Готовый перевод A Cabbage's Counterattack / Атака на чувства: Горькая сладость разлуки: Глава 1

Цянь Цзянхай, чистя яблоко, сквозь настойчивый взгляд Сян Лэя выглянул в коридор:

— На что смотришь?

— Да так, ни на что.

Сян Лэй повернул голову обратно, его взгляд застыл на одной точке, очевидно, мысли были совсем в другом месте. Сейчас он навострил уши, прислушиваясь к разговору двух врачей у входа.

Разговаривали мужчина и женщина, тема так или иначе крутилась вокруг медицинских диагнозов. Цянь Цзянхай ничего не понимал, к тому же речь шла совсем не о сломанной ноге Сян Лэя, поэтому он никак не мог взять в толк, с чего вдруг возникло это внезапное напряжение.

Цянь Цзянхай не унимался и снова бросил пару взглядов на дверь. С его ракурса было отлично видно половину фигуры стоявшей там женщины, но даже по этой половине лица угадывалась писаная красавица.

Цянь Цзянхай цыкнул языком, решив, что Сян Лэй, не успев пролежать в больнице и двух дней, уже подумывает налево сходить.

Пока он думал об этом, кожура яблока оборвалась, со шлепком упав на пол. Он наклонился, чтобы подобрать её, как вдруг сверху раздался приглушённый голос Сян Лэя:

— Шэнь Ди говорил, когда придёт?

— Наверное, к полудню, — Цянь Цзянхай выпрямился. Люди, разговаривавшие у входа, уже ушли, и Сян Лэй явно с облегчением выдохнул, принимая из его рук яблоко и задумчиво принимаясь его жевать.

Цянь Цзянхай не выдержал:

— Что это с тобой?

— Скажи ему, чтобы не приходил, соври, что меня скоро выписывают.

Цянь Цзянхай усмехнулся и ткнул пальцем в трубку его капельницы:

— Разве врачи не знают, какой ты шустрый? Какая выпивка — тьфу ты, какая выписка, до неё ещё как до Луны пешком.

— Приврать не умеешь, что ли?

Не дозвонившись до Шэнь Ди, Сян Лэй почувствовал лёгкое раздражение, и сладкое красное яблоко разом потеряло всякий вкус.

— Позвонишь ему чуть позже и скажи точь-в-точь как я велел.

— Да что сказать-то? — Цянь Цзянхай окончательно запутался. — Ты же сам лежишь здесь, завтра заедем к тебе домой — и вся ложь тут же вскроется. Нет, погоди, в чём вообще смысл? С чего вдруг ему нельзя прийти навестить тебя?

— И правда нельзя, — Сян Лэй приподнялся на кровати и тяжело вздохнул. — Ладно, давай переведёмся в другую больницу.

На этот раз до Цянь Цзянхая дошло. Несмотря на то, что коридор был абсолютно пустым, он всё равно машинально оглянулся по сторонам:

— От кого это ты прячешься?

— От напасти ходячей, от кого же ещё.

Сян Лэй снова взял в руки телефон и позвонил своей жене, чтобы обсудить перевод в другую больницу.

Цянь Цзянхай попытался отговорить его:

— Ты хоть представляешь, каких трудов стоило достать это место? Куда ты собрался переводиться?

Сян Лэй знаком велел ему замолчать. Если уж удалось перехитрить день первый, срочно нужно было придумать способ перехитрить и день пятнадцатый. За последние два дня он уже во второй раз оказывается у дверей своей палаты — продолжайся это и дальше, столкнуться лицом к лицу было лишь вопросом времени. Для него-то самого в этом не было ничего страшного, но он не мог позволить себе подвергать Шэнь Ди такому риску.

Провозившись всю первую половину дня, Сян Лэй наконец заснул. Цянь Цзянхай вышел из палаты и набрал Шэнь Ди, но телефон был отключен. Он предположил, что тот сейчас в самолёте, и решил перезвонить позже, но из-за навалившейся суеты бац — и напрочь всё забыл.

Проснувшись и открыв глаза, Сян Лэй увидел сидящего у его изголовья Шэнь Ди, который задумчиво подбрасывал в руке питайю.

— Проснулся, — произнёс тот. — Поел? Я тебе принёс.

Сян Лэй нахмурился:

— Ты чего приплёлся? Разве Сяо Цзян тебе ничего не говорил?

— О чём? — Шэнь Ди установил над кроваткой складной столик. — Тут есть где разогреть еду?

