Готовый перевод Reverse Trap / Обратная ловушка: Глава 18

Фан Шо полуобернулся и с горестным стоном прижал к груди планшет:

— Ну как так-то?! Почти поцеловались, самую малость не дотянулись! Почему серия закончилась?!

Заметив, что приятель молчит, Фан Шо резко повернулся и уставился на Чэн Муцзэ, застывшего с абсолютно отсутствующим видом. Почувствовав неладное, он спросил:

— Ты чего замер?

Сфокусировав взгляд и пытаясь скрыть смущение, Муцзэ поднялся и направился к кулеру:

— Пить захотелось.

Голос Фан Шо доносился откуда-то сзади, но слова пролетали мимо ушей, не задерживаясь в сознании. Муцзэ до упора зажал рычажок. Мерный шум струи, бьющей о дно стаканчика, помог ему мысленно вернуться к сегодняшнему происшествию.

Поправив ему очки, Шэнь Цзиньчжи сразу повернулся к студенту, который его задел, и заговорил с ним своим обычным мягким тоном — будто ничего не произошло. «Поправить очки — это флирт?» Даже если кто-то и усмотрел бы здесь кокетство, к ним двоим это точно не имело никакого отношения.

Звук наливающегося кипятка становился всё тоньше, предупреждая, что стакан почти полон. Муцзэ поднял его и выпил всё до капли, почувствовав мгновенное облегчение.

— Кстати, — Фан Шо отложил планшет и перешёл к делу. — Я сегодня в ленте видел, что Университет Цзиньсун ищет сторонних фотографов для сотрудничества. Слышал что-нибудь?

Это напомнило Муцзэ об обрывках разговоров, услышанных по дороге назад. Достав телефон, он зашёл на официальный сайт Цзиньда, пролистал разделы и во вкладке института искусств отыскал нужное объявление. Сделав скриншот, он отправил его Фан Шо:

— Глянь в WeChat.

Фан Шо открыл сообщение:

— «В целях повышения практической направленности занятий на факультете фотографии Института искусств Университет Цзиньсун объявляет о наборе опытных профессиональных фотографов...»

Пробежав глазами список требований, Фан Шо округлил глаза:

— Ого! Мы же подходим по всем пунктам! Если удастся попасть туда ассистентами, для нашего бюро это будет колоссальный плюс!

Муцзэ кивнул:

— Согласен. Вот только конкуренция, судя по всему, будет жесточайшая.

— Конкуренция? — Фан Шо самодовольно ухмыльнулся. — Это для остальных.

Муцзэ фыркнул:

— И откуда столько самоуверенности?

— Шестьдесят процентов этой уверенности — твоя заслуга, и лишь сорок — моя!

Не желая сбивать профессиональную спесь с компаньона, Муцзэ перевёл тему:

— На самом деле меня больше всего пугает само преподавание.

— А что не так? Думаешь, завалят каверзными вопросами?

— Ты когда-нибудь пробовал стоять один на кафедре под пристальными взглядами целой аудитории?

Фан Шо опешил:

— Ну... тогда я, пожалуй...

Муцзэ оборвал его попытку пойти на попятную:

— Нам нужен кто-то из профессионалов. Поучиться мастерству.

— А?

— Знаешь кого-нибудь с опытом преподавания в фотографии?

Видя серьёзный настрой Муцзэ, Фан Шо прогнал минутную слабость:

— Близких знакомых нет, но в пару профильных чатов я закину удочку. Попробую расспросить.

— Давай. Я тоже поищу.

Оба тут же взялись за телефоны. Муцзэ состоял во множестве тематических сообществ. Составив сообщение в одном из них, он веером разослал его по остальным и стал ждать.

Экран едва успел погаснуть, как раздался сигнал входящего. «Неужели в наших обычно молчаливых чатах нашёлся такой отзывчивый человек?» Муцзэ разблокировал дисплей и развернул уведомление.

«Хочешь узнать, как вести лекции? Завтра в 8:50, аудитория N110. Проведу для тебя показательное занятие».

Муцзэ всмотрелся в имя отправителя и онемел: на экране ярким пятном выделялся контакт «Профессор Шэнь».

... Какой ещё «отзывчивый участник чата»?! Он же отправил сообщение не туда!

За что ему такое наказание?! Зачем его вообще несёт на эти лекции? Муцзэ судорожно зажмурился.

Если рассуждать трезво, Шэнь Цзиньчжи действительно мог помочь. У них с Фан Шо не было проблем с профильной теорией — им не хватало именно методики преподавания. А в этом профессор Шэнь был настоящим виртуозом. Вот только снова идти к нему на пару... Муцзэ опасался, что всё закончится точно так же, как в прошлый раз.

Его палец замер над экраном, а мысли судорожно метались в поисках предлога для отказа. Но прежде чем он успел сформулировать хоть что-то убедительное, пришло новое сообщение.

«Помнится, в прошлый раз ты говорил, что тебе очень нравятся мои лекции».

Вся решимость Муцзэ мгновенно испарилась. Сам же вырыл себе яму! За собственный длинный язык приходится расплачиваться — даже если ради этого придётся вставлять спички в глаза, чтобы не уснуть.

