Готовый перевод The Grateful Rabbit's Daily Life / Пушистый должник: Мой кролик оказался не так прост: Глава 11

Он, кажется, только что слышал какой-то шум и подумал, что началась драка. Почему же благодетель ничего не говорит о том, что произошло?

— У-гэ, а что это только что было? — тихо спросил Ту Жун. — Мне послышалось, будто кто-то ругается?

— Поговорил с односельчанами, никто не ругался, — ответил У-гэ, не прекращая готовить. С теми людьми и драться-то не стоило бы потраченных усилий — хватит с них и одного его удара.

Ту Жун сразу успокоился.

Вот только на душе у него всё равно скребли кошки. Он-то собирался встать пораньше, чтобы помочь У-гэ умыться и одеться, но каждый раз просыпался так поздно! Стоило погоде немного похолодать, как это сразу сказалось на кроличьей натуре — он стал ещё ленивее!

Завтра, завтра он обязательно встанет пораньше и поможет благодетелю!

— Опять уставился на эти грибы? — Юань У слегка пнул его носком сапога по заду. — Иди руки мый и садись за стол. Дурачок есть дурачок, всё норовит в грязи повозиться.

— Я не дурачок! — Ту Жун надул губы. — Сам ты большой дурачок, огромный дикий кабан, глупый медведь! Хи-хи!

Такое важное дело, как строительство нового дома, конечно же, нельзя было скрывать от Ту Жуна. В конце концов, он его супруг, и с ним обязательно следовало посоветоваться. К тому же, если они смогут жить в большом доме, он ведь наверняка обрадуется.

Однако...

— Почему? — растерянно моргнул Ту Жун. — Разве наша соломенная хижина плоха? Место, где я сплю, застелено теплым-теплым сеном. Мы что, больше не будем спать на сене?

Юань У крепко сжал губы. Он понятия не имел, в каких условиях этот дурачок жил раньше. С виду похож на юношу из богатой семьи, так как же он мог жить в такой нищете?

Он спросил:

— Разве тебе не кажется обидным жить в соломенной хижине? У всех остальных людей большие дома.

— Мне везде хорошо. Главное — жить с тобой, а где именно, мне совершенно всё равно.

Он ведь явился сюда вовсе не ради большого дома, а чтобы отблагодарить за спасение. Где живёт благодетель, там будет жить и он.

В ушах Юань У эти слова прозвучали как искреннее признание в чувствах.

Раз уж этот человек добровольно последовал за ним, он просто не мог позволить Ту Жуну и дальше разделять с ним лишения.

— Значит, будем жить в большом доме. Больше мы не станем спать на сене — будем спать на хлопке. Ты знаешь, что такое хлопок? Он очень мягкий, точь-в-точь как кроличья шкурка. Тебе будет очень удобно спать на нём, — понизив голос, пообещал Юань У, даже не догадываясь, что для настоящего кролика все эти разговоры звучат не лучше страшных сказок на ночь.

Кр... кроличья шкурка?

Глаза Ту Жуна округлились до предела, и если приглядеться, на ресницах даже блеснули капельки влаги. Он отчаянно затряс головой:

— Не хочу я никакой большой дом! Я и в соломенной хижине прекрасно поживу, а ты иди ложись на свои кроличьи шкурки из хлопка!

— Я просто хотел сказать, что хлопок очень мягкий и тебе наверняка понравится, я же не говорил по-настоящему ложиться на кроликов... — Юань У беспомощно вздохнул. Как можно быть настолько наивным?

— Ну ладно тогда, — Ту Жун тут же сменил гнев на милость. — Раз так, давай построим большой дом! Что мне нужно делать? Я умею стирать одежду, готовить, пожалуй, тоже смогу, и, наверное, даже помогу крышу складывать...

Юань У невольно усмехнулся:

— Вся эта земля принадлежит нам, соломенную хижину мы пока трогать не будем. Тебе не нужно делать абсолютно ничего, вот только поспать подольше тебе, боюсь, больше не удастся.

— Ничего страшного! Я буду вставать чуть свет, помогать тебе умываться и одеваться, заодно и еду приготовлю! — Ту Жун был абсолютно уверен в собственных силах. Разве готовка — это сложно? Просто свалить все овощи в один котел, и дело с концом!

Выглядело это донельзя просто.

Юань У: — ...

Ну и высокого же ты о себе мнения.

Ли Дэшунь оказался вполне надежным человеком: все помощники, которых он подыскал, были людьми работящими и честными. И хотя звать самых сильных деревенских парней он не стал, нанятых работников пока вполне хватало.

Юань У объяснил им примерные размеры будущего дома и четко оговорил ежедневную плату. Тем же, кто вздумает сачковать или затягивать работу, он пригрозил сразу же указать на дверь.

