Готовый перевод The Villainous Straight Guy Who's Naturally a Magnet / Злодей поневоле: как стать идеальным соблазнителем: Глава 7

Клуб драмы объявил о первой общей встрече во второй половине дня. Получив костюм, Ци Чжи немного удивился: ему досталась роль злого принца.

Он-то думал, что это будет какая-то комичная роль, и уже приготовился пожертвовать собой ради искусства, но наряд оказался весьма неплох.

Верх был сложным, с многослойным белым тюлем на манжетах и воротнике — в стиле западной придворной аристократии. Ниже шли облегающие брюки, выглядевшие вполне нормально и разумно, а вот черные кожаные сапоги выше колена смотрелись дерзко и броско, придавая образу внушительный вид.

К костюму прилагалась портупея для бедра, которая застёгивалась поверх штанов, между верхом и высокими сапогами.

Ци Чжи надел блузку. Сначала он не разглядел её как следует, но сзади на талии имелся потайной крой, изящно и смутно подчёркивающий линию талию.

Брюки были обтягивающими, плотно прилегали к коже. Их школа не скупилась на деньги, да и в драмкружке средств было вдосталь, так что все сценические костюмы шились исключительно на заказ и никогда не использовались повторно.

Ци Чжи почти никогда не носил слишком облегающие длинные брюки. С трудом натянув их, он перевёл взгляд на сапоги выше колена: настоящее воплощение сценического принца.

Сапоги были на небольшом каблуке. Ци Чжи, уперевшись рукой в стоящую рядом вешалку, чтобы удержать равновесие, медленно застегнул молнию снизу вверх. Его стройные ноги оказались полностью обтянуты, а голенища заканчивались чуть выше колен, плотно охватывая бёдра по кругу.

Ци Чжи встал перед зеркалом: драмкружок не зря тратился на пошив по меркам, в этом наряде он действительно походил на принца из западной сказки.

— Ци Чжи, — за дверью послышался стук Янь Иня. — Ты уже оделся?

Ци Чжи бросил взгляд на оставшиеся вещи, и у него в голове созрел план, как продвинуть шкалу злодейства.

Ци Чжи распахнул дверь и дёрнул за золотые кисти на плече Янь Иня:

— Этот костюм принца тебе бы очень подошел.

Плечи Янь Иня напряглись, взгляд в упор приковал к себе Ци Чжи, губы шевельнулись, но слов будто не нашлось.

Ци Чжи похлопал Янь Иня по руке:

— Чего застыл? Закрывай дверь и заходи.

Дверь с глухим стуком захлопнулась, звук эхом пронёсся по коридору гримёрки и снова стих.

Ци Чжи опустил взгляд, пальцы легли на дверной замок, железные детали лязгнули.

[Хозяин, что ты задумал?] — 023 почуствовал, что атмосфера накаляется, и не понимал, зачем Ци Чжи запирает дверь.

Ци Чжи пощелкал пальцами по задвижке, его респки слегка дрожали, скрывая истинное выражение глаз.

— Делаю то, что должен делать злой пушечный мясо.

Ци Чжи прикинул, что после выполнения всей этой череды пакостей ему действительно придется как следует угостить Янь Иня обедом — нельзя же всё время объедать одного и того же человека.

Сапоги были на небольшом каблуке и туго облегали ноги. Переступая с места на место, Ци Чжи мельком глянул на одежду Янь Иня снизу: вполне обычные короткие ботинки в сочетании с нормальными брюками.

И почему это принцам полагается такое неравноправие?

— Умеешь это надевать? — Ци Чжи поднял последнюю оставшуюся деталь гардероба.

Взгляд Янь Иня последовал за движениями Ци Чжи и на пару секунд замер:

— Ты будешь это надевать?

Не дожидаясь ответа, Янь Инь тут же добавил, слегка торопливым тоном:

— Тебе тоже очень пойдёт.

В ледяно-голубых глазах Янь Иня промелькнула механическая отрешённость:

— Могу я записать на видео, как ты это надеваешь? Это было бы здорово зарисовать на бумаге.