Сян Лэй в этот момент уже не смел и пикнуть, чтобы не отправить его на поиски приключений по всей больнице. Стиснув зубы, он приподнялся и взял коробку с обедом:

— Она же ещё тёплая, съедобно и ладно.

Шэнь Ди снова опустился на стул:

— Как дела в эти дни?

— Нормально, через пару дней, глядишь, выпишусь. Раз уж ты занят, мог бы и не приезжать.

Говоря это, Сян Лэй украдкой косился на выход, и весь его вид выдавал рассеянность.

Шэнь Ди заметил это и, решив, что тот просто извлёлся от долгóго лежания в постели, не стал допытываться.

Сян Лэй в два счёта управился с едой и принялся выпроваживать гостя:

— Возвращайся домой отдыхать пораньше. Ты ведь последние дни толком не спал, вон какой уставший.

Шэнь Ди окинул взглядом палату:

— Условия тут так себе, я попрошу людей устроить тебя в палата получше.

— И так сойдёт. К чему мне роскошь из-за какой-то сломанной ноги? Всё равно валяться здесь от силы дня три-четыре, — Сян Лэй толкнул его в плечо. — Возвращайся давай, чего торчать в больнице? К тому же со мной всё в порядке, жена как раз с работы освободится и подойдёт, тебе вовсе необязательно дежурить здесь.

Шэнь Ди улыбнулся:

— Мне почему-то кажется, что ты меня выгоняешь.

Сян Лэй сохранил невозмутимое лицо:

— Если ты тут ещё задержишься, боюсь, мне самому придётся менять палату! Марш домой спать!

— Ладно уж, — Шэнь Ди поднялся на ноги. — Тогда загляну к тебе в другой раз, отдыхай как следует.

Прихватив ключи от машины, Шэнь Ди вышел из палаты. Шагая по коридору, он позвонил своему помощнику и велел подыскать палату повышенной комфортности.

В лишённом хорошего освещения коридоре тонкие лучи солнца пробивались сквозь дальний конец, делая и без того узкое пространство бесконечно длинным. Врач в белом халате, преодолев две ступени, шагнул навстречу из игры света и тени — расплывчатый силуэт с приближением становился всё чётче на фоне плывущих перед глазами образов, пока наконец не разминулся с ним у дверей какой-то палаты. Следом за ним семенила медсестра с пакетом для капельницы, родственник пациента с тазом в руках и бесчисленные прохожие с торопливыми, незнакомыми лицами...

Шэнь Ди крепко сжал телефон в ладони, чувствуя, как напряглись плечи. За последние два дня он объехал целых три места и действительно смертельно устал. Может, завтра заглянуть к младшему брату в колледж...

— Шэнь Ди.

Из-за спины послышалось чьё-то имя, произнесённое с бесстыдной прямотой.

— Вот чёрт, просчитался, — пробормотал про себя Шэнь Ди.

Он остановился, слегка выпрямив ссутулившуюся спину, и, понизив голос, обернулся:

— Готов держать пари, у тебя не хватило бы наглости окликнуть меня снова, доктор Хэ.

Хэ Чэн стоял посреди коридора, засунув руки в карманы и чуть развернувшись к нему корпусу — судя по всему, его ничуть не смущала неловкость ситуации, когда старый друг при встрече награждает его уничтожающим молчанием. Выдержав двухсекундную паузу, он с лёгкой улыбкой произнёс:

— Давно не виделись.

Шэнь Ди инстинктивно сжал кулаки, но тут же сдержанно разжал их. Точно так же затаившаяся меж его бровей буря сталкивалась с наигранным равнодушием: в это мгновение противоречивые эмоции нахлынули с силой рушащегося здания, едва не заставив его позабыть о годах выстраиваемой цивилизованной выдержки.

Он молчал, и Хэ Чэн был вынужден горько усмехнуться, шагнув к нему на пару шагов:

— Как поживаешь все эти годы?

Шэнь Ди бесстрастно посмотрел на него:

— Что именно ты хочешь услышать?

Хэ Чэн улыбнулся:

— Разумеется, я надеюсь, что у тебя всё хорошо.

— Тогда тебе не стоило окликать меня.

Хэ Чэн сделал вид, будто не уловил скрытого смысла в его словах:

— Раз уж мы знакомы, к чему было притворяться?

— Потому что я предпочел бы никогда больше не слышать, что этот человек всё ещё жив.

