Готовый перевод He Only Forgot Me / Забыть лишь меня: Тёмная туманность: Глава 12

Лю Чжэ бросил взгляд на нервничающего Шао Цинсуна и, совершенно не понимая его состояния, снова наполнил бокал Цзян Чу: — Честно говоря, когда ты собираешься начать сниматься?

— Разве я не снимаюсь прямо сейчас? — отмахнулся Цзян Чу.

— Разве это съемки? — Лю Чжэ недовольно цокнул языком. — Не отнекивайся. Я серьезно: я приберег для тебя несколько отличных сценариев.

Цзян Чу не чувствовал особого энтузиазма, но всё же поинтересовался: — Каких сценариев?

— Уся, детективы, мелодрамы — что только пожелаешь, у меня полно вариантов, — с гордостью заявил Лю Чжэ.

— М-м.

— Есть один современный сценарий, я держу его у себя уже больше двух лет и всё никак не мог найти подходящего человека.

— Правда?

…

Цзян Чу потягивал вино и слушал болтовню Лю Чжэ, время от времени кивая в ответ, хотя на самом деле почти не вникал в суть разговора. Вокруг царил шум и гам, стоял невообразимый гвалт, но всё это происходило словно в другом мире. Казалось, Цзян Чу окружен невидимым барьером, сквозь который не проникали никакие эмоции.

Этот барьер отсекал шум, а он тем временем продолжал пить бокал за бокалом.

Бум!

Неизвестно, сколько прошло времени, но Цзян Чу утомился. Его пальцы случайно разжались, и бокал с грохотом ударился о стол. Лю Чжэ от неожиданности замолчал.

Барьер тут же треснул, и шум ворвался в уши. Со всех сторон на него уставились любопытные, безмолвные взгляды.

— Цзян Чу…? — озадаченно и осторожно позвал Лю Чжэ.

Цзян Чу внезапно пришел в себя, медленно выпрямил бокал и вытер пролитое вино бумажной салфеткой: — Прости, мне нужно в уборную.

Он поднялся, пошатываясь от дурноты, и чуть не упал. Шао Цинсун потянулся было поддержать его, но Цзян Чу отстранился и, приложив усилия, встал ровно: — Я сам.

В общественной уборной было тесно. Цзян Чу подошел к зеркалу, включил кран и плеснул на лицо несколько пригоршней холодной воды — только тогда сознание немного прояснилось.

— Фух…

Цзян Чу глубоко вздохнул, вытер лицо салфеткой и замер у раковины, не желая возвращаться обратно. Алкоголь обжигал горло, шум за дверью вызывал тревогу, а в горле неприятно зудело. Он машинально потянулся к карману за сигаретами, но тут же вспомнил, что их у него нет.

— Старший. — Пока Цзян Чу пребывал в задумчивости, в уборную вошел высокий худой юноша. Голос его прозвучал приглушенно.

Цзян Чу не привык к такому обращению. Он прищурился и, скосив взгляд в сторону, узнал в вошедшем актера, исполняющего главную роль. Он не знал имени этого парня и не интересовался, зачем тот пришел, поэтому просто развернулся и прислонился к краю раковины.

— Есть закурить? — Цзян Чу приподнял подбородок. Несколько прядей волос, намокших от воды, спадали на лицо, придавая ему небрежную, ленивую сексуальность.

Сердце Сюнь Цзиня пропустило удар. Он нервно задержал дыхание и не сразу ответил.

Цзян Чу подождал немного, но, не дождавшись ответа, не стал тратить слова. Ему не хотелось оставаться в одном помещении с незнакомцем, поэтому он просто молча прошел мимо Сюнь Цзиня.

— У меня есть сигареты! — поспешно выкрикнул тот.

Цзян Чу остановился рядом с ним. Сюнь Цзинь в суматохе полез в карман и наконец достал полупустую пачку женских сигарет, которые всегда держал для своего агента, и протянул Цзян Чу.

Прикурив, Цзян Чу затянулся и небрежно спросил: — Как тебя зовут?

— Сюнь Цзинь, — представился тот. — Старший, я тоже артист Развлекательной компании Наньцзян, мой агент — Чжуан Синь.

