайный ресторан, куда часто захаживал сам. Сам он уже пообедал, поэтому заказал лишь немного закусок и напитков, а Линь Фэн набросил несколько блюд и основное — он был голоден так сильно, что желудок, казалось, прилип к спине.

Пока ждали заказ, оба какое-то время молчали. В конце концов, раньше у них не было таких дружеских отношений, чтобы они могли вот так спокойно сидеть и вместе ужинать. Попадись они сейчас на глаза кому-нибудь из одноклассников из обоих классов, у тех наверняка отвисли бы челюсти.

Линь Фэн по привычке продолжал держать фасад своего обычного образа и, желая отыскать тему, которая была бы интересна Лин Тяню, непринуждённо бросил:

– Эй, а где ты научился играть в баскетбол?

– Не учился.

– Не ври мне. У обычного старшеклассника не может быть такой техники.

– Это ты сейчас хвалишь мою игру? – Лин Тянь изогнул губы в улыбке.

Линь Фэна тут же ослепила эта улыбка, и его речь мгновенно сбилась:

– Т-ты о чём вообще думаешь!

– Если говорить об учёбе, то можно сказать, и учился. Несколько лет назад я жил в Америке, и прямо возле моего дома была баскетбольная площадка. Туда часто приходили играть старшеклассники, я присоединялся к ним и так набрался кое-каких навыков. Позже выяснилось, что те парни состояли в лучшей местной баскетбольной команде и выигрывали национальный чемпионат.

– …Ну и везунчик же ты…

– Удача — тоже обязательное условие для успеха, – с совершенно серьёзным видом изрёк Лин Тянь.

Линь Фэн даже нашёлся что ответить. В этот момент принесли еду, и его взгляд тут же приковался к тарелкам, заставив то и дело сглатывать слюну. Он украдкой бросил взгляд на Лин Тяня: ладно, в конце концов, тот и так давно о нём был невысокого мнения, какая теперь разница, как он выглядит во время еды?

В итоге, устроив беспощадный разгром на тарелках и совершенно забыв об имидже, Линь Фэн откинулся на спинку дивана, громко икая.

Лин Тянь позвал официанта, чтобы расплатиться. Линь Фэн сначала хотел заявить, что угощает он, но подобная вежливость казалась неуместной для того образа, к которому Лин Тянь привык, и могла вызвать подозрения, поэтому он не стал спорить из-за счёта, а лишь сказал:

– Спасибо. В следующий раз я тебя угощу.

Забрав у официанта сдачу, Лин Тянь невозмутимо ответил:

– Не нужно. Если больше ничего нет, я пойду.

Линь Фэн не мог придумать новых поводов для затягивания встречи: в баскетбол сыграли, поели, даже побывали в тесном физическом контакте с Лин Тянем. Чувство удовлетворения от сегодняшнего дня превосходило всё, что он испытал за последние два года вместе взятые.

Оставалось лишь произнести:

– Хорошо, я тоже пойду домой.

С этими словами они оба поднялись, у входа заурядно попрощались и разошлись в противоположные стороны.

Пройдя несколько шагов, Лин Тянь бросил взгляд на стеклянную витрину сбоку и заметил в её отражении фигуру Линь Фэна, который неподвижно стоял чуть позади, лицом к нему, провожая его взглядом.

Лин Тянь едва заметно вздохнул.

Он был не глуп. После сегодняшних проверок и намёков Лин Тянь теперь мог с уверенностью сказать: Линь Фэн в него влюблен.

Стоило ему хоть немного проявить внимание, как эта сияющая в глазах симпатия становилась совершенно невозможной скрыть.

Вспоминая все те неприятные выходки, которыми Линь Фэн донимал его последние два года — возможно, лишь ради того, чтобы привлечь к себе внимание — Лин Тянь чувствовал, что больше не должен испытывать к нему раздражения.

Но на этом всё.

В конце концов, то, что Линь Фэн любит его, вовсе не означало, что он обязан ответить тем же.

Начавшиеся летние каникулы Линь Фэна прошли в точности так, как и предсказывал Тан Цзинвэнь: за исключением выполнения уроков и учёбы, он практически проспал их, из-за чего чуть не опоздал в первый же день занятий в выпускном классе.

Стоило ему войти в класс первой категории, как он заметил несколько незнакомых лиц.

В школе Синьчжу перед третьим, выпускным годом обучения проводили перераспределение классов на основе успеваемости. Большинство учеников первого класса остались на прежних местах, слабых учеников перевели в другие классы, а взамен перевели ребят с верхних строчек школьного рейтинга из других потоков.

Об этом расписании объявляли ещё в прошлом семестре, и тогда первый класс даже устроил прощальный ужин, но больше всего Линь Фэна огорчало то, что Лин Тянь к ним так и не попал.

Его оценки неизменно держались в первой десятке по параллели, чего было более чем достаточно для перехода в первый класс, однако он наотрез отказался, и учителя ничего не смогли с этим поделать, оставив его в третьем классе.

Эх, реальность оказалась совсем не похожа на романтические истории, где любимый человек чудесным образом оказывается в твоем классе да еще и за одной партой, положив начало прекрасным отношениям — всё это было обманом. Каждая новая встреча с Лин Тянем давалась ему исключительно благодаря упорной борьбе и попыткам ухватиться за любую возможность.

Как нельзя лучше подходила фраза: между нами изначально не было судьбы, всё держалось лишь на моём упорстве.

Будни после начала учебы стали ещё более тоскливыми и однообразными: бесконечные домашние задания и стопки тестов, маленькие экзамены каждые три дня и большие каждые две недели. Даже для такого гения, как Линь Фэн, подготовка уроков затягивалась до одиннадцати вечера, что уж говорить об остальных — жизнь превратилась в сущий кошмар.

http://bllate.org/book/35948/4452926