Готовый перевод You're Not the First to Want Me / Аренда парня: Бизнес или любовь?: Глава 10

Даже если бы Лу Юэ стал вдвое сложнее в общении, он бы всё равно это стерпел.

– Конкретные детали мы обсудим позже, – сказал Лу Юэ. – Выходи.

– Лу... староста, до свидания.

Чуть было снова не назвав его господином, Ло Цзиншу с натужным видом исправил оговорку, толкнул дверь и вышел из машины.

Снаружи на него пахнуло полуденным зноем, и от солнечного блика, отразившегося в лобовом стекле, Ло Цзиншу зажмурился. Он не разглядел лицо Лу Юэ в салоне, лишь махнул рукой в ту сторону, после чего его тут же схватил подлетевший Хэ Фэнсюэ и утащил за собой.

Подождав еще немного после того, как они оба полностью скрылись с парковки, Лу Юэ тоже вышел из машины и направился в другую сторону.

– Какой ты вежливый, – Хэ Фэнсюэ дернул Ло Цзиншу за руку.

Ло Цзиншу ответил:

– Лу Юэ – ценный клиент, я, конечно, должен проявить вежливость, чтобы он ощутил сервис VIP-уровня.

Хэ Фэнсюэ с любопытством спросил:

– О чём вы там болтали внутри?

Ло Цзиншу вкратце пересказал всё.

– Что? Двадцать тысяч! Просто... он просто познакомил тебя с У Ханем, немного воспользовался тобой, и всё – двадцать тысяч!

Хэ Фэнсюэ чуть не сорвался на крик, и Ло Цзиншу зажал ему рот ладонью.

– Не стоит выставлять богатство напоказ.

Хэ Фэнсюэ тут же показал Ло Цзиншу обе руки с растопыренными пальцами в знак «о'кей».

Стоило Ло Цзиншу отпустить его, как Хэ Фэнсюэ вновь заговорил с прежним воодушевлением:

– Лу Юэ выглядит неприступным, но до чего же щедрый! Наотмашь отвалил пятизначную сумму.

– Ты знаешь ту девчонку из третьего класса по имени... Лулу? Ее парень – второй молодой господин из Ваньсин Яое, так на день рождения он перевёл ей аж пятьдесят два юаня, ее так взбесило, что она в пух и прах разругалась с ним в соцсетях.

– Ну-ка дай посчитаю... – Хэ Фэнсюэ достал телефон и быстренько прикинул для Ло Цзиншу: – Больше шестисот тысяч! Разбогатеем так разбогатеем!

Ло Цзиншу потряс перед ним своим телефоном:

– Угощу тебя молочным чаем!

На лице Хэ Фэнсюэ отразилась радость, он тут же бросился обнимать Ло Цзиншу:

– Молодой господин Ло угощает меня молочным чаем!

В каждом кампусе Китайской академии театрального искусства имелись чайные лавки, и открывались они целыми гроздьями, а в этот час они все еще работали.

Ло Цзиншу изначально собирался направиться к самому дорогому заведению, но Хэ Фэнсюэ указал на лавочку в самом дальнем углу:

– Я хочу лимонад, угости меня лимонадом!

Хэ Фэнсюэ втолкнул Ло Цзиншу внутрь, а сам помчался к прилавку:

– Мне стакан супербольшого лимонада!

Ло Цзиншу понял, что Хэ Фэнсюэ экономит его деньги, поэтому подошел и сам расплатился:

– Вот подпишем контракт, тогда я свожу тебя в ресторан.

Хэ Фэнсюэ чуть было с ходу не согласился:

– Нет, тебе предстоит тратить деньги на слишком многое. Нам хватит поесть где-нибудь так, чтобы твоим младшим брату и сестре хватило на целую неделю обедов в столовой.

– Я и в столовой тебя угощу, – с улыбкой произнес Ло Цзиншу.

– ... – Глаза Хэ Фэнсюэ округлились, а спустя мгновение он склонил голову набок: – Ну ладно~ тогда я буду вонтоны со второго этажа Северного кампуса.

Вернувшись в общежитие с чашками молочного чая в руках, Хэ Фэнсюэ поставил чай на стол, принялся жаловаться на духоту и, скинув майку в шорты, нырнул в ванную.

