Готовый перевод After the Indescribable Immortal Lord, I Ran Away with His Child / После запретного бессмертного владыки я сбежала с ребёнком: Глава 5

Она позволила цветку слегка прикусить палец. Цветок, обретший разум, не перестарался — лишь оставил на всей ладони следы слюны. Янь Гуй вытерла их о его листья и собралась заключить с ним духовный договор. Но, уже занеся руку для ритуала, вдруг спохватилась: при нынешнем уровне культивации она ещё не в силах совершить обряд связи.

…Скучала по собственному телу.

Тогда энергия ци бурлила в ней, и хотя её сила не была безграничной, всё же хватало с лихвой.

А теперь, взглянув на себя, она почувствовала себя словно тигрица, свергнутая с вершины и осмеянная пёсом.

Пока она предавалась размышлениям, в дверь постучали.

Янь Гуй быстро подошла к двери. За ней стоял Лу Тин.

— Лу… Владыка? — чуть не сорвалось с языка привычное обращение.

Лу Тин не стал обращать внимания на эту мелочь. Его тон был сух и деловит:

— Пора есть.

— А, — кивнула Янь Гуй и последовала за ним. — Благодарю, Владыка.

Как и в прошлый раз, на столе стоял бокал нефритовой росы и тарелка с фруктами. Фрукты были другими, а вот вкус нефритовой росы остался прежним. Янь Гуй быстро всё съела и спросила:

— Владыка, мне сегодня ещё что-то нужно делать вечером?

— Нет, — ответил Лу Тин.

— Поняла.

Разговор на этом оборвался.

Солнце клонилось к закату, тёплый золотистый свет постепенно исчезал, и сумерки сомкнулись вокруг. Янь Гуй встала:

— Ученица поела. Разрешите удалиться.

Лу Тин по-прежнему сидел неподвижно, даже не подняв головы.

— Хм.

Ему самому не нужно было есть, значит, всё это было приготовлено для неё. В таком случае Лу Тин, пожалуй, не такой уж и плохой человек.

Вернувшись в комнату, Янь Гуй, как обычно, сначала дала каплю крови глупому цветку. Тот, завидев её, радостно захлопал листьями.

Если бы только не называл её «мамой» — было бы совсем хорошо.

Было ещё рано, днём она выспалась и теперь чувствовала себя бодрой. Она села в позу лотоса и начала медитировать.

Выдохнув, она выровняла дыхание. За эти дни она заметила значительный прогресс: тело стало легче, движения — плавнее. Сойдя с кровати, она услышала, как цветок зашуршал листьями и покачал стеблем:

— Мама.

Янь Гуй уже смирилась и больше не пыталась его поправлять. В конце концов, как бы то ни было, она точно не могла родить цветок.

Она опустилась на колени у стола и снова дала ему каплю крови.

В дверь снова постучали — это был Лу Тин.

Янь Гуй последовала за ним, гадая, что их ждёт сегодня. За всё это время, хоть она и числилась наказанной, задания были удивительно лёгкими. Оттого её шаги стали даже веселее.

Вдруг Лу Тин остановился и одним лёгким движением взлетел на крышу соседнего здания. Янь Гуй, ничего не понимая, последовала за ним и увидела, как он сел в позу лотоса.

— Медитируй, — сказал он.

— Есть, — ответила Янь Гуй и тоже села, но глаза не закрыла. Боялась, что уснёт, как в прошлый раз.

Лу Тин сидел с закрытыми глазами, и в лунном свете его лицо казалось особенно спокойным и благородным. Правда, стоило ему открыть глаза — и он превращался в ходячую ледяную пещеру.

Янь Гуй некоторое время разглядывала его: чёрные брови, прямой нос… Видимо, даже облик у избранных людей совершенен. Несмотря на вечную хмурость, за ним, наверное, увивается немало девушек.

И тут вдруг в нос ударил аромат — такой соблазнительный, что захотелось попробовать его кровь.

Янь Гуй вздрогнула от этой мысли. Она вдохнула — запах действительно исходил от него. Это было странно. Раньше она никогда не испытывала подобного голода по крови. Даже здесь, в этом месте, ни к кому другому подобного желания не возникало. Неужели она жаждет именно его крови?

Аромат усиливался. Янь Гуй сглотнула и поскорее закрыла глаза, направив всё внимание на циркуляцию ци и вдыхание энергии мира.

Когда погружаешься в практику, время летит незаметно. Не успела она оглянуться, как наступила глубокая ночь. Янь Гуй завершила медитацию и выдохнула. Лу Тин по-прежнему сидел в той же позе — если бы не лёгкое дыхание, можно было бы подумать, что с ним что-то случилось.