Нанятые мужики были не лишены здравого смысла: в деревне жить — каждый день друг у друга на виду, портить отношения и заниматься всякими пакостями никому не улыбалось.

Соломенную хижину и впрямь пока не трогали. И как Юань У и говорил, каждое утро за двором начиналась страшная суета: разговоры, стук лопат, звуки работы — о том, чтобы поваляться подольше, Ту Жуну оставалось только мечтать.

К тому же, охваченный желанием помочь, он неизменно вскакивал при первых же звуках, хотя собираться всё равно успевал не сразу.

Юань Сююйин не удержалась от легкого недовольства. Она отвела Ту Жуна в сторонку и шепнула:

— Тетушка понимает, что ты паренёк из состоятельной семьи и не привык к такой работе, но вставать-то всё равно нужно пораньше, иначе люди будут смеяться.

Ту Жун слегка опечалился:

— Но я не могу подняться вовремя, а У-гэ не разрешает меня будить, говорит, нужно поспать подольше.

— Третий братишка просто жалеет тебя, но ты ведь должен жалеть его в ответ! Знаешь, сколько серебра уходит на постройку нового дома? Только на кирпичи и черепицу сколько потрачено, не меньше нескольких лянов! Разве мало на что можно было пустить такие деньги?

Юань Сююйин искренне сочувствовала этим расходам. Чем им раньше прежняя хижина не угодила?

Если бы не новый супруг, третий братишка ни за что не стал бы затевать всю эту возню. Жил бы себе один, какая в конце концов разница, где крыша над головой?

Но раз уж один согласился, а другой был рад стараться, она не могла лезть не в своё дело, оставалось лишь поучать Ту Жуна в надежде, что тот начнет беречь Юань У.

— Я всё понимаю, тетушка. С завтрашнего дня я начну учиться стирать белье и понемногу осваивать стряпню, — послушно пообещал Ту Жун. Если это сделает благодетеля счастливым, он с радостью возьмется за любую работу.

— Вот и ладно. Завтра в полдень я зайду за тобой, пойдем вместе к реке стирать, тетушка тебя научит, — видя, что парень проявил разумность, Юань Сююйин осталась куда более довольна. По крайней мере, он послушный.

Ту Жун радостно кивнул.

Муж и сыновья Юань Сююйин пришли сюда на помощь, а вот в семействе Юань Дачжуана не появилось ни единой живой души. Впрочем, Юань У особо и не ждал их — и слава богу, меньше шансов, что устроят здесь какое-нибудь представление. К тому же он слышал, что Юань Цюань непонятным образом сломал ногу и сейчас, должно быть, сам сидит как на иголках.

Как бы то ни было, всё это не имело к нему никакого отношения, и возиться с ними ему было абсолютно некогда.

Юань У вытер пот со лба, и его взгляд случайно упал на Ту Жуна. Хрупкий сяо-гэ сильно выделялся среди работающих мужчин, да к тому же носил старую одежду самого Юань У, так что заметить его не составляло никакого труда.

Ту Жун обладал тонким чутьем и мгновенно перехватил этот взгляд. Вспомнив наставления Юань Сююйин, он тут же повернулся, побежал в дом и налил полную миску воды, щедро бросив туда сахарный комочек. Держа посуду обеими руками, он подбежал к Юань У.

Чуть приподняв миску на вытянутых руках, он улыбнулся:

— У-гэ, попей воды.

Юань У не хотел, чтобы тот долго держал тяжелую посуду на весу, но, бросив взгляд на дно миски, заметил еще не растворившийся комочек сахара. Он осушил её до дна единым махом, так что сахар вкупе с водой хрустнул у него на зубах.

Только вот эта вода показалась ему до удивления приторной.

— Не крутись здесь, иди поиграй, — сказал Юань У. — Тут везде пыль, да и мужиков много.

— Если ты не со мной, я не хочу играть один, — Ту Жун надул щечки и жалобно посмотрел на Юань У. Разве кто-нибудь на свете мог сравниться с благодетелем по степени увлекательности?

Тяжело трудившиеся мужики, слышавшие этот разговор между молодоженами, не удержались от добродушных смешков.

— Третий братишка, отдохнул бы ты немного, уделил время своему пареньку! Смотри, как он смотрит на тебя сиротливо, аж совесть просыпается.

— Твой супруг с виду явно привык жить в богатом особняке. Отведи ты его куда-нибудь, а мы уж постараемся, возведем тебе дом на славу, заселитесь поскорее!

Юань У ничего не ответил на эти подначки, лишь увел Ту Жуна подальше. Деревенские мужики всегда такие — стоило им немного сойтись поближе, как они тут же норовили отпустить какую-нибудь сальную шуточку. Они с Ту Жуном еще не дошли до той стадии отношений, и ему совсем не хотелось, чтобы тот слушал подобные глупости.

