Готовый перевод What Do You Want, Ice Cube? / Чего же ты хочешь, ледяное сердце?: Глава 10

Хуао и его спутники прибыли с большим опозданием, полностью продемонстрировав свою значимость. Возглавлявший их генеральный директор Хуа Фуцзян был круглым, как бочка, а его жирное лицо испещряли складки — с первого взгляда в нём угадывался тот тип корыстолюбивых средних лет дельцов. После того как стороны обменялись рукопожатиями, страдавший лёгкой формой гермофобии Фу Юй немедленно направилась в туалет, чтобы смыть липкий пот с рук.

Едва они сели за стол, Чэнь Шаогуан с угодливой улыбкой принялся всячески льстить Хуа Фуцзяну, расхваливая его деловой успех и талант руководителя. Однако Хуа Фуцзян по-прежнему не выказывал им особой благосклонности, а к Фу Юю и остальным и вовсе относился с крайним пренебрежением. Едва открыв рот, он заявил:

— Директор Фу, меня не слишком устраивает нынешний уровень деловых операций вашей компании.

Фу Юй не умел подлаживаться так, как Чэнь Шаогуан. Столкнувшись с упрёками собеседника, он холодно и прямо ответил:

— Если мои подчинённые в чём-то оплошали, я приношу за них извинения. Если у директора Ху есть претензии, он может обратиться ко мне, и я сделаю всё возможное, чтобы вы остались довольны.

Слова его звучали вежливо, но холодность во взгляде ничуть не убавилась.

Хуа Фуцзян неопределенно фыркнул, а сидевший рядом Чэнь Шаогуан поспешил услужливо подлить вина, переводя тему. Стоило им опрокинуть по несколько чарок, как лица раскраснелись, и напряжённая до предела атмосфера немного разрядилась.

Официант подошёл долить вина, и Фу Юй заслонил чарку рукой, показывая, что ему не нужно. Кто-то из подчиненных Хуао с глазами на затылке заметил этот крошечный жест и тут же подал голос:

— Ой, директор Фу, почему же вы не пьёте? Неужели не хотите проявить уважение к нашему директору Ху?

Хуа Фуцзян одарил этого подчинённого одобрительным взглядом. Ему давно претил этот надменный вид Фу Юя, и он с фальшивой улыбкой произнёс:

— Твои слова тут неуместны. Директор Фу в последнее время нацелился на высокую ветвь клана Сяо, так что то, что он вообще соизволил прийти поужинать с такими мелковатыми сошками, как мы, — уже великое проявление уважения. Как же можно принуждать его пить?

Атмосфера снова стала неловкой. Люди из Дунцзяня в душе кипели от гнева, но не смели этого показать, а Чэнь Шаогуан то и дело переглядывался с Фу Юем, подавая ему знаки.

Фу Юй мысленно вздохнул, поднялся с места, взял свою еще не тронутую чарку и мысленно чокнулся ею с Хуа Фуцзяном на расстоянии:

— Директор Ху излишне беспокоится. Дунцзянь всегда относился ко всем одинаково, дорожа каждым клиентом. Эта чарка символизирует мою искренность, я пью до дна, а вы — как пожелаете.

С этими словами он закинул голову и решительно осушил чарку. Его манеры были легки и элегантны, но стоило ему опустить чарку, как на щеках уже проступил легкий румянец. Холодное от природы лицо приобрело нежный персиковый оттенок, став необыкновенно красивым и утончённым — так что сидевшие за столом мужчины невольно почувствовали себя неловко перед ним.

Хуа Фуцзян с детства не любил, когда кто-то затмевает его собственное сияние. Заметив, что все взгляды прикованы к Фу Юю, он разозлился ещё сильнее. Виду он не подал, но незаметно велел подчинённым по очереди предлагать Фу Юю выпить.

Сотрудники Дунцзяня и Чэнь Шаогуан пытались заступиться за него и выпить за него пару чарок, но Хуа Фуцзян парой фраз заставил их замолчать. Им оставалось лишь со страхом смотреть, как лицо Фу Юя становится всё краснее, а ясный взгляд — всё более затуманенным. К счаще, он всё ещё сохранял крупицу рассудка, и хотя от тошноты и головокружения ему было тяжело, он продолжал из последних сил держать себя в руках и вести дела с Хуа Фуцзяном.

К концу третьего круга Хуа Фуцзян напился вдоволь и, вдоволь поиздевавшись над Фу Юем и остальными, выпустил пар. Только после этого он милостиво согласился не разрывать контракт и продолжить сотрудничество с Дунцзянем. Чэнь Шаогуан тут же принялся наперебой благодарить его, засыпая самыми усердными комплиментами.

