Готовый перевод The Substitute Is OP But Too Silly / Мой двойник — имба, но полный придурок: Глава 13

Е Итуань достал свою плетку и хлопнул рукоятью по ладони.

Фу Лин решительно кивнул:

— Спрашивай. Ты спрашивай.

Е Итуань задал вопрос, который сейчас занимал его больше всего:

— Мы раньше состояли в... таких отношениях?

Фу Лин:

— В каких таких?

Е Итуань:

— Я тебя имел?

Фу Лин: ...

Фу Лин: ………………

Фу Лин, потеряв всякое терпение, воскликнул:

— Откуда у тебя такие иллюзии о самом себе? Если кто и имел, то это я тебя! Ты хоть глянь на свое лицо, прежде чем такое нести, а?

Е Итуань:

— Глянул. Вполне подходящее лицо, чтобы иметь тебя. Что, не нравится? Хочешь огрести?

Фу Лин потерял дар речи. Сказать «нравится» он не мог, сказать «не нравится» — побоялся. Почему, черт возьми, Е Итуань стал таким?!

Глава 8

Фу Лин чувствовал, что его мозг работает как компьютер, на котором одновременно запущены три антивируса: он перегревался и постоянно зависал.

— Мы не спали, доволен? — выдавил он наконец.

Е Итуань:

— О как. А целовались?

Фу Лин:

— ...Нет.

Е Итуань:

— Задам вопрос поделикатнее, надеюсь, не обидишься: ты импотент?

Ты называешь это «поделикатнее»?

Фу Лин взревел:

— Что ты несешь?! Я люблю только А-Юэ! Только его! Я нашел тебя лишь для того, чтобы, глядя на твое лицо, вспоминать об А-Юэ! Мы не целовались, не спали и даже за руки не держались. Доволен?!

Раз они даже за руки не держались, значит, тот, прежний «Е Итуань», искал Фу Лина явно не из-за романтической одержимости, тут скрывалось что-то другое. Е Итуань размышлял над этим и не смог сдержать иронии:

— Ничего себе, даже при такой немощности ты умудряешься держать «канарейку». Целевая аудитория у этого бизнеса куда шире, чем я думал.

Фу Лин: ...

Он не понимал, почему в последнее время превратился в производителя многоточий.

— Я же сказал: я люблю только А-Юэ, — произнес он. — Я был с тобой только потому, что ты на него похож. Но теперь я вижу, что был слеп — ты совершенно на него не похож! Я даже не знаю, ты ли это вообще, не знаю, человек ли ты. Плевать. Между нами всё кончено.

Он выпалил всё это на одном дыхании. Однако, к его удивлению, никакого облегчения не наступило — напротив, на душе стало еще тяжелее. Грудь будто залили бетоном. Он понурил голову.

Е Итуань, глядя на него, проронил:

— А? Мечтать не вредно.

Фу Лин резко вскинул голову:

— Что?

Е Итуань:

— Быть твоей канарейкой — это роль, которую я отыграю до конца.

Фу Лин в оцепенении смотрел на него, над его головой словно повисли знаки вопроса:

— Почему?

Е Итуань:

— Взялся за работу — выполняй ее качественно.

Он по-прежнему сидел на диване, закинув ногу на ногу, руки раскинул по сторонам. Поза была вызывающей, в ней не осталось ничего от того «нежного цветка», который раньше лил слезы при каждом порыве ветра.

— Только один вопрос: придется доплатить. Девяносто девять юаней — это просто смешно, ты меня за кого держишь? Давай девятьсот девяносто девять тысяч.

Фу Лин в неверии округлил глаза. Он и представить не мог, что Е Итуань заговорит с ним о деньгах. Раньше тот был на седьмом небе от счастья, получая жалкие девяносто девять юаней.

— Мои карты заблокированы, где я возьму тебе девятьсот тысяч? — спросил он.

Е Итуань посмотрел на него с таким видом, будто тот был полным дураком:

— Упади в ноги своему дяде! Скажи, что повзрослел, хочешь начать свой бизнес и нашел невероятно прибыльный проект, не хватает только стартового капитала. Неужели даже этого не умеешь?

Фу Лин:

— О чем ты вообще думаешь? Бизнес? Какой еще бизнес я могу открыть? Ферму по разведению канареек?

Е Итуань:

— Огрызаешься? Хочешь получить?

В этот момент снаружи послышался голос. Фу Минчэн стоял у дверей, сидя в инвалидном кресле. Одной рукой он подпирал щеку, выражение лица было ленивым, будто ему даже шевелиться не хотелось.

— Юный господин Е, даже если бьете собаку, нужно хотя бы взглянуть, чей это хозяин.

Фу Лин: ...ты сейчас меня собакой назвал?

Родители Фу Лина рано умерли, и бабушка баловала его сверх меры, что сделало его высокомерным и своенравным. Единственным человеком в семье Фу, кто мог его приструнить, был этот младший дядя. Фу Лин с детства боялся Фу Минчэна до смерти и старался с ним не пересекаться. Будь это кто-то другой, Фу Лин уже взорвался бы от слов о собаке, но сейчас он молчал, даже не смея поднять взгляд и встретиться с дядей глазами.

А вот Е Итуань его не боялся:

— Ты хозяин? Я тут занялся его воспитанием, так что ты еще должен мне сказать спасибо, что я не требую плату за обучение.

Фу Минчэн:

— Чему ты его учил?

Е Итуань:

— Тому, что не стоит быть слишком наглым, иначе можно схлопотать.

