Готовый перевод I'm a Popular Star in the Escape Game / Пискни, чтобы выжить: я стану легендой в игре смерти: Глава 15

Фу Юньцю и сам понимал, что задавать подобные вопросы — значит в какой-то мере проявлять бестактность по отношению к собеседнику.

Просто по мере усиления направления его эволюции у него постепенно начали проявляться некие побочные эффекты.

Раньше он мог с улыбкой носить маску и притворяться даже перед теми, кто ему неприятен. Но теперь этот вектор эволюции словно насильственно срывал с него мягкую маску, и он всё меньше и меньше мог выносить подобный шум.

— Хотя бы один звук, — в голосе Фу Юньцю звучала мольба. — Можно?

У Цяо Ичжоу по спине пот ручьями тек:

— Что у тебя за странные наклонности?

— Для меня это очень важно.

На лице Цяо Ичжоу читалось полное недоумение.

Фу Юньцю слегка закусил губу и, слегка покраснев, произнес:

— Я хочу найти этого человека.

— Так это ты меня заподозрил? — отрезал Цяо Ичжоу, решительно всё отрицая. — Исключено! Какое ещеэнь?! Похож я на человека, который вот так запросто может заплакать?

В душе Цяо Ичжоу горько плакал.

Он и представить себе не мог, что эволюция слуха у Фу Юньцю зашла так далеко, и тот услышал его пресловутый стыдный стон.

Опростоволосился!

— Уже поздно, я пошел, — бросил он и поспешно ретировался.

Только сейчас Цяо Ичжоу отчетливо осознал, насколько опасным было его положение: спереди — Фан Янь, которого прежний хозяин тела пытался соблазнить в рубашке, а сзади — случайно услышавший его стон Фу Юньцю, который только и думал, как содрать с него маску!

Что это за поле боя такое?!

Фу Юньцю смотрел на почти сбежавшую фигуру Цяо Ичжоу и мысленно прокручивал в голове слова, сказанные им на прощание.

Опустив взгляд, он погрузился в задумчивость и пробормотал себе под нос:

— Выходит, нужно довести тебя до слез... да?

Он был уверен на семь десятков процентов, что это Цяо Ичжоу, но всё же требовалось проверить наверняка.

Словно заправский аудиофил, Фу Юньцю стоял со слабым румянцем на щеках, а в глубине его глаз таилось туманное выражение:

— Как чудесно.

Чем сильнее развивался его слух, тем больше он обнажал свою истинную природу. От такого количества шума немудрено было сойти с ума.

Хорошо хоть перед тем, как погрузиться в столь ужасное состояние, он встретил Цяо Ичжоу.

—

Из-за всей этой истории с Фу Юньцю Цяо Ичжоу просидел взаперти в своей комнате несколько часов.

Наконец у него выдалась возможность разглядеть внешность этого тела. Заглянув в зеркало, Цяо Ичжоу замкнулся в себе еще сильнее.

Неудивительно, что все вокруг твердили, будто у него вид человека, которого необходимо защищать. С тех пор как он сменил параметр на физическую силу, он стал еще белокоже и красивее. Эти глаза так легко наполнялись естественными слезами. Страх, волнение, стыд — любые эмоции вызывали влагу на ресницах.

Белоснежная кожа так и просила легких поцелуев на грани губ. Уголки глаз слегка покраснели, словно их кто-то натер пальцами. Они вечно заволакивались дымкой, напоминая ветку персикового дерева, покрытую утренней росой.

С такой внешностью... он всё дальше и дальше отдалялся от желанных стальных мускулов.

Цяо Ичжоу ворочался на кровати с боку на бок — казалось, даже нежно-розовые простыни усеяны мириадами игл, и лежать на них невыносимо больно.

В этот момент снаружи кто-то неожиданно постучал в дверь, и Цяо Ичжоу тут же вскочил на ноги.

За дверью стояли Фан Янь и Линь Гэ. Увидев внешний вид Цяо Ичжоу, Линь Гэ мгновенно залился краской.

— М-м-мы что, не вовремя?

Цяо Ичжоу: «??»

— Сходи сначала оденься, — пролепетал Линь Гэ.

— Я вообще-то одет, — отозвался Цяо Ичжоу так, будто щеголял голышом.

Заикаясь, Линь Гэ произнес:

— Т-так показываться другим мужчинам нехорошо.

