Готовый перевод My Abandoned Puppy Returned and Got Stuck / Брошенный щенок: Возвращение одержимого: Глава 6

После поступления в старшую школу Чжоу Лоши перевелся из пансиона на дневное обучение. Жизнь в первом классе старшей школы была радостной и беззаботной: днем он играл в мяч и дурачился с компанией лодырей, а порой, раздобыв записку об отгуле, они гурьбой отправлялись на улицу уличной еды возле школы, чтобы отвести душу. Возвращаясь после занятий домой, он приводил с собой Брайана, запирался в комнате и возился с различными приборами.

Комната подростка его возраста, возможно, была бы сплошь оклеена плакатами со звездами футбола, заставлена трансформерами и моделями Gundam или же уставлена моделями поездов и танков, но комната Чжоу Лоши выглядела весьма необычно — она была завалена химическим лабораторным оборудованием.

В спальне площадью почти тридцать квадратных метров, помимо кровати и дивана в углу, все остальное пространство было почти полностью занято лабораторными принадлежностями. У окна стоял огромный письменный стол: чашечные весы, штатив с кольцом и лапкой, спиртовая горелка и тигель выстроились в аккуратный ряд, а за ними — пробирки, колбы, конические колбы, широкогорлые бутыли, узкогорлые бутыли, склянки для сбора газа, мерные цилиндры. Ложечки для реактивов, пинцеты, пипетки с резиновыми грушами, штативы для пророк, щипцы для тиглей и воронки всевозможных форм аккуратно лежали на подносах.

Рядом со столом стоял небольшой шкафчик, доверху заставленный всевозможными баночками и склянками разных размеров и высоты, с растворами самых разных цветов и твердыми металлами. На некоторых герметичных сосудах бумажными ярками были даже подписаны названия редких элементов. И один бог знает, откуда он их только доставал.

Каждый вечер после ужина Чжоу Лоши принимался возиться у своего письменного стола, в то время как Брайан делал уроки за низким столиком в двух метрах от него.

Он не только выполнял собственные задания по китайскому языку, английскому и математике, но и решал домашку брата по тем же предметам. С чего бы ученику начальной школы уметь справляться с программой старшеклассников? Однако старший брат сказал ему: Сначала просмотри всё, вдруг попадется хоть какое-то знакомое задание? А то, что не сможешь сделать, оставь пустым — я сам доделаю.

Брайан писал с замиранием сердца, ступая словно по тонкому льду.

Часто случалось так: посреди выполнения уроков до него доносился резкий едкий запах, он поднимал голову и видел, как Чжоу Лоши, нахмурившись, выливает в бадди для отходов какой-то дымящийся непонятный раствор. Или же, когда он сам задумывался над задачкой, раздавался громкий хлоп — звук разбитого стекла — и он видел, как Чжоу Лоши с самым обычным выражением лица подметает с пола осколки.

Самый опасный случай произошел, когда раздался громкий крик: Ложись! Брайан едва успел закрыть голову руками и спрятаться под письменным столом, как прогремел мощный взрыв.

Спустя несколько секунд он, еще не отойдя от испуга, поднялся на ноги и ошеломленно оглядел разгромленную комнату. Чжоу Лоши стоял в нескольких метрах от него с закопченным лицом, а на щеке алела царапина, сочившаяся кровью.

Кровь! — испуганно завопил Брайан.

Чжоу Лоши равнодушно смахнул тыльной стороной ладони кровь со скулы, легкое жжение заставило его чуть наморщить нос. Он задумчиво посмотрел на место взрыва, опустив голову и размышляя о чем-то своем.

Взрыв не привлек родителей, смотревших телевизор внизу, зато истошный вопль Брайана привел их в движение. Супруги в панике распахнули дверь, окинули комнату взглядом, и Чжоу Цинэнь облегченно выдохнул: Мелкие неприятности, пустяки.

Брайан в тревоге принес из ванной горячее полотно и подбежал к Чжоу Лоши: Брат, ты поранен.

Сюй Ли тоже успокоилась, привычно достала из письменного стола йод с пластырем и с улыбкой произнесла: Ну бабахнуло разок, ничего страшного. В прошлый раз он выделил какой-то аммиак, так нас с твоим папой выкурило из дома на три дня в гостиницу — вот это было по-настоящему жутко.

Чжоу Лоши все еще о чем-то размышлял. Видя, как Брайан старательно и с усердием вытирает ему лицо, он слегка наклонился и опустил голову, что бормоча себе под нос.