Внезапно он открыл глаза. Их взгляды встретились, и Янь Гуй растерялась.

— …Владыка.

Чёрные глаза Лу Тина пронзительно смотрели ей в душу.

…Опять это чувство — будто он видит насквозь.

К счастью, он лишь на миг задержал взгляд, а потом встал с такой грацией, будто парил в воздухе.

— Пора возвращаться, — сказал он равнодушно.

— Есть, — кивнула Янь Гуй.

Она спрыгнула с крыши вслед за ним и поклонилась:

— Тогда ученица удаляется. Если Владыке что-то понадобится, зовите.

Лу Тин не ответил.

Янь Гуй обернулась и бросила последний взгляд на его одинокую фигуру.

Он, конечно, ничего не попросит. За всё это время она убедилась: у него почти нет желаний. Ни аппетита, ни стремления к развлечениям, уж тем более — к плотским утехам.

Первый день она убирала книгохранилище, а потом лишь подавала чай и воду. Хотя ей и было удобно, всё же чувствовала себя неловко. Решила, что завтра наведёт порядок во дворе.

Рано утром она вышла из комнаты — и столкнулась со служкой, который уже держал в руках метлу.

Они уставились друг на друга. Служка замялся:

— Се… сестра, вы уже встали?

Янь Гуй:

— …

Она прищурилась, и на лице её появилось зловещее выражение.

Похоже, её обманули.

— Слушай, — прошипела она и поманила мальчика пальцем. — Я кое о чём спрошу. Вы обычно убираете горы Яньшань?

Мальчик кивнул.

Янь Гуй:

— Сс…

— Весь комплекс убираете? И людей хватает?

Он снова кивнул, уже с испугом.

…Эта сестра выглядит страшновато.

Да уж, ведь она из людей Бессмертного Владыки Хуайаня.

Янь Гуй потерла подбородок и усмехнулась. Странно… Неужели Лу Тин всё понял и специально перевёл её под своё пристальное наблюдение, чтобы она не натворила глупостей?

Как только она ушла, мальчик облегчённо выдохнул. Конечно, они всегда убирали Яньшань, да ещё и соревновались за право прийти сюда первым — ведь это владения Бессмертного Владыки Хуайаня. Правда, в его личные покои их никогда не пускали; они убирали лишь двор и дорожки.

Но на днях Владыка вдруг приказал им приходить раньше из-за этой сестры. Все тогда переполошились.

Глядя на удаляющуюся спину Янь Гуй, мальчик почувствовал, что натворил беду, и в мгновение ока прибрал двор, после чего пустился бежать.

Янь Гуй потрогала нос и нахмурилась. Что же задумал Лу Тин?

Она не из тех стеснительных девиц, которые молчат и краснеют. От природы она была прямолинейной, и подобные загадки выводили её из себя. Хотелось бы прямо спросить, но… сейчас её уровень слишком низок. Если бы она осталась прежней, давно бы вломилась в его комнату и крикнула: «Ты вообще чего хочешь?»

Но времена изменились, и так поступать нельзя.

Она отлично помнила тот день, когда её личность раскрылась. Взгляд Лу Тина тогда был как у демона, жаждущего крови. Оказывается, даже у него бывает лёд в сердце. Наверное, это и есть врождённая ненависть праведников ко злу.

Янь Гуй села на каменную скамью, обхватив себя за плечи с тоской.

Кстати, в тот раз он ещё и пронзил её мечом — слева под рёбрами, сломав три ребра. Лу Тин был мечником, а у мечников самый опасный этап — когда сердце становится мечом, а руки остаются пустыми. Тогда он уже умел превращать сердце в клинок. К счастью, его «сердечный меч» тогда ещё не достиг совершенства, иначе она бы не отделалась всего лишь тремя сломанными рёбрами.

Ой, даже вспоминать больно.

Нет, она не может оставаться рядом с Лу Тином.

Автор добавил:

Спасибо за чтение!

Поклон!

Это всё недоразумение.

В прошлом было столько изгибов и недопониманий.

Лу Тин теперь жалеет до безумия.

В общем, его ждёт путь покаяния ради возвращения жены.

Что делать, если жена всё время хочет сбежать?

Отшлёпать (шутка), нет, скорее — обмануть, умолять, ухаживать и даже прибегнуть к чарам красоты.

Лу Тин слишком опасен. А вдруг снова пронзит её мечом?

Ей сказали служить месяц, а прошло всего семь-восемь дней. Сколько ещё тянуть? Янь Гуй сжала губы. Надо придумать, как вернуться в павильон Чэнфэн.

Пока она предавалась размышлениям, Лу Тин внезапно оказался рядом. Она обернулась — и чуть не подпрыгнула от неожиданности. Собравшись с духом, она выдавила улыбку:

— Владыка.

