Готовый перевод The Sick Beauty Minister Just Wants to Farm / Болезненный злодей хочет простого счастья на ферме: Глава 2

Собрав мысли в кучу, Сунь Вэньцзин, выслушав эти слова, мгновенно осознал, что этот маленький император совершенно не умеет выбирать выражения. Ну что за привычка — постоянно твердить о смерти? Не к добру это, да и сам он еще так молод, впереди у него целая жизнь, полная светлых дней.

Хотя сейчас каждый встречный желал ему смерти, разве вежливо высказывать подобное прямо в лицо тому, кому эти пожелания адресованы?

Сунь Вэньцзин слегка отстранил Шэнь И, который навалился на него всем телом, перевел дыхание и прошептал:

— Ну что ты такое говоришь? Мне сейчас вполне неплохо, я не собираюсь умирать.

По крайней мере, у него в запасе было еще шесть лет.

Маленький император кивнул и лукаво улыбнулся, а его ротик, словно смазанный медом, тут же принялся изливать сладкие речи:

— Я так и знал! Императорский дядя непременно будет жить до ста лет! Ты будешь жить еще очень, очень долго!

Сунь Вэньцзин смотрел на его улыбку и невольно улыбнулся в ответ. Детская улыбка была такой яркой и невинной, от нее на душе становилось тепло, однако самого Сунь Вэньцзина пробирал холод: казалось, еще секунда, и этот маленький император преподнесет ему нож в спину.

Увидев, что настроение дяди улучшилось, Шэнь И перешел к цели своего визита:

— Императорский дядя, я сегодня прогулял занятия.

Сунь Вэньцзин, который лишь недавно освоился в своей роли, еще не успел полностью вникнуть в сюжет и заторможенно переспросил:

— Почему?

Шэнь И тут же подался вперед, взволнованно затараторив:

— Дядя, не злись, пожалуйста, не злись! Меня заставили! Не мог бы ты не заставлять меня стоять лицом к стене в наказание?

— А? — Сунь Вэньцзин усмехнулся и с обреченным видом кивнул. — Ну хорошо, с этого момента я больше не буду наказывать Ваше Величество.

— Правда? — Шэнь И замер от удивления. Это прозвучало странно, словно послышалось. Неужели это действительно сказал тот самый коварный царедворец?

Тем не менее, глаза Шэнь И мгновенно загорелись, но уже через секунду вновь потускнели:

— Но ведь дядя никогда не держит своего слова.

— Я ручаюсь, — ответил Сунь Вэньцзин. Он поднял руку и, выставив три пальца, поклялся: — Отныне я больше не буду заставлять Ваше Величество стоять лицом к стене. Если нарушу слово, пусть меня поразит молния, и я умру лютой смертью!

— Не надо, не надо! — Две теплые ладошки тут же потянулись и отогнули его пальцы назад. — Я просто пошутил, как дядя мог принять это всерьез?

Сунь Вэньцзин улыбнулся:

— Тогда может, Ваше Величество скажет, в чем дело?

Шэнь И кивнул. Его неугомонные ручки спрятались в складках одежды, сжались в кулачки и снова разжались. Он опустил голову и заговорил, запинаясь:

— Я… я ненавижу… наставника Сюй. Я… хочу истребить… весь его род до девятого колена!

— Почему? — Сунь Вэньцзин замолчал. У этого маленького императора поистине скверный характер: едва появившись здесь, он уже жаждет вырезать целые семьи.

Но раз маленький император так долго терпел, чтобы в итоге нанести ответный удар, значит, он отнюдь не так прост, как кажется, и по своей жестокости ничуть не уступает этому великому злодею.

Шэнь И надул губы, а в следующую секунду просто уткнулся в Сунь Вэньцзина и горько разрыдался, жалуясь на суровость наставника Сюй:

— Вчера я просто прочитал слово неверно, а наставник Сюй двадцать раз ударил меня линейкой по ладоням! И еще запретил плакать — за каждый писк добавлял удар! Позавчера, и в день до того — все то же самое! Я не хочу, чтобы он меня учил, я хочу другого учителя! Дядя, смени его!

Шэнь И плакал, вытирая слезы о его одежду. Вскоре единственный слой нижней одежды Сунь Вэньцзина пропитался влагой. Он знал, что в книге маленький император был слабохарактерным и капризным, но никто не говорил, что он такой плакса. Казалось, с самой первой встречи он не переставал лить слезы.