Омерзение достигло в этот момент своего пика, и Шэнь Ди, резко развернувшись, зашагал прочь.

— Шэнь Ди... — Хэ Чэн схватил его за руку сзади.

Шэнь Ди с размаху врезал ему кулаком в лицо. Хэ Чэн отшатнулся на пару шагов назад, и не успел он выровнять равновесие, как получил ещё и удар ногой в живот. Он рухнул на ступени, а твёрдый бетон отдался в теле ослепляющей волной головокружения.

— Какое у тебя вообще право называть моё имя? — Шэнь Ди бросился на него и встряхнул за воротник. — Я до сих пор хочу прикончить тебя собственными руками.

При всём своем лощёном и благопристойном внешнем виде внутри он по-прежнему оставался свирепым хищником. Пережив первую волну боли, Хэ Чэн запрокинул голову и едва не рассмеялся в голос — знакомые вспышки ярости и упрямства так сильно заставляли его тосковать по прежним временам.

Искажённое яростью лицо Шэнь Ди сквозь застилавшие глаза слёзы от боли казалось ему всё более привлекательным. Хэ Чэн протянул руку, коснулся его затылка и прижался губами к уху:

— А я ведь чертовски по тебе скучал.

Яростно распахнув глаза от бешенства, Шэнь Ди снова занёс кулак. Сейчас он желал лишь одного: чтобы этот человек, пропавший без вести на целых семь лет, а при встрече вновь толкнувший его в огненную яму, исчез раз и навсегда.

— Эй, вы что творите! — немалый шум привлёк внимание редких прохожих. Подобные физические столкновения явно затрагивали самую болезненную тему нынешних больничных скандалов.

Кто-то попытался их остановить, а Цзян Ивэй, цокая каблучками, вихрем влетела в проход и оттолкнула Шэнь Ди, встав прямо между ним и Хэ Чэном, громко вопрошая:

— Вы родственник какого пациента? Как вы смеете распускать руки?!

Шэнь Ди с налитыми кровью глазами перевёл мрачный взгляд на внезапно объявившуюся женщину и, резко отшатнувшись, отступил на два шага назад.

— Ещё раз тронешь его — я позову охрану! — Цзян Ивэй вытащила телефон.

Лежавший на полу и лишённый возможности двигаться Хэ Чэн слегка дёргал за край её длинного халата, отрицательно качая головой.

Шэнь Ди невольно холодно усмехнулся и под многозначительным взглядом Хэ Чэна повернулся и ушёл.

Беспричинные тумаки вовсе не вызвали у Хэ Чэна гнева, скорее напротив — подарили ощущение какой-то правильной, исчерпывающей полноты.

— С чего это тебя бьют, а ты сидишь довольный? — Цзян Ивэй помогла ему подняться, окинув озабоченным взглядом с ног до головы. — Где болит?

Хэ Чэн поморщился:

— Спина.

Цзян Ивэй прощупала несколько точек на его спине:

— Кости целы, сплошные ушибы, — она вздохнула. — Кто вообще этот тип? Наглец каких мало, а ты ещё и терпишь.

— Проехали.

— Что значит проехали? Говорю тебе, с такими буйными посетителями нельзя сюсюкаться с самого начала, в худшем случае схватишь скальпель да прикончите друг друга.

— ...

— Вот именно, пустишь такое на самотёк первый раз — повторится и второй. Ничего, у меня всё на видео записано, доктор, смело вызывайте полицию, — поддержал кто-то из зевак.

— Зря только дали ему уйти, сейчас ещё не поздно догнать...

— ...

Хэ Чэн, придерживая живот руками, не знал, смеяться ему или плакать:

— Обычные личные счёты, граждане, расходитесь. А тот, кто снимал видео, будьте добры, удалите запись.

Хотя он ни капли не возражал против того, чтобы получить такую трёпку от Шэнь Ди, за прошедшие годы он порядком отвык от подобных физических нагрузок и теперь попросту не выдерживал столь масштабного насилия.

Когда толпа немного рассеялась, Хэ Чэн прислонился спиной к стене и задрал край рубашки: на коже красовалось пугающее воображение обширное сине-багровое пятно, и оставалось только догадываться, насколько плачевно сейчас выглядело его лицо.

— И надо же иметь столь бурные личные счёты, а ну-ка дай взглянуть, — бросила Цзян Ивэй и попыталась заглянуть ему под живот.

http://bllate.org/book/35473/4386276