Готовый перевод The Chill Player's Book Transmigration Daily / Дзен-буддист в мире романа: Повседневные будни: Глава 1

Глава 1. Пролог: фруктовый бинфэнь

Жарким летом Цзиньли кишела туристами, повсюду сновали люди — стояло невероятное оживление. Полагаясь на воспоминания, Шэнь Нань пробрался сквозь толпу и свернул в укромный переулок.

По сравнению с шумным торговым кварталом здесь было до странного тихо. Шэнь Нань двинулся вглубь переулка. В самом тупике примостилась лавка с бинфэнь, название которой было выведено кистью на деревянной вывеске: Магазин ледяного желе Хаохао.

Вывеска стояла прямо у входа в лавку, почерк отличался резкостью, размашистостью и уверенной силой, неся в себе изрядную долю лихой свободы.

Хозяйка лавки выглядела проворной женщиной лет тридцати с небольшим. Пользуясь затишьем, она сидела за столиком и присматривала за ребенком, который делал уроки.

Заметив посетителя, она тут же поднялась и поспешила навстречу:

— Что будете заказывать?

Шэнь Нань выбрал местечко и присел:

— Обычный фруктовый бинфэнь, пожалуйста.

Женщина повернулась и засуетилась на кухне, а Шэнь Нань тем временем огляделся. Помещение лавки оказалось небольшим, но уютным и располагало собственным крошечным двориком.

На подоконнике выстроился ряд суккулентов — все как на подбор пухлые, нежно-розовые и круглые. У стены свисали плети хлорофитума. Краска на стенах давно облупилась, обнажая прежний армейский зеленый цвет, а кое-где штукатурка осыпалась на пол, открывая белизну стен.

Шэнь Нань на мгновение погрузился в задумчивость. Хозяйка вынесла миску с десертом:

— Ваш бинфэнь, — и снова вернулась к надзору за детскими уроками.

Он отломил ложечку: ледяная просвечивающая текстура в сочетании с кисло-сладким вкусом изюма приятно дразнила рецепторы.

— Хозяйка, я помню, раньше тут вроде бы двое пожилых людей торговали? — поинтересовался Шэнь Нань.

Женщина обернулась и улыбнулась:

— Наверное, это было раньше. Я держу лавку всего год с небольшим, — она кивнула на ребенка. — Вот, пришлось переехать ради учебы сына.

Шэнь Нань хмыкнул и снова склонился над тарелкой.

Выйдя из лавки, он пошел очень медленно. В переулке играли пятнами тени от деревьев, и чем ближе он подходил к выходу, тем отчетливее становились звуки: разносились зазывные крики торговца засахаренными фруктами на палочках и мягкий, избалованный детский лепет.

Лишь оказавшись посреди шумного людского потока, он словно очнулся от сна и с запозданием осознал: он действительно попал в книгу.

Что ж, раз попал — так тому и быть.

Шэнь Наню потребовалось всего несколько секунд, чтобы принять этот факт: даже в книжном мире жизнь должна продолжаться.

Для Шэнь Няня перемещение в сюжет стало лишь рябью на поверхности спокойной воды. Мучительным было не само попадание, а череда последствий, которые за ним последовали.

Например, работа...

Шэнь Нань из романа был безымянным персонажем массовки, о котором не было известно ничего, кроме того, что он питал слабость к второму мужчине-персонажу и работал учителем рисования.

Шагая по направлению к дому, Шэнь Нань глубоко задумался об этой свалившейся на голову учительской карьере.

В прошлой жизни он тоже учился на художника, а после выпуска стал иллюстратором. Теперь же от него требовалось освежить в памяти школьную программу, отчего у Шэнь Няня даже заныли зубы.

Сам того не заметив, он вышел к строительной площадке. Шэнь Нань остановился, глянул на дорожный указатель и с усмешкой покачал головой: как его угораздило забредти в те места, где он жил раньше.

Заметив неподалеку вход в метро, он мысленно освежил в памяти воспоминания романа и оригинального владельца тела.

Точнее, памятью это назвать было сложно — скорее, обрывками сведений о том, как пройти к той или иной улице. Что же касалось личности самого прежнего хозяина тела, если не считать сюжета книги, известного Шэнь Наню, вокруг зияла абсолютная пустота.

Солнце уже вовсю заливало землю своими лучами. Шэнь Нань стоял под открытым небом, жадно втягивая свежий воздух. Окружающие микрочастицы стремительно нагревались и кружились в вихре, и в этот момент мир вокруг Шэнь Няня неожиданно поплыл перед глазами.

Упав навзничь, он почувствовал глухую боль затылком о мешок с песком. Не отрывая глаз от все еще синего и чистого неба, Шэнь Нань от души выругался старым знакомым матом:

— Черт!

Глава 2. Суисэнский суп с бульоном

Солнце поднималось над горизонтом, а облака у края неба громоздились друг на друга, напоминая полотно, на которое кто-то небрежно плеснул краски, оставив на лазоревом фоне густые, сочные мазки.

Зажав в зубах ломтик хлеба и заглушая аппетит звонкими голосами школьников, читающих вслух из учебных классов, Шэнь Нань стремительно взбежал по ступеням Корпуса Чжисин.

Корпус Чжисин был учебным зданием средней школы. Преодолев всего несколько пролетов, Шэнь Нань уже тяжело отдувался — спасибо еще, что идти нужно было на второй этаж, иначе у него попросту не осталось бы сил на подъем.

Свернув в учительскую возле лестничной клетки, Шэнь Нань положил еще не остывший пакет на один из рабочих столов.

Сидевший неподалеку учитель-мужчина с улыбкой поприветствовал его:

— Учитель Шэнь, снова завтрак для Сяо Ай носите?

Как раз в этот момент прозвенел звонок, возвещающий об окончании утреннего чтения, и в комнату вошла молодая женщина.

На ней были каштановые локоны до плеч, изысканный макияж и розовое длинное платье в мелкий цветочек, которое выгодно подчеркивало ее здоровый румянец. Едва переступив порог и заметив Шэнь Няня, она перевела взгляд на стол — и увидела дымящийся завтрак.

Тут же забыв о всяких приличиях, она бросилась вперед с горящими глазами:

— Охренеть, Шэнь Нань! Суп с бульоном! Ты просто читаешь мои мысли, у-у-у!

Шэнь Нань вытащил со стола салфетку, чтобы утереть пот:

— В последний раз.

Ай Цин уселась за стол и схватила руками один из пирожков, но тесто оказалось только из пароварки, слишком горячим. Обжегшись, она поспешно отдернула руки и принялась судорожно дуть на пальцы.

Шэнь Нань хлопнул себя рукой по лбу:

— Ты бы хоть руками сразу не хватала, так ведь и ошпариться недолго.

Ай Цин улыбнулась ему и тут же сменила тему:

— А я вчера на свидание вслепую ходила.

Шэнь Нань слушал вполуха:

— Мм, и как?

Вспомнив что-то забавное, он не удержался от смеха:

— Надеюсь, ты снова не заявилась туда в шлепках?

Ай Цин одарила его выразительным взглядом:

— Умоляю, прояви милосердие и сотри из памяти то, что было в прошлый раз.

История эта, если разобраться, была презабавной. Поначалу домашние не говорили Ай Цин, что это свидание вслепую — ей преподнесли всё так, будто объявился некий дальний родственник и ее просто зовут пообедать.

http://bllate.org/book/35818/4435177