Готовый перевод My Fiancé is a God / Мой муж — недосягаемый идеал: Глава 8

— Как дела? Я заметил, что ты всё время на меня смотришь, — спросил Си Вэньчжи.

Хэ Яо поспешно покачал головой. Он уже один раз потерял лицо и допустил языковую бестактность в машине, а если Си Вэньчжи догадается, о чём он думал — о запахе феромонов собеседника, — это будет слишком… пошло.

Ему не хотелось так себя характеризовать, но для отношений между Альфами и Омегами всё, что связано с феромонами, изначально носит двусмысленный характер.

Не успел Хэ Яо придумать, как пережить это короткое время совместного пребывания, как зазвонил телефон Си Вэньчжи.

— Прошу прощения, я отвечу на звонок.

— Ничего страшного, отвечайте.

Хэ Яо так и остался сидеть, во все глаза наблюдая, как Си Вэньчжи уходит отвечать на звонок в коридор. О чём был этот разговор, оставалось только гадать, но он затянулся аж на полчаса.

Временами Хэ Яо до смерти боялся, что Си Вэньчжи уйдёт, не попрощавшись, — в конце концов, прецедент уже был. Тревожась в душе, он притворился, что ему нужно в туалет, и вышел, чтобы убедиться, на месте ли ещё человек. К своему удивлению, он увидел Си Вэньчжи: тот стоял в углу коридора и говорил по телефону, зажав между пальцами зажжённую сигарету.

Хэ Яо впервые видел, чтобы Си Вэньчжи курил. Хотя было непонятно, что именно ему говорят, выражение лица у Си Вэньчжи выглядело крайне отстранённым и холодным. Его глаза были наполовину прикрыты, создавая впечатление праздности, но на самом деле в них таилось равнодушие, еще более зловещее, чем тогда в машине.

Зажжённая сигарета поднесли к губам двумя тонкими пальцами, Си Вэньчжи затянулся, медленно выдохнув облачко дыма, сквозь которое его острый взгляд устремился вперед.

Оказалось, что Хэ Яо сам не заметил, как подошел на несколько шагов ближе. Словно возвращаясь в ту ночь, в похожую обстановку: собеседник точно так же смотрел на него сквозь пелену дыма, и хотя выражение его лица немного отличалось, это ничуть не мешало Хэ Яо погрузиться в задумчивость.

Хэ Яо невольно мысленно восхитился: аура Си Вэньчжи была настолько сильной, что едва ли позволяла распознать пол, так что неудивительно, что при первой встрече он не смог определить его вторичный пол. Такой человек, независимо от внешности, темперамента или властной ауры, занимал бы высшие позиции даже среди Альф.

— Почему ты вышел?

Выражение лица оставалось холодным и суровым, но голос звучал всё так же мягко.

Первая мысль, мелькнувшая в голове Хэ Яо, заключалась в том, что собеседник по телефону сказал что-то из ряда вон выходящее, раз заставил обладателя столь прекрасного нрава застыть с лицом холодного омута.

Он познакомился с Си Вэньчжи в условиях намеренной маскировки последнего и не знал истинной натуры этого человека. Сейчас он смотрел на Си Вэньчжи сквозь толщу сильных иллюзий.

Си Вэньчжи не собирался разрушать свою маскировку и мгновенно сменил выражение лица. В глазах Хэ Яо это выглядело как попытка натянуть улыбку через силу, что заставило его забыть о социальном статусе собеседника и проявить заботу, свойственную обычному студенту без каких-либо особых талантов:

— Что случилось? Что-то произошло?

Он не договорил, оставив слова висеть в воздухе.

Глава 7

Погода становилась всё холоднее. В этот вечер пар не было, и Чэнь Синь организовал для сокурсников по общежитию совместный ужин в популярном ресторанчике хого неподалёку от университета. Народу набилось битком, и четвёрке друзей пришлось отстоять часовую очередь, прежде чем удалось занять столик.

Хотя в заведении было шумно от толпы, атмосфера не казалась раздражающей. Официанты сновали туда-сюда, и не прошло и десяти минут, как на столе появились и бульон, и заказанные блюда.

Красный острый бульон исходил паром, непрерывно бурля и прогоняя зимний холод. Чэнь Синь в два счёта расставил тарелки вместе с подоспевшим официантом, отступил на шаг назад и сделал несколько снимков еды на телефон.

Это был неизменный ритуал перед каждым совместным походом куда-либо. Остальные трое молча сидели на своих местах, ни у кого даже в мыслях не было тянуться к палочкам. Закончив съёмку, Чэнь Синь остался стоять на месте, пролистывая свежие кадры. Его пальцы скользили по экрану, отбирая самые удачные ракурсы, после чего он переслал самый лучший снимок своей девушке.

Скинув фото, Чэнь Синь не спешил садиться — стоя, он разлил всем напитки:

— Едим, едим, сегодня угощаю я!