Распушенные черные волосы, глаза спросонья, словно омытые утренней росой, наброшенная на плечи просторная футболка, наполовину обнажающая круглые и милые плечи — этот ленивый, расслабленный вид будоражил воображение.

Вспомнив о своем статусе парня, переодетого в девушку, Цяо Ичжоу оставалось лишь молча натянуть самую заурядную рубашку.

Но талия у него была донельзя тонкой, и при такой носке, да еще со спутанными прядями и остатками сонной лени, он выглядел до неприличия соблазнительно.

Линь Гэ наконец прозрел: дело было вовсе не в том, во что тот одет, а в том, что он сам по себе был чертовски хорош собой!

— Заходите, я пойду воды налью.

Линь Гэ и Фан Янь вошли в комнату Цяо Ичжоу, и Линь Гэ восторженно воскликнул:

— Ого, я впервые в комнате у девушки!

Цяо Ичжоу, шедший с двумя чашками горячей воды, чуть не пролил всё на пол при этих словах.

Какая к черту девушка?!

Фан Янь оборвал его:

— Давай к делу.

Линь Гэ кивнул:

— Мы тут посовещались насчет состава на следующую игру: идут босс, я, ты и один из ветеранов — Цинь Фан.

— А Цзян Ши? — спросил Цяо Ичжоу.

Эти двое приятелей всегда были так близки, почему вдруг идет только один?

Фан Янь ответил наперегонки:

— У него отличные навыки коммуникации, а в этот раз он показал лучший результат уровня S. Другие команды уровня E наверняка затаили злобу, так что он останется, чтобы разобраться с ними. К тому же в прошлой игре он немного пострадал, так что ему лучше побыть здесь.

Цяо Ичжоу понял его мысль:

— А Фу Юньцю?

Лицо Фан Яня слегка омрачилось:

— Направление эволюции Юньцю — органы чувств, во время эволюции чаще всего возникают проблемы. Когда я заходил проведать его, у него уже поднялась температура.

Цяо Ичжоу только сейчас вспомнил, что вчера вечером у Фу Юньцю и вправду раскраснелись щеки — оказывается, он просто температурил?

Цяо Ичжоу смутно почувствовал облегчение, решив, что он и впрямь накрутил лишнего.

После вчерашнего инцидента он еще ломал голову над тем, не испытывает ли к нему Фу Юньцю каких-то чувств.

Оказывается, дело в жаре! Похоже, он всё выдумал!

— Пусть хорошенько позаботится о себе, — сказал Цяо Ичжоу. — Надо же, у эволюции органов чувств столько побочных эффектов.

— Вчера слышал, ты выбрал физическую силу? — Фан Янь окинул Цяо Ичжоу оценивающим взглядом, всё больше убеждаясь, что тот с каждым днем хорошеет.

Мужчина... и с такой внешностью.

Цяо Ичжоу всего девятнадцать. Если пройдет еще пара лет, не перерастет ли эта хрупкость и соблазнительная красота в нечто демоническое?

В душе Фан Яня шевельнулось странное чувство: ему казалось, будто раньше он совсем не замечал парня, а теперь вдруг обнаружил запрятанное сокровище.

— В этот раз из ветеранов в игре будем только мы вчетвером. Цяо Ичжоу, если боишься, можешь сразу сказать мне.

И что толку говорить?

Неужели Фан Янь ради него сможет силой заставить другого опытного ветерана пойти в игру?

— Конечно, я иду, — ответил Цяо Ичжоу.

Однако Цяо Ичжоу никак не ожидал, что Фан Янь действительно этого хотел.

Хотя он понимал, что Цяо Ичжоу вовсе не горит желанием оставаться, услышав о его решении идти в следующую игру, он всё равно запереживал.

— Каждая игра — это смертельная опасность, хорошенько подумай, — произнес Фан Янь.

Фан Янь выразился настолько прямо, что на этот раз Цяо Ичжоу всё понял и сказал ему:

— На самом деле вам необязательно так обо мне заботиться.

Линь Гэ тут же запротестовал:

— Что за глупости? Ты же девчонка, конечно, мы должны о тебе заботиться.

Цяо Ичжоу: «А? О чем ты вообще говоришь?»

Если я расстегну штаны, поверь, там будет покруче твоего!

При этой мысли Цяо Ичжоу машинально опустил взгляд и прислушался к ощущениям...

Ах да, это же теперь не его тело.

