Готовый перевод The Plot Collapsed, The Hated One Is Chased By The Scumbag / Сюжет рухнул: как стать желанным после всеобщей ненависти: Глава 11

Его всё же отправили в башню под конвоем.

Высокая башня, покинуть которую не позволят во имя любви.

Под натиском элитного Сентифика сопротивление охраны не стоило и выеденного яйца. Если с раненым Гу Шэнем они еще кое-как могли справиться, то против впавшего в безумие Чу Цыана были совершенно бессильны. То, что духовным существом Чу Цыана был белый лев, объяснялось вовсе не простыми предпочтениями Сентифика — духовное существо воплощало его колоссальную мощь. Звуки столкновений не смолкали ни на секунду. Вдалеке показались целые эскадрильи летательных аппаратов: будучи неугодным императору незаконнорожденным сыном, Бай Цзинсянь то и дело удостаивался милостей, о коих другие не смели и мечтать.

В ноздри ударил густеющий запах крови. Подоспевшие отряды солдат окружили это место плотным кольцом, но стволы их оружия были направлены на сидевшего в инвалидном кресле беспомощного проводника. Феодальная Империя не стала бы причинять вред дефицитным ресурсам — Сентификам, и единственным, кем во всей этой ситуации можно было легко и непринужденно манипулировать, оставался этот калека.

На голографическом экране возник дряхлый император. Властный взгляд его поблекших очей устремился на ничем не примечательного проводника, а заходившие за спину охранники уже уперлись стволами в его спину. Обезумевший Сентифик, заметив перемену обстановки, стрелой бросился к нему. Тело Чу Цыана было изрешечено энергетическим оружием, оставившим множество кровоточащих дыр и пропитавшим насквозь его рубашку. Заключив Му Хэшаня в объятия, он отмахнулся от направленных на него дул, но из-за ослабленной охраны та самая лазейка позволила стражникам вогнать железные цепи с острыми крючьями прямо в спину Сентифика.

Много лет именно так усмиряли бушующих Сентификов, после чего их неизменно отправляли в Белую Башню. Однако Чу Цыан, очевидно, был исключением. Если разобраться по существу, Му Хэшань оставался единственным, кто официально проводил для него настройку. В конце концов, его сюжет составлял лишь первые пятьдесят процентов оригинального произведения, и те сцены, от которых у читателей замирало сердце и краснели лица, так и не успели начаться, прежде чем Чу Цыан утащил за собой в пучину саморазрушения весь мир. Сентифик издал болезненный глухой стон, но продолжал выгибать спину, отчаянно борясь с цепями.

Если так пойдет и дальше, он либо погибнет, либо останется калекой.

Используя последние минуты действия усилителя, Му Хэшань развернул вокруг Сентифика защитный барьер, отрезая его от внешнего шума и невыносимой боли в теле. Его духовные щупальца осторожно извлекли железные цепи, а уцелевшей правой рукой Му Хэшань обнял Сентифика за шею, перехватывая инициативу и прижимая Чу Цыана к своей груди. Его остекленевшие глаза смотрели на императора через голографический экран.

— Я позабочусь о нем.

Император взглянул на стоявшего рядом младшего сына, превращенного в кровавое мешочное уродство: сейчас главным приоритетом было оказать ему медицинскую помощь. Что же до наказания Сентифика, его придется отложить на потом, иначе охрана, которую он привел с собой, вряд ли сумела бы обуздать погрузившегося в безумие S-класс Сентифика, не говоря уже о том, что рядом находился скованный цепями, но всё еще яростный A-класс Сентифик.

— Отправьте того A-класс Сентифика в Белую Башню.

Отдав приказ, император со свитой поспешил в Имперскую больницу.

……

Воздух в летательном аппарате был раскален. Оставшегося у Системы времени не хватило бы на полноценную духовную настройку, и Му Хэшаню оставалось лишь прибегнуть к худшему способу. В конце концов, само существование этой оболочки шло вразрез со всеми законами природы, и, как и говорила Система, ради будущего человечества приходилось чем-то жертвовать.