Лу Тин хмыкнул и прищурился.

— У Владыки сегодня есть поручения? — спросила она.

Он отвёл взгляд:

— Нет. Отдыхай.

Янь Гуй сглотнула и кивнула, уходя.

Вернувшись в комнату, она закрыла дверь и тайком выглянула в окно. Убедившись, что Лу Тина нет, вздохнула с облегчением.

Следующие несколько дней он её вообще не тревожил. Меньше встреч — хорошо, но вместе с тем пришла и беда: ей перестали приносить еду.

Целых пять дней она ничего не ела, хотя каждый день кормила глупый цветок. Тот, похоже, наслаждался, а Янь Гуй злилась, глядя на его глуповатый вид.

Лу Тин куда-то исчез — его и след простыл. Даже служки перестали появляться.

Весь Яньшань опустел, будто она осталась там одна.

На шестой день голод стал невыносимым. Если Лу Тин мог достать фрукты, значит, где-то на Яньшане они точно есть.

Успокоив себя, она выбралась из комнаты глубокой ночью. Все эти дни она боялась Лу Тина и не осмеливалась свободно передвигаться по горе, поэтому плохо знала расположение зданий.

Она вышла и пошла по коридору. Первая дверь, которую она открыла, оказалась пустой. То же самое — со второй, третьей и всеми остальными. Она уже отчаялась.

Когда она решила возвращаться, вдруг услышала разговор.

Голос доносился издалека, сквозь несколько стен. Это был голос Лу Тина.

— С твоей конституцией нужно быть особенно осторожным.

— Понимаю.

…

Второй голос показался знакомым. Янь Гуй прижалась ухом к стене.

— Одна капля твоей крови заменяет множество целебных снадобий. Хорошо, что об этом знают немногие, иначе тебе не будет покоя, — рассмеялся собеседник.

Лу Тин ответил:

— Благодарю, Старейшину Фэн Мин. Я буду осторожен.

Старейшина Фэн Мин?!

Неудивительно, что голос показался знакомым — это же Фэн Мин!

Фэн Мин что-то ещё сказал, но разобрать было невозможно. Янь Гуй попыталась подвинуться ближе, но не заметила растение у ног и споткнулась.

Она втянула воздух.

Послышался лёгкий смешок Фэн Мина. Янь Гуй в панике стала поднимать упавшее растение.

В следующий миг Лу Тин и Фэн Мин уже стояли перед ней.

Янь Гуй опустила голову, руки неловко держали листья, и она выдавила:

— Какая неожиданность… Ученица приветствует Владыку и Старейшину Фэн Мин.

Фэн Мин многозначительно взглянул на неё и фыркнул:

— Тинчжи, я пойду.

Он действительно ушёл, оставив её в растерянности. Она кашлянула и опустила руки:

— Владыка.

— Хм, — Лу Тин посмотрел на растение в её руках. — Почему не спишь в такую пору?

Янь Гуй подняла глаза, но не осмелилась встретиться с ним взглядом.

— Я… проголодалась.

Стыд и позор!

Лу Тин на миг замолчал, потом сказал:

— Прости.

Он отступил в сторону:

— Иди за мной.

Янь Гуй кивнула и последовала за ним.

Фонарь с флюоритовым камнем изредка качался от ветра, и их тени колыхались вместе с ним.

Лу Тин вдруг спросил:

— Ты слышала наш разговор?

Янь Гуй покачала головой:

— Нет, ничего не слышала.

Хотя на самом деле она всё расслышала.

Кровь Лу Тина — сокровище: одна капля продлевает жизнь, две — ускоряют рост культивации…

Но сейчас, конечно, лучше делать вид, что ничего не слышала.

Лу Тин, к её удивлению, не стал проверять правдивость её слов и оставил этот вопрос в покое.

Он открыл дверь и пригласил её войти. Затем поставил на стол несколько тарелок с фруктами.

— Я не подумал. В следующий раз, если проголодаешься, просто приходи ко мне.

Янь Гуй кивнула и взяла фрукт. Сегодня фрукты были снова другими — сочными и сладкими. Сок стекал по пальцам.

Она облизнула пальцы, бросила взгляд на холодное лицо Лу Тина и смутилась: как же это невежливо…

Кашлянув, она поправилась и стала есть аккуратно.

Лу Тин ничего не сказал, лишь мельком взглянул на неё.

В комнате горела свеча. Пламя вдруг дрогнуло, и Лу Тин немного помедлил, прежде чем заговорил:

— Эти дни меня не было. Ты, вероятно, не могла меня найти.

http://bllate.org/book/3589/389831