Выходя из отдельного кабинета, Фу Юй хотел идти сам, но выпил слишком много — куда больше предела его возможностей, и ноги у него заметно подкашивались. Чэнь Шаогуан бросился ему на помощь. Фу Юй, который испокон веков не выносил близких прикосновений к себе, на секунду замялся, но всё же принял помощь. Тем не менее он старался держаться на определенном расстоянии и не прижиматься слишком близко, опираясь на руку Чэнь Шаогуана и шатаясь, направился к выходу.

Хуа Фуцзян с фальшивой жалостью произнёс:

— Не ожидал, что у директора Фу такая слабая голова. Сказал бы раньше, зачем же себя мучить!

Несколько подчиненных из Дунцзяня скрипели зубами от злости, но, поскольку сам директор Фу молчал, они не смели устраивать сцен и лишь с тревожными лицами охраняли начальника, которому явно было очень плохо.

Когда они почти дошли до входа в ресторан, сзади внезапно раздался чей-то встревоженный мужской оклик:

— Фу Юй?

Все обернулись. Фу Юй тоже попытался повернуться, но от выпитого алкоголя его рассудок был затуманен, а чувство равновесия подвело. Едва развернувшись наполовину, он запнулся о собственную ногу, центр тяжести сместился, и он начал заваливаться набок. Чэнь Шаогуан поддерживал его лишь для вида и почти не прилагал усилий, а когда спохватился и попытался удержать, какая-то фигура уже стремительно бросилась вперёд и подхватила Фу Юя.

Фу Юй, у которого и так сильно кружилась голова, врезался в крепкую грудь незнакомца, отчего его качнуло ещё сильнее. Он с трудом поднял веки, чтобы разглядеть того, кто его поймал, и смутно почувствовал, что это лицо и эти объятья источают странное чувство безопасности. Психологическая защита рухнула, и он прямо так провалился в сон.

Сяо И нахмурился, глядя на человека у себя на руках: тот явно был вне себя от сознания, не реагировал даже на то, что его обнимают, и умудрялся спать. В обычных обстоятельствах Фу Юй, пожалуй, и кончика его одежды коснуться бы не позволил.

Сяо И с мрачным лицом окинул взглядом окружающих, и его взгляд был настолько леденящим, что все вокруг мгновенно протрезвели.

— Кто напоил его?! — понизив голос, свирепо бросил он. Фу Юй никогда бы не выпил столько сам, он всегда знал меру — значит, кто-то намеренно влил в него алкоголь.

Все сотрудники Дунцзяня знали Сяо И. Раньше они видели его лишь с непринужденной, обаятельной улыбкой, всегда располагающим к себе — где им было знать его истинное, грозное лицо? От страха они на мгновение лишились дар речи.

Чэнь Шаогуан первым попытался сгладить углы и завязать знакомство:

— Сяо И! Не ожидал встретить тебя здесь. Помнишь меня? Я Чэнь Шаогуан! Мы же с тобой одноклассники!

Сяо И пронзил его яростным взглядом:

— Чэнь Шаогуан, с тобой я еще посчитаю должки, но сейчас мне нужно знать только одно: кто напоил Фу Юя? Не ты ли?

— Н-нет, не я… — поняв, что этот номер не пройдёт, Чэнь Шаогуан больше не смел раскрывать рот. Нрав Сяо И он уже успел прочувствовать: если наступить ему на больную мозоль, житья точно не будет.

Сяо И перевёл взгляд на остальных присутствующих. Сотрудники Дунцзяня вряд ли стали бы этого делать, значит, оставались только эти незнакомцы. Прищурившись, он обратился к Хуа Фуцзяну, который явно выглядел здесь главным:

— Это ты?

Хуа Фуцзян беззаботно усмехнулся:

— Мы просто пропустили по парочке чарок, молодежи еще нужно тренировать голову для выпивки. Парень, кончай балаган, веди своего друга домой, а мы пойдем первыми.

— Кто тебе разрешил уходить? — холодно бросил Сяо И. — Из какой ты компании?

Увидев, с какой заносчивостью тот разговаривает, Хуа Фуцзян уже собирался поставить его на место, как один сообразительный подчиненный из Дунцзяня уловил суть происходящего: директор Сяо явно пришел защитить их директора Фу! И тогда он поспешил якобы примирить стороны, а на деле выложить всю подноготную:

http://bllate.org/book/35619/4405874