Цзян Чу не проявил интереса, лишь равнодушно кивнул и больше ничего не спрашивая, выпустил дым, продолжая курить, словно утоляя жажду.

Когда огонек сигареты догорел до середины, из-за двери повеяло густым древесным ароматом, отчего тлеющий табак вспыхнул ярче.

— Цзян Чу, ты снова куришь. — В уборную вошел Чи Наньму. Он был в костюме и выглядел так, будто только что с дороги.

Белый дым застрял в горле. Цзян Чу перестал выдыхать, замер на мгновение, а затем быстро бросил сигарету в раковину и, слегка покашливая, спросил: — Почему ты приехал?

Чи Наньму неспешно подошел ближе, взял Цзян Чу за руку, а затем равнодушным, почти неосязаемым взглядом скользнул по Сюнь Цзиню: — Я приехал забрать тебя домой.

Рука Чи Наньму, в отличие от обычного, была очень холодной, лишенной тепла. Цзян Чу сжал её в ответ, переплетая пальцы, и спросил: — Почему твои руки такие ледяные?

Повеяло сигаретным дымом с фруктовыми нотками. Чи Наньму нахмурился и, чтобы избежать запаха, невозмутимо отвернулся в сторону: — Паром до острова не ходил, пришлось арендовать лодку.

Цзян Чу вздрогнул, осознав ситуацию, и быстро отвел взгляд в другую сторону: — Прости, я не подумал о запахе дыма.

— Ничего.

Несмотря на то, что они держались за руки и стояли очень близко, между ними ощущалась странная отчужденность. На сердце вдруг стало кисло и тоскливо.

Сюнь Цзинь поджал губы, отступил на шаг и подал голос: — Господин Чи, я Сюнь Цзинь, артист из той же компании, что и старший Цзян.

Услышав это, Чи Наньму перевел на него взгляд, в котором читалась холодная строгость. В момент встречи глаз Сюнь Цзиню стало не по себе — по спине пробежал холодок. В этих глазах не было никаких эмоций, они напоминали пучину океана, в которой, если смотреть слишком долго, можно утонуть и задохнуться.

— Тебе не следовало давать ему сигареты, — в голосе Чи Наньму сквозило недовольство.

— Я… — Сюнь Цзинь запаниковал и быстро опустил глаза, ему показалось, что Чи Наньму раскусил все его тайные мысли.

— Это я сам попросил, он тут ни при чем.

К счастью, Цзян Чу вовремя вмешался и потянул Чи Наньму за запястье, заставив того перевести внимание на себя и перестать смотреть на Сюнь Цзиня. Больше Чи Наньму ничего не сказал, а просто повел Цзян Чу к выходу.

Шао Цинсун, стоявший у входа, с облегчением выдохнул, увидев, что все вышли невредимыми. В этот раз он не стал бегать вокруг Цзян Чу, а дождался, пока они отойдут подальше, и рывком затащил Сюнь Цзиня обратно в уборную.

— Что ты там делал следом за господином Цзяном? — строго спросил Шао Цинсун.

Сюнь Цзинь невозмутимо соврал: — Я не следил. Просто хотел умыться, а тут как раз господин Цзян попросил сигарету.

Цзян Чу вышел первым, а Сюнь Цзинь следом — неудивительно, что Шао Цинсун забил тревогу. Он уставился на Сюнь Цзиня и, на всякий случай, предупредил: — Господин Чи и господин Цзян — это те люди, которых тебе лучше не трогать. В общем, не строй из себя невесть что. В этот раз я не буду жаловаться сестре Чжуан, но чтобы такого больше не повторялось, понял?

Я и не собирался их трогать, — подумал про себя Сюнь Цзинь, опустив голову.

— Я тебя спрашиваю, понял? — поторопил Шао Цинсун.

— Понял.

Сюнь Цзинь дал устное обещание и молча последовал за Шао Цинсуном обратно к столу. Место Шао Цинсуна уже занял Чи Наньму.

Атмосфера за столом стала намного холоднее, все были напряжены. Только у Лю Чжэ, который был ближе всех к Цзян Чу, состояние осталось расслабленным.