Ци Чжи расстегнул пряжку портупеи и вложил её в ладонь Янь Иня. Чёрная кожа была прохладной на ощупь, но в тот же миг, коснувшись кожи, впитала тепло его тела.

— Помоги мне надеть.

Ци Чжи стоял перед Янь Инем в благородном облачении злобного принца, но при этом заставлял главного героя пьесы, храброго и праведного принца, прислуживать ему и наряжать себя.

И пока злой принц стоял, а портупею требовалось закрепить на бедре, тому, кто исполнял роль слуги, неизбежно приходилось присесть на корточки или встать на одно колено.

Янь Инь разглядывал портупею, чертя пальцем круги в воздухе. В былые времена люди превращали красивые листья и свободных бабочек в гербарии, чтобы сохранить вечную красоту.

Коллекционеры антиквариата, филателисты, а ещё аристократы-графы из старинных поместий, коллекционировавшие знаменитые картины, — у всех были схожие по своей сути хобби собирать и беречь прекрасное.

Ци Чжи был живым, свободным существом, но Янь Иню безумно хотелось запечатлеть каждое его мгновение на бумаге.

Конечно, это была вовсе не романтическая лихорадка влюблённости между партнёрами, а куда более возвышенное чувство к музе.

Янь Инь присел на корточки, касаясь одним коленем пола, и поднял голову:

— Куда именно застёгивать?

Система оповещений за кулисами о том, что уровень злодейства повысился на столько-то, не прекращалась ни на секунду. Вспомнив, что во время официального выступления нужно будет вести себя еще более злодейски, Ци Чжи немного умерил свой пыл и уже без особого интереса перешел к дальнейшим действиям:

— Вокруг бедра, прямо над сапогами.

Парень обхватил его ногу рукой. Мягкая плоть выше колена прогибалась под пальцами, стоило лишь чуть сильнее надавить, и на ней оставался крошечный след-ямка.

Наверное, если её просто слегка шлепнуть, всё задрожит, как желе.

Большой палец парня зафиксировал ремешок сбоку, и чёрная полоса кожи свободно обвила бедро.

Стало жарковато. Ци Чжи от непривычки инстинктивно попытался сделать шаг назад, но парень крепко сжал его ногу, лишив возможности двигаться.

Ему не стоило ерзать. Ци Чжи даже не представлял, как это его покачивание выглядит со стороны парня, снизу вверх.

Янь Инь затянул пряжку потуже, так что мягкая плоть бедра слегка и пикантно выбилась из-под ремешка — сквозь слой плотной ткани эффект был точно таким же.

Ци Чжи прижал руку Янь Иня, который собирался затянуть её ещё сильнее:

— Ты куда тянешь?

Ци Чжи заподозрил, что Янь Инь втайне мстит за все те гадости, что он натворил раньше. Он-то думал, что Янь Инь обычно молчит и делает вид, будто ничего не происходит, а оказывается, он просто выжидал, чтобы исподтишка напакостить.

Стоило Ци Чжи высказаться, как уровень злодейства за кулисами взлетел вверх так же стремительно, как падала шкала бесчувственности, прибавив еще несколько очков.

Янь Инь на миг огладил бедро, тут же разжал пальцы, выпрямился и мысленно добавил в копилку ещё один сюжет для будущей картины с Ци Чжи.

Должно быть, Янь Инь до смерти его ненавидел. Ци Чжи обратил внимание на неестественные движения Янь Иня и даже выступившие у того на лбу капельки пота.

[Система, мой показатель злодейства случайно не взлетел до небес? Янь Инь аж вспотел от напряжения.]

023 бросило взгляд на состояние Янь Иня: на злость это было совсем не похоже.

Но показатель злодейства за кулисами и впрямь рос.

[Мгм, хозяин просто великолепсен.]

Ци Чжи по-приятельски закинул руку ему на шею и притянул к себе:

— Ты злишься?

Янь Инь, подчиняясь усилию Ци Чжи, подался вперёд и с бесстрастным лицом уткнулся лбом ему в плечо:

— Нет.

Если бы не необходимость следовать этим сценариям злодеяния, дружить с Янь Инем было бы очень даже приятно.

http://bllate.org/book/35602/4403569