Брайан осторожно обходил кровоточащее место на щеке, горячим полотенцем стер черную сажу с его лба, а когда Сюй Ли продезинфицировала рану йодом, наклеил сверху пластырь с изображением Дораэмона.

Лишь после этого Чжоу Лоши словно очнулся от долгого сна, перевел взгляд на трех человек, окруживших его в комнате: — —

Он, казалось, немного смутился, бросил фразу про помыть голову и направился в вайную.

Десять минут спустя он вышел из ванной, вытирая влажные волосы, и вернул себе привычный невозмутимый вид, однако уголки его губ слегка приподнимались — судя по всему, настроение у него было прекрасное.

Сидевший за столом Брайан тут же бросил ручку и подбежал к нему. С тревожным выражением вглядываясь в лицо брата, он коснулся краев намокшего пластыря с Дораэмоном и спросил: Брат, болит?

Мужчина должен держаться стойко, разве это боль? — Чжоу Лоши присел на кровать и с легкой улыбкой произнес: Я всё обдумал, завтра я тебе кое-что покажу.

В груди Брайана шевельнулось недоброе предчувствие, он с содроганием покосился на столик для химических опытов: Что... покажешь?

Однако Чжоу Лоши лишь махнул рукой, велев ему идти умываться. Спустя пятнадцать минут Брайан вышел из ванной, а Чжоу Лоши, прислонившись к изголовью кровати, читал журнал.

Брайан подбежал, опустился на колени на постели, уперевшись руками по бокам, и, как обычно, широко улыбнулся, обнажив все зубы до единого, и снизу вверх заглянул в лицо брата, словно щенок.

Чжоу Лоши ухватил его за подбородок, окинул взглядом ровные белые зубы, тщательно всё осмотрел и кивнул: Мм, почищены неплохо, иди спать.

Он никогда не проверял уроки Брайана, зато всегда проверял его зубы. У выращенного им младшего брата ни в коем случае не должно быть кариеса. У Сюн Шэнлиня были кривые-косые зубы, уродливые до ужаса, и всякий раз, когда тот улыбался ему, у него начинал болеть желудок.

Брайан послушно выпрямился: Спокойной ночи, брат, good night.

Чжоу Лоши хмыкнул: Закри за собой дверь, когда выйдешь.

На следующий вечер Чжоу Лоши не издавал грохочущих звуков за своим химическим столом — наперекор обыкновению он вел себя тихо, сидел за столом и читал книгу, то и дело делая какие-то пометки. Брайан, удивленный и озадаченный, то и дело украдкой поглядывал на него.

Когда Брайан закончил выполнять задания, Чжоу Лоши захлопнул книгу: Сначала расскажи стихотворение, потом получишь награду.

Он никогда не проверял уроки Брайана, за исключением стихотворений. Брайан не понимал причины, но был готов сделать всё от него зависящее ради любой вещи, способной порадовать брата.

Белое солнце... скрывается за горами, Жоахэ... впадает в море...

Иностранцу, изучающему китайский язык, труднее всего даются тона. Специфические интонации иностранца в сочетании с древнекитайской поэзией производили абсурдный контрастный эффект. Коряво и запинаясь, Брайан зачитал до конца стихотворение Подъем на башню Аньцюэлоу и с тревогой уставился на брата.

Сначала Чжоу Лоши поморщился, явно недовольный его странной, изобилующей перепадами интонаций манерой чтения, но в конце концов ничего не сказал, а лишь произнес: С натяжкой сойдет. На утреннем чтении нужно заниматься усердно, понял? А теперь смотри на награду.

Он взял со стола бутылку, наполненную водой, и предельно осторожно извлек из герметичного стеклянного сосуда кусочек металлического натрия.

Брайан с ужасом уставился на надпись Na на этикетке и заикаясь произнес: Брат, в-вчера ведь уж-э смотрели?

Даже не надо мне такой награды!

Тс-с, — Чжоу Лоши поднял указательный палец, призывая его замолчать, подцепил пинцетом кусочек натрия и бросил его в стеклянную бутылку.

Вчерашний взрыв все еще стоял у него перед глазами, и Брайан в отчаянии зажмурился, инстинктивно отпрянув на два шага назад и зажав уши руками.

Однако ожидаемого взрыва не последовало.

Он робко приоткрыл один глаз. Чжоу Лоши, прислонившись к столу, в одной руке держал бутылку, а другой вращал пинцет, и с полуулыбкой, опустив взгляд, бросил на него быстрый взор: Куда бежим?