Фу Минчэн вдруг рассмеялся. У него было очень красивое лицо, и когда он смеялся, это зрелище радовало глаз — Е Итуань даже залюбовался. Но для Фу Лина этот смех звучал как зов смерти; он был готов хоть с головой укрыться одеялом, лишь бы спрятаться. Но скрыться было некуда.

Фу Минчэн поднялся с кресла и прямо направился в палату. Вокруг стояла тишина, и каждый его шаг отдавался эхом. Подойдя к кровати, он уставился на Фу Лина сверху вниз:

— Подними голову.

Голос был ленивым, но в нем слышалось непререкаемое давление. Фу Лин поднял голову.

Фу Минчэн не раздумывая отвесил ему звонкую пощечину. Звук отчетливо разнесся по комнате. Фу Лин едва не подскочил, но дернул рану и болезненно поморщился. Фу Минчэн ударил его снова.

Фу Лин, прикрывая лицо, вскрикнул:

— За что?!

Фу Минчэн оставался таким же невозмутимым, хотя в его глазах застыл холод глубокого омута:

— За то, что я твой старший. За то, что из-за тебя твоя семидесятилетняя бабушка всю ночь глаз не сомкнула. И за то, что это моя мать. Фу Лин, я предупреждал: я не лезу в твои дела, пока ты не переходишь границы. Я говорил это?

Услышав про бабушку, Фу Лин почувствовал укол вины, но тут же недовольно проворчал:

— Что со мной могло случиться? Это всего лишь царапины, больница просто раздула проблему и донесла бабушке.

Фу Минчэн:

— Я не об этом. Я о том вечере, когда ты напился до беспамятства и кричал, что не хочешь жить, что умрешь ради Бай Юэ. Видео попало к бабушке, она всю ночь не спала.

Он наклонился ближе и в упор посмотрел на племянника:

— Фу Лин, ты правда хочешь умереть?

Лицо Фу Лина то краснело, то бледнело, и он наконец замолчал. В тот вечер Бай Юэ в очередной раз отказал ему, заявив, что «согласен только на дружбу». Фу Лин напился до потери памяти и устроил истерику. Кто бы мог подумать, что какой-то приятель запишет это на видео и выложит в сеть, откуда оно дойдет до бабушки. Фу Минчэн приходил к нему на виллу именно из-за этого, но тогда столкнулся с Е Итуанем.

Фу Минчэн повторил:

— Отвечай, ты правда хочешь умереть?

Фу Лин прошептал еле слышно:

— ...Нет.

Фу Минчэн выпрямился.

— Раз нет, то хорошо, — сказал он. Он достал спиртовую салфетку и принялся тереть руку, которой дал пощечину, с такой яростью, словно пытался содрать кожу. В воздухе разлился легкий запах спирта.

Фу Минчэн небрежно бросил салфетку:

— Ладно, с прошлым разобрались. Теперь обсудим, как вы двое из-за своей ревности оказались в больнице.

Он перевел взгляд на Е Итуаня:

— Юный господин Е, его опекун еще жив. Если нужно кого-то воспитывать, это не ваша обязанность.

Е Итуань потер подбородок:

— Еще жив, значит...

Он сидел на диване, молча наблюдая за ними, и теперь его лицо выражало глубокую задумчивость. Дело было в том, что, как только Фу Минчэн подошел к нему на расстояние трех-четырех метров, в голове Е Итуаня раздался голос Системы:

【Запущен калькулятор вероятности Постапокалипсиса! Обнаружен ключевой персонаж, вызывающий Постапокалипсис. Текущая вероятность: 14%!】

Перед глазами тут же возник огромный красный знак стрелки, указывающий на голову Фу Минчэна. А поверх стрелки светилось ярко-алое число в золотом ореоле, мерцающее всеми цветами радуги:

14%!!!

Да, с тремя восклицательными знаками. Очень лаконично и наглядно. Даже чересчур наглядно. Видеть, как над головой Фу Минчэна висит цифра, было довольно странно.

Значит, если подойти на определенное расстояние, активируется калькулятор и показывает вероятность катастрофы? Вот как это работает?

Тогда решение казалось до смешного простым: прикончить человека.

Е Итуань: «Система, если я найду шанс и прикончу его, кризис Постапокалипсиса будет предотвращен?»

Система: «Не факт».

Е Итуань: «Что значит «не факт»? Нужно убить человека и посмотреть, что будет?»

Система: «Может, предотвращен, а может, и нет».

Ну просто мастер бессмысленных ответов.

Е Итуань колебался. Он окинул Фу Минчэна взглядом, думая: «Выглядит прилично, солидный мужчина, а сам мечтает уничтожить человечество. Опасный тип, главный злодей — кто бы мог подумать? Хорошо, что есть я — спаситель мира, который уничтожит тебя прямо здесь и сейчас».

Е Итуань заговорил:

— Но я уже ударил, рука уже чешется. Господин Фу, скажите, что мне с этим делать?

Они смотрели друг другу прямо в глаза, не отводя взгляда. В воздухе словно проскочила искра.

Фу Лин переводил взгляд со своей «канарейки» на дядю, и над его головой снова зажглись вопросы. На что они смотрят?

Хотя... дядя всегда был холодным и беспощадным, на что он только не способен? А Е Итуань — нежный цветок, который только и умеет что плакать, если с ним столкнется, с него же шкуру сдерут.

...А, погодите, кажется, Е Итуань совсем не такой уж нежный цветок.

http://bllate.org/book/35648/4409286