Смирившись с судьбой, он поднял взгляд на Фан Шо:

— Завтра утром свободен? Сходим в Цзиньда на показательную лекцию, поучимся преподавательским приёмам.

— Завтра? — Фан Шо заглянул в планер. — Увы. У меня съёмка, с самого утра уезжаю в соседний город.

Муцзэ удручённо вздохнул. Прекрасно. Теперь даже будить его будет некому, если он снова отключится.

Чтобы не вызвать лишних вопросов у напарника, Муцзэ быстро взял себя в руки:

— Ладно, я сам схожу в разведку боем, а потом как-нибудь выберемся вместе.

Фан Шо с радостью согласился.

Сверившись с расписанием Шэнь Цзиньчжи, Муцзэ выяснил, что его предмет — «Финансы» — стоит первыми двумя парами, а 8:50 — это как раз перерыв между ними. Вставать ни свет ни заря не хотелось, но прийти ко второй паре означало остаться без нормального места и приковать к себе лишнее внимание.

Придётся выезжать пораньше.

На следующее утро Муцзэ пришёл в аудиторию заранее. В кабинете набралось едва ли с десяток студентов, но, к его удивлению, Шэнь Цзиньчжи уже был там.

Окинув взглядом зал, Муцзэ опустился на свободное место, рассудив, что на виду у всех лезть к профессору с разговорами не стоит. Едва он уткнулся в стол, как неподалёку раздались приближающиеся шаги.

— Завтракал?

Голос Шэнь Цзиньчжи прозвучал прямо над ним. Муцзэ растерянно поднял голову:

— Э-э... да, поел.

Шурша бумажным пакетом, Шэнь Цзиньчжи поставил на его стол стаканчик с кофе:

— Не думал, что ты придёшь так рано. Это мой утренний кофе, я ещё не пил. Надеюсь, он поможет нашему уважаемому фотографу устоять перед искушением и не заснуть прямо посреди занятий.

Муцзэ мгновенно вспомнил свой прошлый конфуз, когда уснул на его лекции и очнулся только от прикосновения профессора. Кончики ушей Муцзэ вспыхнули густым румянцем.

— Сахар в пакете, добавь по вкусу, — бросил Шэнь Цзиньчжи и отошёл к кафедре, прихватив по пути учебник с первой парты.

Помедлив, Муцзэ всё же сделал глоток. Кофе оказался невероятно горьким, несмотря на то что он высыпал туда весь оставленный сахар.

Однако даже подкреплённая кофеином железная решимость учиться разбилась в прах: Муцзэ снова умудрился захрапеть прямо посреди лекции. И снова его разбудил Шэнь Цзиньчжи.

Точь-в-точь повторялась вчерашняя сцена. Муцзэ ошеломлённо хлопал глазами. «Я точно всё ещё сплю... Такой позор просто не мог повториться дважды!»

Однако профессор Шэнь стоял над ним с весьма выразительным лицом, на котором смешались ирония и искреннее замешательство:

— Итак... какие выводы наш великий фотограф сделал по итогам двух пар?

Прохладный, ровный голос профессора окончательно развеял иллюзии. Муцзэ с ужасом понял: он действительно совершил эту грандиозную глупость. Во второй раз.

В панике подскочив со стула, он задел локтем пустой стаканчик из-под кофе. К счастью, напиток был выпит до капли, и ничего не пролилось. Муцзэ торопливо поднял стакан, сбивчиво бормоча невнятные оправдания.

В этот момент у Шэнь Цзиньчжи зазвонил телефон. Муцзэ случайно мазнул взглядом по экрану и обомлел: вызов был от Чэнь Цзяо. Его нервы тут же натянулись, как струны.

Профессор не стал выходить из кабинета, а лишь слегка повернулся в сторону:

— Приехать прямо сейчас?

Услышав это, Муцзэ окончательно потерял покой. В голове набатом забилась единственная мысль: «Не дать ему уйти! Помешать!» Не отдавая себе отчёта в действиях, он схватил бутылку воды и начал жадно пить.

Сделав пару глотков, он собирался изобразить приступ кашля, но едва покашлял, как жидкость на самом деле попала не в то горло. Очередной раз расплачиваясь за собственную глупость, Муцзэ даже не имел возможности посочувствовать самому себе.

Мучительный, громкий кашель глушил все звуки. Муцзэ лишь смутно услышал, как Шэнь Цзиньчжи бросил в трубку короткое «у меня дела», скинул звонок и поспешил к нему.

Профессор мягко, но уверенно погладил его по спине:

— Не пытайся говорить. И не кашляй так сильно.

Муцзэ заходился кашлем, ощущая, как грудь разрывается от спазмов.

— Восстанови дыхание. Ну же, успокойся.

Этот голос прозвучал почти как приказ, и Муцзэ повиновался. Судороги постепенно утихли.

Рука Шэнь Цзиньчжи продолжала размеренно поглаживать его по лопаткам. В этом нежном движении сквозила искренняя тревога. Муцзэ издал сиплый смешок и спросил севшим голосом:

— Профессор Шэнь, вам разве не пора идти?