Отчёт перед девушкой был сдан. Сюй Цзяньюнь и Гэн Лу с помощью общих палочек принялись закидывать мясо в кипящий бульон, а Хэ Яо взял свой телефон и обратился к усеявшемуся за стол Чэнь Синю:

— Скинь мне тоже фотки.

Чэнь Синь странно покосился на него: кроме него самого, в их комнате никто не страдал привычкой фотографировать еду перед трапезой. Впрочем, сочтя это странным, он тут же переслал снимки в общий чат:

— В чате. Тоже в соцсети выложить хочешь? Видишь, как классно я снял?

Все четверо учились на художественном факультете, так что с эстетикой у них проблем не было: композиция, цвета и даже мелкие детали на фотографиях были проработаны безупречно.

Рядом с бурлящим хого на снимках виднелись не только блюда, но и фрагменты остальных троих сокурсников — где рука, где край одежды. Те, кто знал их лично, без труда смогли бы узнать друзей.

Девушка Чэнь Синя по имени Цяо Цяо была знакома со всеми парнями, так что узнать их труда не составляло. Чэнь Синь просто отчитывался перед ней о своём маршруте.

Чэнь Синь делал фото для отчёта, а Хэ Яо?

— Я не в соцсети собираюсь выкладывать.

Хэ Яо, понимая, что вызвал у сокурсников жгучее любопытство, ничуть не смутился их пронзительным взглядам. Он сначала переслал фотографии контакту, добавленному в минувшую субботу, набросал строчку текста и только после этого поднял глаза на соседей по комнате:

— Вы на что смотрите?

Чэнь Синь лукаво подмигнул ему:

— А вы быстро продвигаетесь!

Хэ Яо: «……»

Опустим тот момент, откуда они вообще взяли, будто он шлёт эти фотографии кому-то конкретному. С каких это пор отправка снимка с отчётом стала признаком развития отношений?

В тот вечер он попытался выведать у Си Вэньчжи содержание того телефонного разговора, но тот легко замял тему дежурными фразами, не позволив понять даже, касалось ли то дело личных вопросов или работы. Позже Си Вэньчжи отвёз его обратно в университет и сразу помчался в аэропорт, так что дальнейшее общение происходило исключительно в сети.

После того как он добавил Си Вэньчжи в друзья, их переписка состояла главным образом из обмена повседневными мелочами. Он надеялся через такие рассказы о быте представить себя собеседнику, показать себя с лучшей стороны и, испытывая трепетное предвкушение, рассчитывал лучше узнать друг друга. Вот только сам Си Вэньчжи казался ужасно занятым, а его ответы — сухими и безэмоциональными.

Хэ Яо честно признавал, что никакого прогресса нет. Опыта романтических отношений у него ровно ноль, а опыта ухаживаний и вовсе не существовало. Единственным человеком в его окружении со второй половинкой был Чэнь Синь, так что пересылка фотографий являлась не чем иным, как попыткой перенять чужой опыт.

Чэнь Синь тяжело вздохнул и принял вид убелённого сединами мастера любви:

— Есть ответ — значит, дело выгорит, а вот если ответа нет — тогда кранты.

И ведь не поспоришь.

Си Вэньчжи определенно испытывает к нему какой-то интерес, и Хэ Яо мог уверенно сделать такой вывод на основе прежнего поведения мужчины.

Вот только тот не проявлял особой теплоты, они жили в разных городах, да к тому же сказывалась разница в социальном положении и статусе. У Хэ Яо не было уверенности, что он сможет прощупать истинные намерения этого человека.

Он вздохнул и жестом предложил всем приняться за еду, не желая углубляться в эту тему.

Чэнь Синь послушно сменил пластинку:

— Гэн Лу, с какого перепугу всё мясо из бульона оказалось в твоей тарелке?!

— Кто успел, того и тапки. Кто замешкался — остался с носом, — самодовольно ухмыльнулся Гэн Лу, вылавливая палочками последний кусочек жирной говядины и отправляя его в пиалу с соусом. Мясо, щедро покрытое густым кунжутным сооусом, выглядело чертовски аппетитно.

Все четверо парней были Альфами с отменным аппетитом и крепким телосложением. Они уплетали еду за обе щеки и лишь после того, как в ожесточенной борьбе набили животы наполовину, принялись неторопливо болтать.

Накануне выпуска разговоры соседей по общежитию неизбежно крутились вокруг насущных дел.

Альф на художественном факультете встретишь нечасто, но им довелось собраться вчетвером на чистом искусстве: Хэ Яо, Чэнь Синь и Сюй Цзяньюнь учились на отделении масляной живописи, а Гэн Лу выбрал скульптуру.

За исключением Чэнь Синя, не питавшего иллюзий насчет научной карьеры и планировавшего после выпуска просто унаследовать семейный бизнес, остальные трое собирались поступать за границу.