Слушая этот плач, Сунь Вэньцзин почувствовал, как у него разболелась голова. Только он собрался утешить ребенка, как в комнату вошел слуга с лекарством:

— Господин, пора пить отвар.

Когда он произнес эти слова, маленький император, спрятавшийся в его объятиях, тайком шмыгнул носом и еще пару раз всхлипнул. Сунь Вэньцзин неожиданно проникся к нему жалостью. Он слегка подтолкнул маленькое тельце, которое привалилось к нему, и велел слуге помочь ему сесть.

Должно быть, его и правда больно ударили — даже сейчас глаза маленького императора были на мокром месте.

Сердце Сунь Вэньцзина дрогнуло, и он уступил:

— Раз Ваше Величество не любит наставника Сюй, которого я выбрал, есть ли у тебя кто-то на примете?

Маленький император опешил, видимо, не ожидая, что Сунь Вэньцзин так быстро согласится. Опомнившись, Шэнь И с улыбкой кивнул:

— У меня есть один кандидат.

Сунь Вэньцзин испытал странное облегчение и с улыбкой кивнул:

— Ну и отлично. Тогда пусть Ваше Величество сам и примет решение.

— Хорошо! — Шэнь И был вне себя от радости. Не обращая внимания на то, насколько горяч свежесваренный отвар, он взял чашу, даже не почувствовав боли от обжигающих краев, и, желая выслужиться, поднес ее к губам Сунь Вэньцзина, собираясь напоить его собственноручно.

Сунь Вэньцзин хотел было отказаться, но, увидев решительный и полный ожидания взгляд маленького императора, открыл рот, принимая этот редкий жест доброй воли.

В конце концов, лучше уж пить горькое лекарство, чем получать ножи в спину.

***

Отвар был обжигающе горячим и горьким, но Сунь Вэньцзин набрался терпения и выпил его до дна.

Увидев, что чаша опустела, маленький император тут же вскочил и, приплясывая, убежал.

Следующие несколько дней в резиденции вана было тихо, маленький император не появлялся, так что Сунь Вэньцзин наслаждался покоем. За время вынужденного безделья в четырех стенах он заметно поправился.

Однако это безделье начало его тяготить. Он хотел поболтать со слугами, но те вечно спешили по делам, едва перекинувшись парой слов. Он попытался найти что-то для чтения, чтобы скоротать время, но в доме злодея не оказалось ни единой книги — Сунь Вэньцзин чувствовал себя почти как в заточении.

На беду, вчера снова выпал свежий снег. Стоило Сунь Вэньцзину открыть окно, как он увидел хлопья чистейшего, еще не тронутого грязью белого снега, осыпающиеся с ветвей дерева напротив. Это окончательно разрушило его надежду выйти на улицу.

— Господин, на улице сейчас ужасно холодно. Вы только поправились, лучше не открывайте окно.

— Сянлин. — Сунь Вэньцзин обернулся к служанке, которая как раз вошла в комнату. За эти дни он больше всего общался именно с ней. Поговаривали, что этот коварный злодей когда-то лично подобрал ее, и их отношения были весьма необычными. — Откуда берется этот бесконечный снег? Снег, выпавший несколько дней назад, еще не растаял, а вчера снова повалил.

Сянлин улыбнулась:

— Господин, сейчас зима. Разве снегопад не в порядке вещей?

— Но… — Сунь Вэньцзин нахмурился и невольно вздохнул.

Так хотелось выйти наружу.

Сянлин подошла и закрыла окно, смеясь:

— Господину тоже скучно, да? Если бы мне пришлось сидеть в комнате безвылазно, я бы тоже не выдержала.

Сунь Вэньцзин присел и с тревогой заметил:

— Но Старец Цзян не разрешает выходить. Говорит, если я снова вляпаюсь в неприятности, он больше не будет меня лечить.

— Ха-ха, да как такое возможно? — пошутила Сянлин. — Господин, мне кажется, вы изменились. Стали такими осторожными. Раньше вы никого в грош не ставили, а теперь вдруг начали кого-то бояться.

— Правда? — Сунь Вэньцзин выпрямился и сделал вид, что очень серьезен. — Значит, я сильно изменился?

Сянлин кивнула и осторожно прощупала почву:

— По крайней мере, перестали без причины злиться.

Услышав это, Сунь Вэньцзин усмехнулся и отшутился:

— Это потому, что мне приснился сон. В том сне один мудрец дал мне наставление, и я многое переосмыслил.