Ту Жун ничего не понял, но раз благодетель так делает, значит, поступает правильно.

— Я только что видел, как ты разговаривал с тетушкой. О чем вы судачили?

— Тетушка сказала, что завтра в полдень научит меня стирать. Я хочу стирать твои вещи, можно мне пойти? — Ту Жун поднял голову и умоляюще заглянул ему в глаза.

Юань У, прежде столько раз промышлявший ловлей кроликов, попривык к этим зверькам и теперь почему-то отчетливо уловил сходство во взгляде. Сердце у него в груди сделало кувырок — как бы после такого вообще не заречься охотиться на зайцев.

Он тихо кашлянул:

— Хочешь — иди. Только вода осенью холодная, если замерзнешь, бросай стирку.

Ту Жун то кивал, то мотал головой:

— Я не боюсь!

Больше Юань У ничего не сказал, велел ему быть осторожнее и вернулся к работе — в конце концов, строился их собственный дом, тут требовалось максимум внимания.

Постройка нового дома шла шумно и весело, на помощь позвали множество людей. Кстати говоря, Ли Дэшунь заходил с приглашением и в дом Юань Дачжуана.

По мнению Ли Дэшуня, те просто поделили имущество, ну пусть даже порвали родственные связи, но среди соседей было принято помогать друг другу в таких делах. Однако из-за того, что Юань Цюань сломал ногу, им было явно не до радости чужих успехов — строительство нового дома Юань У казалось им серпом по сердцу. Юань Дачжуан прекрасно понимал, что не сможет заставить себя переступить этот порог, поэтому отказался.

Сам Юань Цюань до сих пор толком не понимал, при каких обстоятельствах сломал ногу. Он помнил лишь, что пошел искать Ту Жуна, а очнулся уже дома, с переломанной конечностью.

В глубине души он подозревал, что тут не обошлось без Ту Жуна, но они вроде бы даже не сталкивались лицом к лицу, так что возложить вину прямо на него не получалось — приходилось проглотить эту пилюлю молча. К тому же он и сам не смог бы внятно объяснить, какого черта его понесло туда посреди ночи.

— Матушка! Когда же наконец вернется старший брат? — хотя Юань Цюань завидовал тому, как сильно матушка балует Юань Вэня, он всё равно во всем полагался на старшего и очень ждал его возвращения, надеясь, что тот живо поставит Юань У на место.

— Со дня на день должен объявиться. Вот вернется твой старший брат, я обязательно выскажу этому мелкого ублюдку! Подумать только, вздумал от семьи отрекаться! Ишь чего удумал! — Чэнь Ланьсян тоже ждала не дождется, но послать кого-нибудь в город разузнать обстановку не решалась: А-Вэнь терпеть не мог, когда домашние таскались за ним по пятам.

Юань Цюань помрачнел и презрительно фыркнул:

— Вечно этот старший брат... Собирается домой — так хоть весточку бы прислал. Чуть что — ему вечно серебро подавай, а у семьи теперь даже на невесту для меня не осталось ни гроша!

Чэнь Ланьсян нахмурилась:

— Вот сдаст твой брат экзамены на ученой степени сяцай, появятся у нас и деньги. Потерпи еще немного, пока он рядом, чего тебе бояться?

Сказав это, она сердито покосилась на сидевшего молча Юань Дачжуана:

— Ты чего расселся? Всё еще надеешься туда притащиться? И не смей! Надумал этого неблагодарного ублюдка жалеть?

— Чего раскричалась! — прикрикнул на нее Юань Дачжуан. — Я думаю про его серебро. Без лишнего шума затеял отстроить новый дом, у него наверняка кубышка полна, а в свое время и медной монетки не пожелал нам дать!

Стоило завести об этом речь, как Чэнь Ланьсян тут же взвилась от злости и принялась орать во всю глотку, да так громко, что, казалось, её должны были услышать на другом конце деревни.

Юань Цюань злорадно ухмылялся про себя: орите, орите погромче! Чем сильнее разозлитесь, тем страшнее будет наказание, когда старший брат вернется и задаст Юань У хорошую трепку!

На следующий день.

Юань Сююйин поднялась спозаранку, позавтракала и вместе с двумя невестками и дочерью направилась к соломенной хижине Юань У. Мужчины уже вовсю трудились в поте лица.

Она сразу зашла внутрь, чтобы позвать Ту Жуна. Хижина была маленькой, и едва переступив порог, тетушка увидела аккуратно свернутое в ногах кровати одеяло и всё еще спящего под ним Ту Жуна. Одного взгляда на это зрелище ей хватило, чтобы во всем разобраться.

http://bllate.org/book/35714/4419134