Раны Сентифика окрасили сиденья в багровый цвет. Заметив их, Му Хэшань слегка вздрагивал и неестественно отворачивался. Сентифик оставлял на его затылке след за укусом укусом, а едва теплившийся в крови проводника резонанс заставлял кровь бурлить в жилах. Чу Цыан бережно заправлял намокшие пряди волос Му Хэшаня, целуя его снова и снова. Его собственная гордыня разрушила десять лет жизни. Быть может, небеса и впрямь проявили милосердие, раз проводник чудом уцелел. Ощущая живое тепло, Чу Цыан почувствовал, как на глаза навернулись слезы, и, зарывшись лицом в грудь проводника совсем как в пятнадцать лет, горько зарыдал:

— Брат... Мне так страшно.

Сильные руки крепко обхватили Му Хэшаня за талию, и смещение положения заставило проводника невольно издать сдавленный стон. Сентифик тут же суетливо замер, в панике осматривая его, смертельно боясь причинить боль. Его лицо, красоту которого можно было назвать непревзойденной, сейчас было заплаканным, с покрасневшими глазами. Он смотрел на Му Хэшаня обиженным взглядом и, не дожидаясь ответа, вновь прижал к себе, словно огромный пес, трущийся о щеку возлюбленного.

— Можно я тебя поцелую?

Чу Цыан подался вперед, но проводник отвернулся. Сентифик не стал настаивать, и поцелуй опустился на щеку Му Хэшаня.

Физическая форма Му Хэшаня оставляла желать лучшего, так что все ограничилось лишь единожды. Большую часть времени Сентифик просто прижимал его к груди и целовал — казалось, лишь так они могли ощутить ту самую глубокую любовь.

Чу Цыан смотрел на следы от укусов на затылке, но метка так и не проявилась. Состояние его проводника было ужасным, однако у них еще оставался шанс. После дарованной небесами милости он защитит своего проводника, вырастит для него бескрайнее поле роз, наденет на палец прекрасное кольцо и будет гулять, обниматься и целоваться, держась за руки.

Система тайком докладывала о восстановлении организма Му Хэшаня. Лежа на боку на разложенном сиденье, чувствуя за спиной обжигающее тело Сентифика, Му Хэшань несколько раз перевел взгляд, прикидывая, как вернуть этот мир к изначальному сюжету. Раз уж любовная ветвь потерпела полный крах, оставалось лишь попытаться хотя бы отчасти восстановить сюжетную линию оригинального романа для Чу Цыана.

— Система, каков был изначальный финал Чу Цыана?

【Согласно поисковому запросу, конечный итог персонажа Чу Цыан — свержение империи и создание федерации】

Му Хэшань слегка приподнял брови: возможно, ему посчастливится стать свидетелем падения этой прогнившей империи. Положив правую руку поверх ладони Сентифика, обнимавшей его за талию, Му Хэшань глубоко вздохнул, собираясь с духом, и повернулся лицом к Сентифику. Тепло соприкоснувшихся тел обнаженной кожи грозило породить духоту, но сам Му Хэшань оставался невозмутим, как заброшенный колодец. Протянув руку, он провел пальцами по растрепанным прядям на лбу Сентифика, а затем очертил круги вокруг огнестрельного ранения на его плече.

— Ты сейчас любишь меня? — спросил проводник.

Ответом ему стали объятия Сентифика и сорванные с дрожащих губ слова:

— Полюбил еще очень давно.

Пальцы вернулись к его собственному лицу — омертвевшие глазные яблоки больше не чувствовали прикосновений.

— Тебе следует подыскать подходящего проводника, — духовная сила Сентифика по-прежнему напоминала сплошной клубок хаоса. — Нам изначально не стоило быть вместе. Я не могу исцелить тебя, Сяо Ан.

Он прикрыл ладонью губы Сентифика, который собирался что-то возразить:

— Когда я встретил тебя, ты лежал под руинами. Это напомнило мне прошлое: моя семья тоже погибла в огне войн. Поэтому, глядя на тебя, я словно видел себя многолетней давности. Мы оба — одна десятитысячная доля уцелевших в том роковом крушении.

Му Хэшань протянул руку и нежно потрепал Сентифика по мочке уха.

http://bllate.org/book/35639/4408301