Готовый перевод Invincible Cannon Fodder: The Purple Cabin / Непобедимый изгой: Возвращение из пепла: Глава 13

— Вчера вечером ты, по сути, сбежал из больницы? — Когда он тогда собирался отвезти его в больницу, тот вел себя крайне взволнованно и даже укусил его. — Ты хочешь… сбежать из семьи Ли? — Эта догадка казалась довольно смелой.

— Угу, — Цзин Фэй снова кивнул, а затем медленно поднял голову. — Вы можете приютить меня? Не отдавайте меня семье Ли. — Его черно-белые глаза смотрели на Дунчэнь Цзюня. На дне его взгляд таилось затаенное чувство ненависти, но только он сам знал, что эта ненависть направлена вовсе не на семью Ли, а на людей из того мира. Однако в этот момент ему нужно было использовать эти эмоции, чтобы замаскировать себя.

Дунчэнь Цзюнь слегка изогнул губы, вскинув брови и разглядывая стоявшего перед ним подростка. По всем признакам это был жалкий и хрупкий ребенок, но почему-то появление такого выражения на лице этого юноши казалось Дунчэнь Цзюню невероятно чужеродным.

Еще мгновение назад он думал, что этот юнец ровесник его младшего брата и не стоит никакого внимания. Но теперь, узнав, что тот принадлежит к семье Ли, он уже так не считал.

Ненависть в глазах подростка была совершенно очевидной — неужели лишь из-за того, что семья Ли использовала его как банк крови? Как по-детски наивно, он совершенно не умеет скрывать свои чувства. И все же Дунчэнь Цзюнь сохранял на сей счет определенные сомнения.

— Конечно, могу, — Дунчэнь Цзюнь снова улыбнулся. Это был очень красивый мужчина, а его улыбка обладала особой притягательностью. Его военная выправка излучала колоссальную властность, но стоило ему улыбнуться, как в ней проступала доля ленивой непринужденности. — Хани — прекрасный хозяин, ты можешь спокойно жить у него. Если чего-то не будешь понимать в силах эволюционеров, можешь обращаться ко мне.

Дунчэнь Цзюнь выказал дружелюбие, но без излишнего усердия. Он вел себя так, будто заботится о ребенке, однако Цзин Фэй чувствовал: этот мужчина ему не верит.

От Дунчэнь Цзюня исходила мощнейшая аура — такая сила проистекала из его происхождения и его собственных способностей. Впервые попав в этот мир, Цзин Фэй еще плохо ориентировался в окружении, и, столкнувшись с Дунчэнь Цзюнем у входа в больницу, даже не успел толком разглядеть этого мужчину. Но теперь он отчетливо это прочувствовал.

Дунчэнь Цзюнь казался ему крайне опасным.

Прежде Цзин Фэю никогда не доводилось испытывать подобного ощущения опасности. Он всегда отличался гордыней и самоуверенностью: даже когда его заперли в темнице, где навеки исчез солнечный свет, он не испугался. Но то, исходившее от Дунчэнь Цзюня чувство, было невыразимо.

— Спасибо. — Если бы он знал заранее, что встретит здесь Дунчэнь Цзюня, Цзин Фэй ни за что бы сюда не пришел.

В доме Ли Хани Цзин Фэй не стал скрывать свои способности эволюционера, руководствуясь двумя соображениями. Во-первых, Ли Хани был человеком умным: вместо того чтобы тайком использовать силу для ускоренного созревания семян фруктов и быть пойманным Ли Хани с поличным, лучше уж устроить всё так, чтобы всё выглядело как случайность, и позволить тому самому во всем разобраться. Во-вторых, узнав, насколько ценны в этом мире эволюционеры, Цзин Фэй решил извлечь из этого максимум пользы.

Но кто же знал, что Ли Хани знаком с Дунчэнь Цзюнем?

Сотня с лишним килограммов крупных и ярко-красных яблок — Дунчэнь Цзюнь понятия не имел, какова их рыночная стоимость, поэтому позвал человека, ответственного за закупки в военном училище. Закупщица выглядела женщиной средних лет и отличалась крепким телосложением: — Рыночная цена яблок такого размера — пятнадцать юаней за цзинь, со скидкой двадцать процентов — двенадцать юаней за цзинь. — В одном цзинь было около двух штук.