— Господин Чи, вы специально приехали за Цзян Чу? — не испугавшись, спросил Лю Чжэ, при этом в его голосе прозвучал вызов.

Чи Наньму нахмурился и безразлично ответил: — Сегодня работал неподалеку, решил заехать по пути.

— На островах неподалеку? — Лю Чжэ приподнял бровь. — Господин Чи, вы решили лично проинспектировать места съемок? Почему же тогда не приехали на восточный остров Шачжоу раньше, чтобы присмотреть за процессом?

Слова Чи Наньму явно были лишь оправданием, но Лю Чжэ не собирался принимать это объяснение, в его голосе чувствовалась обида. Эта обида была вызвана тем, в каком ужасном состоянии находился Цзян Чу. Лю Чжэ считал, что виноват во всем Чи Наньму, который оказался негодяем и сильно изменился после свадьбы, из-за чего Цзян Чу теперь живет в изоляции и не может нормально работать.

Чи Наньму бросил на него равнодушный взгляд, не понимая причин такой неприязни. А Лю Чжэ смотрел на него с вызовом.

Напряжение накалилось до предела. Редко увидишь, чтобы режиссер так дерзко спорил с инвестором, поэтому остальные присутствующие старались дышать тише и опускали глаза, чтобы не навлечь на себя беду.

Цзян Чу смотрел на молодых актеров, которые дрожали от страха, ссутулившись и пряча глаза, и вдруг почувствовал страшную усталость. Оставаться здесь не было смысла — только напрасно заставлять людей нервничать и ставить их в неловкое положение.

Цзян Чу беззвучно вздохнул, поднялся и выдавил из себя улыбку: — Лю Чжэ, я устал, пойду. Увидимся в другой раз.

— Эй…

Лю Чжэ хотел что-то еще добавить, но Цзян Чу уже ушел, оставив после себя лишь тоскливый, хрупкий силуэт.

Цзян Чу пробирался сквозь шумную толпу, ни на кого не обращая внимания, и быстрым шагом шел вперед, не заботясь о том, следует ли за ним Чи Наньму.

Уже давно стемнело. В городе звезд не было видно, но здесь, на острове, стоило поднять голову, как они открывались во всей красе. Выйдя из ресторана Исянлоу, Цзян Чу выбрал случайное направление и побрел куда глаза глядят.

Позади слышались шаги. Цзян Чу не оглядывался, он лишь ускорял шаг, подгоняемый морским ветром.

— Цзян Чу.

Голос Чи Наньму всегда был лишен эмоций — будь то моменты, когда Цзян Чу скандалил, или когда был холоден и отстранен. Услышав его, Цзян Чу замедлил шаг и слегка повернул голову, глядя на яркий маяк в море.

Морской ветер прогнал легкое опьянение, а прохладная влага немного остудила подавленность. В этом же месте, под тем же углом, они когда-то сидели на скалах, крепко прижавшись друг к другу, и смотрели, как гаснет свет маяка, ожидая рассвета.

У Цзян Чу было множество воспоминаний, в которые он мог погрузиться, но он стиснул зубы, насильно вытаскивая себя из этого омута.

— Чи Наньму, — Цзян Чу плотнее запахнул футболку, ощущая, как замерзают руки, — если есть время, посиди сегодня вечером со мной у моря.

Чи Наньму на мгновение замолчал: — Хорошо.

Морской ветер усиливался, поднимая волны до локтя высотой. Чи Наньму подошел ближе и пошел с той стороны, где было море. Их руки сами собой соприкоснулись тыльными сторонами ладоней, а затем пальцы сплелись.

Цзян Чу позволил Чи Наньму вести себя. Неизвестно почему, но несмотря на то, что руки были крепко сцеплены, на сердце было спокойно. Не было той мучительной боли, что терзала его последние два года, но не было и того трепета, который он ощутил, когда Чи Наньму предложил начать всё сначала.

Сможет ли он действительно начать заново? Даже если цена этому — забыть прежнего Чи Наньму.

Цзян Чу слушал шум прибоя и в который раз задал себе этот вопрос. Как и всегда, говорить им было не о чем.

http://bllate.org/book/35576/4399828