Сюй Цзяньюнь упорно шел к тому, чтобы сменить профиль и заняться дизайном. Хэ Яо уже давно заручился поддержкой желанного научного руководителя, а у Гэн Лу за спиной стояли неисчерпаемые финансовые возможности семьи, избавлявшие его от любых забот.

Всегда говорили, что обучение чистым искусствам требует золотых приисков. За исключением Хэ Яо, чья ситуация выглядела несколько обособленной, Сюй Цзяньюнь и Гэн Лу подготовились заранее. И лишь Хэ Яо приходилось ломать голову над деньгами.

В памяти всплыли наследство матери, предлоги Хэ Шаньвэня манипулировать им, требования о заключении брака по расчету, а еще… Си Вэньчжи.

Они оживленно переговаривались, строя планы на будущее, пока Хэ Яо витал где-то далеко, мысленно примеряя на себя возможное будущее с Си Вэньчжи.

Если брак по расчету сорвется, а Хэ Шаньвэнь сожмет кулак на тех деньгах и наотрез откажется их выдавать, придется собирать доказательства и судиться с этим биологическим отцом.

Если же брак состоится, и Хэ Шаньвэнь сдержит слово, разве не придется тогда думать о проблеме расстояния? Сможет ли Си Вэньчжи согласиться на его отъезд за границу? Не станет ли признание в своих планах поводом уменьшить его шансы в глазах мужчины?

Тут как раз кстати Чэнь Синь завел разговор о проблемах в отношениях с Цяо Цяо:

— Если я вернусь поднимать семейный бизнес, нам с Цяо Цяо придется жить в разных городах. Эх, она ведь такая прилипчивая, как же она без меня справится?

Сюй Цзяньюнь и Гэн Лу синхронно закатили глаза.

Не говоря уже о том, кто к кому на самом деле липнет, семья Чэнь Синя находилась в другом городе, а сама Цяо Цяо училась на два курса младше. Если Чэнь Синь уедет ради семейного дела, им неминуемо грозили отношения на расстоянии.

Многие студенческие пары сталкивались с суровым выбором между любовью на расстоянии и неизбежным расставанием после получения дипломов. Тех, кому удавалось пройти этот путь до конца, можно было пересчитать по пальцам. Чэнь Синь распинался так, словно это Цяо Цяо жить без него не могла, но реальное положение дел было прекрасно видно всему общежитию. Кто к кому привязан? Совесть у каждого своя.

Видя тревогу товарища, Сюй Цзяньюнь попытался его утешить:

— Твой дом ведь не так далеко отсюда, на самом деле всё не так уж плохо.

— Да уж, терпимо, — поддакнул Гэн Лу.

заразившись мрачным настроением Чэнь Синя, Хэ Яо молча сидел без единого слова.

Экран телефона на столе вспыхнул, оповещая о новом сообщении. Ответил Си Вэньчжи, и Хэ Яо тут же отбросил все дурные мысли, с нетерпением разблокировав аппарат.

Хэ Яо: Сегодня так холодно, я с сокурсниками едим хого, вы поели?

Си Вэньчжи: Только что с совещания. Это ты в левом нижнем углу?

Хэ Яо пригляделся к фотографии: в левом нижнем углу действительно виднелась половина его фигуры. Он никак не ожидал, что Си Вэньчжи узнает его с первого взгляда. Лица ведь даже толком не было видно! Сердце Хэ Яо радостно ёкнуло от осознания того, что Си Вэньчжи смог моментально вычленить его из общей композиции. Он поспешно ответил, подтверждая догадку мужчины.

Хэ Яо: Да. Как вы догадались?

Си Вэньчжи не стал объяснять, как именно распознал его, а лишь коротко велел:

— На улице холодно, одевайся теплее.

На фотографии на Хэ Яо была надета лишь тонкая куртка — он просто выскочил из дома в спешке и забыл её снять, а поверх неё накинул пуховик. Добравшись до ресторана, он испугался, что пуховик провоняет едой, снял его и попросил официанта упаковать в пакет.

Говорить об этом было немного стыдно: пуховик не постираешь на раз-два, а из-за тревог по поводу учебы за рубежом, хотя у него и оставались кое-какие сбережения, он подсознательно начал экономить. Зимой он не стал тратиться на новую одежду, и сейчас в его распоряжении имелось всего два пуховика на смену. Второй он только вчера отдал в химчистку, и если бы испачкался этот, носить стало бы буквально нечего.

Впрочем, вдаваться в такие подробности перед Си Вэньчжи не стоило. Поддавшись неожиданному порыву маленькой хитрости, он напечатал в ответ:

— Я постоянно тренируюсь, у меня крепкое здоровье, мне совсем не холодно.

http://bllate.org/book/35692/4415700