Гости продолжали прибывать. Лу Ци, взяв гитару, направился к сцене и предусмотрительно выбрал место в самом углу: если не вглядываться специально, никто не смог бы разглядеть его лицо.
Размышляя об этом, Лу Ци вздохнул. Он ведь не сделал ничего дурного, но вынужден прятаться от людей, словно вор.
Зазвучал аккомпанемент. Лу Ци запел в ритме гитары, прикрыв глаза. Его длинные, жилистые пальцы перебирали струны, и слова песни лились из его уст всё свободнее. Его голос, чистый и мелодичный, каким-то непостижимым образом цеплял за живое.
Сяо Ли, стоя под сценой, долго качал головой в такт музыке. Когда песня стихла, он с чувством нерастраченного восторга произнес:
— Как же красиво! Я поначалу боялся, что он плохо поет, но не ожидал, что у вас, босс, такой хороший вкус.
Цзюнь Ишуй, увидев, что гости в зале уже начали заказывать песни, расплылся в довольной улыбке:
— Разве это мой вкус хорош? Это вкус господина Нина хорош.
Лу Ци спел три песни подряд, и у него пересохло в горле. Он взял стоявший рядом термостакан и сделал два глотка. К нему подошел бармен и прошептал на ухо:
— Лу, один из гостей передал тебе чаевые.
Лу Ци бросил взгляд на стопку купюр в руках бармена и удивленно распахнул глаза:
— Так много?
Бармен усмехнулся:
— Он сказал, что ему нравится твое пение, и приглашает тебя в отдельный кабинет спеть для него одного.
Заметив, как Лу Ци нахмурился, бармен поспешил добавить:
— Ты не подумай чего дурного, у нас приличный бар. Правда, он просит только спеть. Если он осмелится на что-то другое, я первым же делом помогу тебе вызвать полицию.
Лу Ци нашел это забавным и ответил:
— Понял. Но я не принимаю чаевые и не хожу в отдельные кабинеты выступать для кого-то одного. Пожалуйста, впредь отказывай им за меня. Спасибо.
Когда бармен отошел, Лу Ци погладил гитару у себя в руках и с улыбкой подумал, что отказ от задания был верным решением.
Прошло полмесяца. Сегодня вечером в баре было особенно много посетителей, и в помещении стоял шум. Нин Яньсуй изначально планировал пораньше вернуться домой, чтобы побыть с Нин Цюцю, пока та занимается на онлайн-уроках, но его насильно притащил сюда Цзюнь Ишуй.
Усадив его за диванчик, Цзюнь Ишуй поставил перед ним напитки. Нин Яньсую с его длинными ногами было откровенно тесно под низким столиком. Он постучал по столешнице и нетерпеливо бросил:
— У тебя и так полно народу в баре, зачем тебе, чтобы я здесь присутствовал?
Цзюнь Ишуй хитро улыбнулся и наполнил его бокал:
— Сегодня я угощаю, не отказывайся.
Нин Яньсуй, подперев подбородок рукой, слегка прищурил глубокие темные глаза и с подозрением спросил:
— Вроде бы я ничем не заслужил такого внимания... Ты решил пропить алкоголь, который я здесь храню?
Цзюнь Ишуй хлопнул ладонью по столу:
— О чем ты только думаешь! Не буду ходить вокруг да около: посмотри на выступающего на сцене, он не кажется тебе знакомым?
Нин Яньсуй перевел взгляд на сцену. Там было полутемно, и он смутно разглядел человека, сидящего в углу. Его фигура была прямой, он тихо пел перед микрофоном, обнимая гитару и умело перебирая струны.
— Неудивительно, что дела в последнее время идут хорошо — оказывается, сменил певца, — Нин Яньсуй немного послушал, а затем пнул Цзюнь Ишуя под столом. — Это и есть причина, по которой ты меня вытащил?
Цзюнь Ишуй допил полбокала водки:
— Э, ты прислушайся получше, голос не знакомый?