Услышав это, Юань Кай чуть не лишился дара речи: разве двести с лишним цзинь не обойдутся примерно в двенадцать с половиной сотен? Боже мой, заработать две с половиной тысячи за один день — так за месяц набежит тысяч семьдесят-восьмидесятый! В ту эпоху семь-восемьдесят тысяч в месяц равнялись двухмесячному доходу обычной семьи. Но для Юань Кая это были первые в жизни самостоятельно заработанные деньги, и пусть даже всё зависело от Цзин Фэя, он всё равно был безумно рад.

— Всего две тысячи шестьсот восемьдесят, — закупщица распорядилась, чтобы яблоки забрали и отправили на хранение. — Переводом на счет или наличными? — спросила она, переводя взгляд на Юань Кая.

Юань Кай подумал, что семена были выращены Цзин Фэем, и ему было неудобно принимать решения за него, поэтому он спросил Цзин Фэя:

— Тебе переводом или наличными?

Цзин Фэй совершенно не разбирался в ценах этого мира. Хотя в семье Ли у первоначального владельца тела не было свободы, о быте ему заботиться не приходилось, так что представление о деньгах у него осталось крайне скудное.

А в его собственном родном мире любая пилюля Цзин Фэя стоила баснословных денег, поэтому, даже не задумываясь, он прямо ответил:

— Сам распоряжайся деньгами.

В глазах Юань Кая это означало абсолютное доверие со стороны Цзин Фэя.

— Тогда переводом, — сказал Юань Кай.

Затем закупщица без лишних слов перевела две тысячи шестьсот восемьдесят юаней на счет, указанный Юань Каем.

— Помимо яблок, остальные фрукты, которые вы приложили в подарок, тоже очень свежие, к тому же не сезонные. Выращивание в теплицах требует немалых затрат, так что если у вас есть каналы поставки и цены окажутся приемлемыми, в будущем мы сможем наладить долгосрочное сотрудничество.

Услышав слова закупщицы, Юань Кай расплылся в улыбке. Поставлять фрукты в военное училище — подобное долгосрочное сотрудничество определенно было куда выгоднее, чем таскаться с трехколесными тележками в поисках места для торговли.

— Хорошо, у нас есть такие возможности, просто дайте знать, когда понадобятся.

— Оставьте номер телефона, за пару дней до поставки я с вами свяжусь.

При упоминании телефона Юань Каю стало немного жалко денег — он ведь только сегодня днем продал свой телефон, а теперь тот как назло понадобился.

— У… у нас нет телефона. Брат Хани, можно записать твой номер? — Юань Кай виновато посмотрел на Ли Хани.

— Без проблем. — В конце концов, Ли Хани просто пожалел их, поэтому и помог с этой сделкой.

Обменявшись номерами, закупщица удалилась. Видя, что времени еще много, Дунчэнь Цзюнь предложил:

— Сначала пошли в столовую, Цзыфэн скоро вернется.

Ли Хани кивнул.

Цзин Фэй плелся в самом хвосте, всю дорогу опустив голову.

Столовая военного училища делилась на две части: общую столовую и специализированную. Курсанты обычно питались в общей, а преподаватели и руководство училища — в специализированной.

Дунчэнь Цзюнь был кадровым военным, выходцем из потомственной семьи генералов, и с малых лет строго дисциплинировал себя. Каждое его слово, каждое движение воплощали военную выучку и осанку. И тем не менее, смотреть на него как на традиционного военного было нельзя. В нем присутствовал некий чуждый военным шарм — таинственный, расслабленный и в то же время лишенный показной справедливости.

— Кажется, я целую вечность здесь не ел, даже забыл, что здешнего повара ты нанял лично, — заметил Ли Хани.

— Добро пожаловать в любое время. — Каждый раз, когда Ли Хани произносил эту фразу, ответ Дунчэнь Цзюня неизменно оставался прежним. Добро пожаловать в любое время — в этом заключалось неизменное дружелюбие Дунчэнь Цзюня.

http://bllate.org/book/35854/4440591