Ло Цзиншу бросил взгляд на ванную, подумав, что Хэ Фэнсюэ наверняка провозится там еще какое-то время, а он помоется уже после него.

Он достал телефон, открыл WeChat Ло И и сделал видеозвонок. После нескольких гудков вызов приняли, и медседла в белом халате, взглянув на парня в объективе, мягко произнесла:

– Уроки закончились?

– Днем пар нет, я хотел бы на маму посмотреть.

– Хорошо, пойду поищу ее, – ответила медсестра и поднялась на ноги.

– Разве она не в палате?

– Бабушка вывела ее на улицу в сад погреться на солнышке.

Медсестра огляделась по сторонам в коридоре, попросила коллегу присмотреть за сестринским посту и спустилась на лифте вниз:

– Сяо Ло, тетя вынуждена напомнить тебе насчет оплаты, на счете уже висит долг почти в двадцать тысяч. Перевалит за двадцать тысяч – аптека перестанет выдавать лекарства твоей маме.

Лицо Ло Цзиншу ничуть не изменилось:

– Я переведу деньги на больничный счет в ближайшее время, спасибо, что напомнили.

– Откуда у тебя столько денег? – Выражение лица Чжан Сюэцин мгновенно стало строгим. – Если у тебя совсем туго с финансами, тетя может пока занять тебе из своих, но только не вздумай связываться со всякими сомнительными личностями! Я слышала от людей, в вашем институте полно красивых студентов, а богатеи больше всего любят...

– Ничего подобного, – Ло Цзиншу потер лоб. – Просто... взял один сценарий, мне выплатили аванс за съемки в размере двадцати тысяч, как раз хватит закрыть долг.

Такое объяснение вряд ли можно было назвать ложью.

– Ну и славно, ну и славно! А ты ведь, такой красавец, рано или поздно станешь большой звездой. Вот станешь звездой – устроишь маму прямо в VIP-палату, наймешь ей парочку высококлассных сиделок, чтобы они целыми днями с ней возились.

Чжан Сюэцин предавалась мечтам о будущем Ло Цзиншу так увлеченно, словно всё это могло исполниться наяву.

Ло Цзиншу по-прежнему улыбался, только вот в глубине его глаз улыбка угасла, и уголки губ лишь механически приподнялись, изображая дежурную мимику.

В детстве Ло Цзиншу думал точно так же, как Чжан Сюэцин, и бабушка говорила то же самое.

Но когда он повзрослел и еще даже толком не ступил на эту стезю, а лишь находился в процессе обучения, Ло Цзиншу уже успел прочувствовать всю извращенную жестокость этой сферы во всех ее проявлениях: внешность, деньги, связи и прочее.

И красивая внешность – это то, что ценится меньше всего и что легче всего разрушить.

Чжан Сюэцин передала телефон пожилой женщине с седыми волосами. Ло Баосян поблагодарила Чжан Сюэцин, опустила взгляд на экран:

– Отдыхаешь в общежитии?

– Ходил на кастинг на подработку, только что вернулся, – ответил Ло Цзиншу. – А мама где?

Ло Баосян закатила глаза, развернула телефон и переключила на фронтальную камеру, чтобы Ло Цзиншу увидел Ло И, которая неподалеку на лужайке играла с несколькими пациентами.

Косичка на затылке Ло И раскачивалась из стороны в сторону. Годы душевной болезни потрепали ее, однако с ее головы не упало ни единого волоса, на лице почти не прибавилось морщин, а глаза по-прежнему оставались угольно-черными и лучистыми, как в юности.

Она обладала лицом, которым ее одарил сам Господь.

Но Бог никогда не одаривал ничем другим судьбу Ло И, и из-за этой самой внешности ее жизнь стала еще более трагичной.

– Я погасил долг перед больницей, так что в ближайшее время меня больше не будут донимать напоминаниями об оплате, – сказал Ло Цзиншу бабушке. – Я чуть позже переведу вам еще пару сотен юаней, жара стоит, купите себе с мамой легкой одежды на смену.

http://bllate.org/book/35643/4408653