Нин Яньсуй положил пальцы на край бокала, слегка покачивая его, и вдруг тихо усмехнулся:
— О, Лу Ци, значит.
Глаза Цзюнь Ишуя загорелись:
— В тот вечер он не назвал тебе своего имени, ты его выслеживал?
Нин Яньсуй, закинув ногу на ногу, небрежно ответил, глядя на сцену:
— Верно. Он сейчас популярный артист, а я, как глава развлекательной компании, естественно, должен следить за такими людьми.
Цзюнь Ишуй рассмеялся:
— То есть ты считаешь его обычным артистом? Но, похоже, сам Лу Ци так не думает.
Видя, что Нин Яньсуй покосился на него, Цзюнь Ишуй неторопливо продолжил:
— На следующее утро Лу Ци пришел ко мне и допытывался, кто из сотрудников отвез его в отель. Никто ему не сказал, и тогда он сам вызвался стать певцом в моем скромном баре, надеясь снова встретить тебя, святошу.
Нин Яньсуй перевел взгляд обратно на сцену и спустя мгновение насмешливо приподнял уголок губ:
— Вот как.
Глава 4. Полночные следы
Рейтинги нового выпуска шоу о приключениях и борьбе были необычайно высоки, практически подавив все остальные программы, выходившие в то же время. Экран был почти полностью перекрыт потоком сообщений в чате:
【?? Разве Лу Ци не постоянный участник шоу? Неужели он не участвовал в этом выпуске?】
【Вот же жесткий человек, не ожидала, что ради того, чтобы разжалобить публику, он даже решится пропустить постоянное шоу. На что только не идут...】
【Кхм-кхм, а никто не думает, что Лу Ци всё это всерьез? Аккаунт в Вэйбо удален, на шоу не появляется — похоже, его так затравили, что он решил уйти из индустрии...】
【Ты сверху успешно обманута, Лу Ци именно этого от тебя и добивался. Сейчас он, должно быть, где-то в сторонке посмеивается.】
Лу Ци, которого пользователи единогласно сочли «посмеивающимся в сторонке», в это время был занят тем, что по уши увяз в сверхурочной работе.
Его обычный рабочий график — с 19:00 до 22:00, десять минут на дорогу домой, двадцать минут на гигиену, и если не ужинать, то в пол-одиннадцатого он уже в кровати.
Но сегодня вечером, то ли из-за того, что были выходные, то ли еще почему, в баре было на удивление много гостей. Было уже девять пятьдесят, а у него оставалось еще семь-восемь заказанных песен, которые он не успел исполнить.
Сян Сяочжао подошла к сцене, сложив руки в извиняющемся жесте:
— Лу, сегодня придется попросить тебя поработать на час дольше.
Сян Сяочжао была первым коллегой, с кем Лу Ци установил нормальные отношения с тех пор, как начал работать в баре, и он не мог отказать.
— Ничего страшного, — Лу Ци откинул крышку пианино и коснулся черно-белых клавиш, стараясь успокоиться. — За лишний час работы еще и доплату дадут.
Заметив краем глаза, что гости снова хотят заказать песни, Лу Ци поспешно добавил:
— Сяочжао, пожалуйста, скажи им, чтобы больше не заказывали, иначе я сегодня до дома не доберусь.
Сян Сяочжао улыбнулась:
— Хорошо, сейчас же пойду им скажу.
Прекрасные звуки музыки лились из десяти пальцев Лу Ци, растекаясь по залу, словно морские волны. Гости слушали его, затаив дыхание, а сам Лу Ци, играя, мыслями витал где-то далеко, небрежно перескакивая с одного на другое.
С тех пор как он ушел из сети, он не засиживался допоздна и привык к строгому режиму. Внезапный уход с работы в одиннадцать был крайне непривычным. К тому же он забыл полить два своих суккулента дома. Сейчас разгар лета, в гостиной много света — что будет, если они засохнут?
http://bllate.org/book/35610/4404546
Сказали спасибо 0 читателей