Спросил — и сам ужаснулся тому, насколько двулично и наигранно это прозвучало. Ему даже не хотелось слышать ответ, но Шэнь Цзиньчжи отозвался ровно и спокойно:

— Никаких срочных дел нет, я не тороплюсь. Так что сиди спокойно и приходи в себя.

Муцзэ сжал губы. Получается... сработало?

Шэнь Цзиньчжи тем временем отступил на шаг, возвращая привычную дистанцию. Недавнее смятение растаяло, словно дым.

Муцзэ так радовался тому, что сорвал встречу Шэнь Цзиньчжи с Чэнь Цзяо, что, вернувшись в мастерскую, совсем забыл о двух подряд эпических провалах на лекциях.

Около четырёх часов дня над дверью студии звякнул колокольчик.

— Наш дорогой Чэнцзы! Сколько лет, сколько зим!

На пороге возник Цинь И, не подававший признаков жизни последние несколько дней. Фан Шо, уже уложивший съёмочную технику, собирался домой. Цинь И был много наслышан о нём от Муцзэ, а потому быстро нашёл с парнем общий язык — с его-то коммуникабельностью это не составляло труда.

Поболтав немного, Цинь И отвлёкся на смартфон. Пролистывая ленту, он неожиданно наткнулся на своё имя на виртуальной «Стене признаний» их университета.

— Ого! — вскрикнул он и тут же развернул анонимный пост.

Первой же строчки хватило, чтобы его эго взлетело до небес:

«Признание Цинь И из второй группы факультета финансов! Красавчик, тебе не нужна девушка? Обрати на меня внимание~»

Цинь И взволнованно подскочил с места и сунулся к Муцзэ, но тот протирал объектив, поэтому Цинь И развернулся и подпихнул экран Фан Шо:

— Я же говорил! Раньше или позже мой привлекательный лик не мог остаться незамеченным! Это что? Это признание фанатки! Настоящая медаль за красоту! Я — ходячий харизматичный магнит!

Под первой строкой скрывался длинный блок текста. Фан Шо развернул его и продолжил чтение:

— «Ты мне очень нравишься. Пусть ты постоянно прогуливаешь, но стоит тебе появиться, я не свожу с тебя глаз. Помню нашу первую встречу — это было на первой лекции по западной экономике в этом семестре...»

Радостная улыбка на лице Цинь И мгновенно застыла:

— Стой. Ты точно правильно читаешь? Я же прогулял ту пару...

— Всё верно, — Фан Шо вернул ему смартфон. — Сам глянь.

Вчитавшись в текст, Цинь И рухнул с небес на землю. А уж когда его взгляд упал на прикреплённое фото, ему и вовсе стало дурно.

На снимке, сделанном исподтишка, уткнувшись носом в стол, сладко спал... Чэн Муцзэ.

Муцзэ к тому моменту закончил чистку оптики и удивлённо посмотрел на перекошенного от горя Цинь И:

— О чём вы вообще?

Цинь И в три шага подскочил к Муцзэ и ткнул телефоном ему едва ли не в нос:

— Чэн Муцзэ! Я официально заявляю: ты нанёс мне глубокую душевную травму!

Заинтригованный Цинь И подошёл поближе и стал заглядывать в комментарии вместе с Муцзэ. Читая ветку, Фан Шо нахмурился ещё сильнее:

— Не пойму... А при чём тут профессор Шэнь? Почему студенты постоянно его упоминают?

Муцзэ опустил взгляд: количество ответов под постом стремительно росло. Две самые популярные реплики принадлежали одному и тому же пользователю.

Первый комментарий гласил: «Отличный кадр».

Второй: «А студенту, который вместо учёбы спал у меня на лекции, настоятельно рекомендую добровольно сдать объяснительную».

Слог не оставлял сомнений — писал Шэнь Цзиньчжи.

Комментарии под репликами профессора кипели:

«Ну и монстр!»

«А-ха-ха-ха!»

«Ржу не могу, вот это эпичный провал!»

«Даже размытое фото не в силах скрыть такую красоту!»

«Чёрт, я тоже влюблён!»

«Снято супер, больше не снимай».

«Профессор Шэнь открывает новые способы ловить прогульщиков».

«Признавайтесь осторожнее, а то вылетите на пересдачу!»

«Профессор Шэнь читает "Стену признаний"?! А вдруг он видел и то фото, где я сняла его на уроке?.. паника.jpg»

Муцзэ развернул снимок, о котором Шэнь Цзиньчжи отозвался как об «отличном кадре». С профессиональной точки зрения фотография была полнейшим браком: сбитый фокус, отвратительная кадрировка, никакой композиционной мысли.

Однако секунду спустя весь его профессиональный анализ разлетелся в пыль из-за одной мелкой детали.

На заднем плане кадра, неподалёку от спящего Муцзэ, стоял Шэнь Цзиньчжи. И его пристальный, неотрывный взгляд был устремлён прямо на него.

Профессор Шэнь... смотрел на него?

http://bllate.org/book/35937/4626754