— Серьезно? — Сянлин с самым серьезным и любопытным видом слушала чепуху, которую нес Сунь Вэньцзин.

— Вполне. Он еще рассказал мне, где спрятаны золотые и серебряные прииски, и пообещал, что после смерти я смогу вознестись и стать божеством. — Сунь Вэньцзин говорил с невозмутимым лицом, и Сянлин не выдержала и рассмеялась, разоблачая его: — Господин, вы говорите такие сказочные вещи, но мне кажется, что вас просто обманули.

— Если так, то неплохо быть обманутым, — засмеялся Сунь Вэньцзин.

Сянлин замерла на мгновение:

— Господин, ну что вы такое говорите? Вас никто никогда не обманывал, да и никто не посмел бы.

Сунь Вэньцзин призадумался:

— Пожалуй, ты права.

Сянлин рассмеялась, затем подхватила остывшую чашу из-под лекарства и сказала:

— Господин, выпейте остатки, а потом сходите на задний двор посмотреть на распустившуюся красную сливу. Как раз развеетесь, а то совсем закиснете. Вы столько деревьев посадили, а за эти дни ни разу к ним не вышли — такое великолепие пропадает зря.

Сунь Вэньцзин опешил и не сразу нашелся с ответом. Какие еще деревья он садил? Он умел выращивать только зеленые и капризные овощи. Но, спохватившись, он поспешно кивнул — все равно делать нечего, почему бы и не прогуляться.

Сянлин улыбнулась и укутала Сунь Вэньцзина потеплее, словно боялась, что первый же порыв ветра снова собьет ее господина с ног.

Задний двор резиденции был огромен. Алые цветы сливы, распустившиеся на ветвях, соревновались в красоте, словно стараясь привлечь всеобщее внимание. Еще не дойдя до сада, Сунь Вэньцзин ощутил тонкий и нежный аромат, который уже витал в воздухе.

Увидев этот огромный сливовый сад, он наконец понял, что истории о фанатичной любви злодея к цветам сливы — вовсе не выдумка. Тот, видимо, хотел засадить сливовыми деревьями всю свою усадьбу.

Глядя на это обширное пространство, Сунь Вэньцзин первым делом подумал: здесь же можно столько всего посадить! Как же хотелось перенести сюда свое экспериментальное поле.

Они пробыли там недолго. Сянлин срезала две ветви с самыми пышными цветами, чтобы поставить в вазу. Вскоре после возвращения Сунь Вэньцзина начало клонить в сон, но не успел он закрыть глаза, как в окно ударил порыв ледяного ветра, и прямо перед ним возник черный силуэт. Нахлынувшая было дремота мгновенно рассеялась.

— Кто здесь?

Черный силуэт опустился перед ним на колени и прошептал:

— Господин, это ваш подчиненный Пэй Ся.

Пэй Ся. В книге говорилось, что этот коварный злодей тайно взрастил отряд смертников для сбора сведений о государственных делах. И этот человек был лучшим из лучших, кого злодей лично отобрал из отряда, назначив своим телохранителем.

Злодей смог удержаться на своей позиции не только благодаря безжалостным методам, но и благодаря помощи этих людей. Стоило злодею отдать приказ, как неугодный человек не доживал до рассвета, поэтому почти все чиновники при дворе старались держаться стороны злодея.

Будь то явная опасность или давление власти — злодей всегда был на коне, и его положение казалось незыблемым.

Однако было немало чиновников, замышлявших недоброе. Например, недавнее покушение в резиденции вана. Резиденция охранялась крайне строго, повсюду были смертники, и, казалось бы, подобное происшествие было невозможно. Но всегда находились смельчаки, готовые бросить вызов власти. И все же злодей был не из тех, кто оставляет бдительность. Как мог человек, стоящий на острие ножа, позволить так легко столкнуть себя в воду?

Разве что… это был кто-то из близких злодею людей, или тот, кому он безоговорочно доверял.

Сунь Вэньцзин тоже начал испытывать любопытство к этому человеку и спросил Пэй Ся:

— Поймали ли вы убийцу? Выяснили, кто это?

Пэй Ся покачал головой:

— Прошу прощения за свою некомпетентность, господин. Те, кого удалось схватить, молчали, а потом приняли яд и скончались. Остальные же бросились к…

http://bllate.org/book/35786/4430433