Фан Янь, кажется, разгадал его жест и изо всех сил старался сдержать смех.

Лицо Цяо Ичжоу помрачнело еще сильнее: он и впрямь не сошелся характерами с этим Фан Янем!

Можешь насмехаться над чем угодно, но только не над мужским достоинством!

Пока Цяо Ичжоу кипел от злости, он вдруг услышал тихий голос Фан Яня:

— Цяо Ичжоу, я хочу сказать тебе одну вещь. Я услышал ее от погибшего ветерана из команды E107.

— Какую вещь? — насторожился Цяо Ичжоу.

— Когда попадаешь в игру, первое, от чего приходится отказываться ради выживания, — это человечность. Но если хочешь продержаться подольше, то и вернуть придется именно человечность. Перед смертью он велел мне запомнить это накрепко.

—

Спустя пять часов следующая игра официально началась.

Световой столб рухнул вниз, накрывая всех четырех ветеранов команды E107.

Цяо Ичжоу ослепило ярким светом, а стоявший рядом Фан Янь тихо бросил ему:

— Попадая в игру, мы вполне можем оказаться в разных местах. Сначала береги свою шкуру, я обязательно тебя найду!

Цяо Ичжоу кивнул, а в голове крутились слова Фан Яня.

«Когда попадаешь в игру, первое, от чего приходится отказываться ради выживания, — это человечность. Но если хочешь продержаться подольше, то и вернуть придется именно человечность».

«Что в этом вообще особенного? Зачем запоминать накрепко?»

В этот момент все услышали механический голос Главной Системы:

— Все участники команды E107 готовы, начинается перемещение...

У Цяо Ичжоу уже не оставалось времени на раздумья: его затянуло в кромешную тьму, словно волны одна за другой накрывали его с головой.

Сознание быстро угасло, и когда он пришел в себя, то почувствовал невероятную тяжесть во всем теле.

Вокруг темнел глухой лес, и среди густой листвы восседала сова.

В небе висела круглая луна, а неподалеку от леса высился кирпично-красный костел, укутанный тонким слоем серебристого инея, придающего ему священное сияние.

Фон этой игры... средневековая Европа?

Цяо Ичжоу еще не мог совладать с телом, но уже заметил нечто странное. Если это действительно европейское средневековье, почему кругом высажены тринадцать огромных баньяновых деревьев?

Даже такой малосведущий человек, как он, знал, что баньяны дают густую тень и притягивают всякую нечисть.

К тому же... это число — тринадцать.

Во многих западноевропейских постройках тринадцатый номер намеренно пропускали, страшно боясь этой цифры. А тут в сочетании с баньянами... атмосфера становилась зловещей вдвойне.

Цяо Ичжоу не мог пошевелиться, а товарищей по команде поблизости не наблюдалось. Всё его тело натянулось струной.

Что происходит?

Ш-ш-ш...

В баньяновой роще что-то стремительно пронеслось, задевая листву и приближаясь прямо к нему.

Цяо Ичжоу отчетливо разглядел пару светящихся в ночной темноте глаз, выглядевших жутко и неестественно.

Там кто-то есть, там точно кто-то есть!

Стоило только войти в игру, как они тут же угодили в опасность!

Страх грозил прорвать кожу, мышцы окаменели, и даже луна на небе теперь казалась зловещей.

Двигайся же, ну двигайся!

Цяо Ичжоу сбитым дыханием закусил губу так сильно, что на ней выступила кровь.

Боль не помогла вернуть контроль над телом, хотя Цяо Ичжоу уже ощутил на губах вкус собственной крови.

Наконец перед ним выросло трехметровое чудовище. У монстра было всего по три пальца на ногах, мертвенно-бледная кожа и острые клыки, а отливающие зеленью глаза казались жутко зловещими в отражении лунного света.

На плече монстр тащил человека — всего в крови, живого места на коже не осталось.

Чудовище с глухим стуком швырнуло ношу на землю, и только тогда Цяо Ичжоу смог разглядеть лицо бедолаги.

Это был участник из другой команды выживших.

Тот посмотрел на Цяо Ичжоу, выплевывая горсти крови — казалось, он хотел что-то сказать, но крови во рту было слишком много, и при каждом движении губ она лишь текла наружу. Не успевая ее сглатывать, он из последних сил передавал финальное послание. Умирающий человек всегда говорит правду.