Не разговаривай, смотри.

Брайан перевел взгляд на бутылку и в тот же миг замер —

Металлический натрий, вчера ставший причиной мощного взрыва, сейчас преспокойно находился в воде. Кусочек металла игриво покачивался вверх-вниз в верхней и средней части бутылки, словно резвящаяся девочка. Самое удивительное было то, что при каждом погружении и всплытии он окрашивал воду в средней и нижней части в нежно-голубой цвет. Голубизна, похожая на дымку, медленно расплывалась в воде, словно капля туши на бумаге сюаньчжи — это выглядело невероятно красиво.

Из горлышка бутылки поднимался легкий дымок.

Брайан остолбенел от удивления: Why?

Чжоу Лоши поставил бутылку на стол, бросил пинцет обратно в лоток и, скрестив руки на груди, прислонился к краю стола: Смотри внимательно.

Брайан придвинулся ближе к бутылке и заметил тонкую линию раздела. Оказывается, в сосуде была не просто вода, верхнюю часть занимало... масло?

Чжоу Лоши пояснил: Плотность металлического натрия больше, чем у масла, поэтому он тонет в нем, опускается до поверхности воды и при контакте с ней вступает в химическую реакцию, выделяя водород. Водород выталкивает натрий наверх. Как только водород улетучивается, натрий снова опускается и соприкасается с водой, и всё повторяется сначала.

Он смотрел на постепенно расплывавшуюся по бутылке темно-синеву, и голос его звучал спокойно и ровно: Вот почему ты видишь, как он танцует в бутылке.

Брайан не понимал всех этих терминов и повернул голову: Чжоу Лоши сосредоточенно смотрел на прыгающий в бутылке натрий, уголки его губ слегка изгибались, а выражение лица было почти нежным.

Вчерашний несчастный случай произошел потому, что я не использовал масло в качестве барьера, реакция оказалась слишком бурной. Я думал над этим способом, когда мыл голову.

А почему вода стала синей — потому что я добавил в нее кислотно-основной индикатор. Металлический натрий вступает в реакцию с водой, образуя гидроксид натрия, среда становится щелочной, поэтому индикатор и синеет.

Не заботясь о том, сможет ли Брайан его понять, Чжоу Лоши продолжал говорить размеренно, его неторопливый и мягкий тон казался обращенным скорее к самому себе.

Брайан уже давно заметил, что, когда Чжоу Лоши объясняет химию, его терпение возрастало во много раз, он даже отвечал на любые вопросы и выглядел прямо-таки нежно.

Химическая реакция подходила к концу, и вода приобрела глубокий синий цвет. Первоначальный шок прошел, и Брайан понял, что брат все-таки красивее. Он уставился на стоявшего рядом человека с сияющими от восторга глазами и спросил: Брат, есть ли на свете хоть какая-то причина тому, что ты так сильно любишь химию?

Чжоу Лоши не стал придираться к его ломаному языку и лишь ответил: Одно и то же вещество или элемент при контакте с разными веществами вступает в разные реакции. Точно так же, как некий человек А: общаясь с Бэком, он очень вспыльчив, а находясь рядом с Цэ, ведет себя тихо и спокойно. Разве это не интересно? Мне нравится изучать реакции между различными веществами — это сулит бесконечные возможности, несет в себе сюрпризы и перемены.

Брайан понял лишь наполовину, но до безумия любил то, как его брат спокойно и терпеливо разговаривает с ним. Он широко улыбался, в голове у него было абсолютно пусто, и он даже начисто позабыл весь китайский язык: Tell me more, please, I want to know more.

Однако Чжоу Лоши больше ничего не сказал. Он небрежно взял пустую пробирку, прикрыл горлышко бутылки резиновой насадкой и перевернул пробирку вверх дном, насадив ее сверху.

Возись с пробиркой, он бросил: Возьми со стола лучинку и зажги ее от спиртовки.

Брайан послушно исполнил поручение и приблизился, держа в руке тлеющую лучину.

Чжоу Лоши зажал пробирку пальцами и слегка улыбнулся: Ну же, поднеси огонь к горлышку пробирки.

В пробирке же ничего нет, — озадаченно произнес Брайан.

В пробирке водород. Давай, поджги его.

Брайан невольно вздрогнул — тень вчерашнего взрыва легла слишком глубоко.

Заметив его колебания, Чжоу Лоши приподнял бровь: Веришь мне?

http://bllate.org/book/35500/4390074