— Я... почти кончен. Когда я умру, монстр получит право охотиться на новых игроков. Запомни: нужно найти юношу. Эту ключевую информацию мои товарищи добыли ценой собственных жизней...

Кровь текла рекой, остановить ее было невозможно.

Монстр занес тяжелый железный молот и обрушил его вниз.

На лице умирающего вдруг появилась улыбка:

— Как только я перестану дышать, ты сможешь двигаться, беги...

Всплеснула кровь, брызги обагрили лицо Цяо Ичжоу.

Руки и ноги Цяо Ичжоу наконец обрели подвижность. Не раздумывая больше ни секунды, он сорвался с места и бросился вперед.

Черт, черт, черт!

Видеть смерть человека с такого близкого расстояния произвело на Цяо Ичжоу сильнейший визуальный удар, от которого застучали зубы.

Изначально монстр нацелился на него, но, увидев побег жертвы, взревел:

— Ррр-а-а!

Кто бы мог подумать, что этот пацан так быстро среагирует!

Стоит признать, обмен параметра физической силы принес свои плоды: всё же это тело было сильнее, чем в предыдущем мире.

Цяо Ичжоу никогда в жизни не бегал так быстро — его ноги едва касались земли, казалось, он вот-вот взлетит.

Но даже при таком бешеном темпе оторваться от преследователя не получалось. Вспомнив о предмете, купленном в Главном районе, Цяо Ичжоу на ходу вытащил таинственный парфюм и забрызгал им себя.

Из-за этой заминки монстр подобрался еще ближе, а сам он потерял дорогу из виду.

Внезапно Цяо Ичжоу провалился вниз — он угодил в глубокую яму, на дне которой валялся гроб с высеченным на крышке серебряным распятием, характерным для церкви.

Такие гробы едва вмещали одного человека, но, к счастью, покойник внутри оказался на редкость тщедушным. Раздумывать было некогда: Цяо Ичжоу нырнул внутрь, отбросив все предрассудки.

Его колотила мелкая дрожь, и даже несколько глубоких вдохов не могли унять панику.

Из-за артефакта сверху принюхавшийся монстр уже не мог учуять запах Цяо Ичжоу.

Зрение у чудовища было никудышным — почти слепое, оно полагалось исключительно на нюх и с трудом ориентировалось в ночи. Однако упущенная жертва грозила наказанием от хозяина.

Покружив вокруг да около, монстр в конце концов был вынужден оставить поиски и удалиться.

Спустя неизвестное время Цяо Ичжоу толкнул крышку гроба и с трудом выбрался наружу.

Он все еще не оправился от шока, а в голове царил полный кавардак.

Где Фан Янь? Где остальные?

Цяо Ичжоу обхватил себя руками, непрерывно бормоча:

— Не бойся, у Фан Яня есть локатор, мы все соберемся вместе...

Повторив это заклинание несколько раз, он немного успокоился.

На одежде осталась кровь того игрока из чужой команды. Осторожно карабкаясь из двухметровой ямы и оглянувшись назад, он только сейчас понял, насколько жуткое это было место.

Повсюду валялись брошенные как попало гробы, не дождавшиеся погребения — настоящее кладбище брошенных тел.

В полузабытьи Цяо Ичжоу думал лишь об одном: как можно скорей убраться отсюда.

Точно, та церковь.

Единственное строение в округе, возможно, именно оно — ключ к этой игре.

Цяо Ичжоу двинулся вперед. В лесу стояла такая темнь, что дороги было не разглядеть, и на ходу он споткнулся о валун.

Подняв голову, он заметил на камне какой-то силуэт.

Сердце Цяо Ичжоу сжалось от страха: неужели снова какой-то монстр, решивший разорговать его на куски?

Тучи рассеялись, и луна вновь осветила округу, разогнав густой мрак.

Цяо Ичжоу наконец разглядел гостя.

Кошка. Это была гладкая черная кошка с разноцветными глазами — один золотой, другой синий — которая пристально смотрела на него.

Ее глубокий, как океан, взгляд скользнул по каждому дюйму кожи Цяо Ичжоу, создавая ложное ощущение, будто его преследует хищный зверь.

Цяо Ичжоу почувствовал, как всё тело натянулось до предела, вжался в землю, не смея пошевелиться, а кончики пальцев онемели.

Одного ее взгляда хватило, чтобы вызвать дрожь во всем теле.

http://bllate.org/book/35696/4416248