Готовый перевод Twin Killers ABO: A Restless Life / Двойные клинки: Судьба, сплетенная кровью [ABO]: Глава 11

— Но разве я виноват в том, что люблю тебя? — Перед мысленным взором Жун Цзиньханя возник образ Жун Шуяна, бездыханно лежащего в ванне, и в его голосе невольно прорезались надрывные нотки. — С какой стати я должен расплачиваться за вашу любовь?

— Безусловно, чувства взаимны, и никого нельзя принуждать. Безответную любовь можно отвергнуть, можно предать, но её нельзя топтать, и уж тем более нельзя использовать как опору, заставляя меня терпеть всю эту несправедливость и унижения.

Каждое слово Жун Цзиньханя было пронизано болью и негодованием. Чэн Юаньдо приоткрыл рот, но в конечном итоге не смог вымолвить ни слова.

— Когда-то мои глаза были застланы прекрасными мечтами. Я наивно полагал, что если дать нам время, ты рано или поздно заметишь меня. Но лишь когда я упал с лестницы и ты, не раздумывая, бросился проверять, не ушиб ли Бай Цзянхань запястье, я понял, насколько нелепыми были мои надежды.

Слова Жун Цзиньханя, словно мощная рука, безжалостно выставили наружу всю тьму и холодный расчёт. Чэн Юаньдо сжал руки в кулаки, в его полуприкрытых глазах застыл мрак. Ещё никто и никогда не обнажал его истинные мысли и планы с такой пугающей прямотой, как это сделал Жун Шуян.

Он поднял взгляд, и в его глазах промелькнуло любопытство: неужели это и есть настоящий Жун Шуян?

— Чэн Юаньдо, ты до того алчен и лицемерен, что от тебя просто воротит, — Жун Цзиньхань не отвел взгляда и произнёс это твёрдо, слово за словом.

— Господин Жун! — голос Бай Цзянханя взлетел на несколько тонов выше, глаза его покраснели. Встретившись с острым, пронизывающим взглядом Жун Цзиньханя, он слегка вздрогнул и пробормотал: — Вы… как вы можете… Вы не должны так говорить с Юаньдо.

Когда Жун Шуян только начал говорить, его подавляющая аура была настолько сильна, что Бай Цзянхань от страха даже не смел раскрыть рта. Но теперь, когда этот человек начал открыто поносить Чэн Юаньдо, Бай Цзянхань не мог упустить такой прекрасный шанс проявить себя.

И действительно, стоило ему замолчать, как Чэн Юаньдо посмотрел на него с нежностью и благодарностью за заступничество.

Бай Цзянхань ликовал, хотя внешне изобразил испуг, при этом нежно и решительно глядя в глаза Чэн Юаньдо.

Жун Цзиньхань насмешливо усмехнулся, глядя на Бай Цзянханя, который секунду назад держался высокомерно, а теперь прикинулся беззащитным кроликом. Поистине, человек из мира шоу-бизнеса — актёрская игра просто на высоте.

— Действительно, не стоит ограничиваться одними словами, — Жун Цзиньхань схватил со стола стакан с молоком и плеснул прямо в лицо Бай Цзянханю. — Как законный супруг, я обязан научить тебя, что такое стыд.

— Ты! — Чэн Юаньдо на мгновение замер от шока, а затем замахнулся, но, встретившись с холодным и насмешливым взглядом Жун Цзиньханя, так и не смог опустить руку.

Жун Цзиньхань невозмутимо смотрел на него:

— Что? Хочешь ударить меня?

Он сделал два шага вперёд, почти вплотную приблизившись к Чэн Юаньдо:

— Можешь ударить, но подумал ли ты, как будешь держать ответ перед семьей Жун?

Голос Жун Цзиньханя был тихим, но угроза в нём ощущалась более чем явно.

В этот момент Бай Цзянхань, до этого момента с предвкушением ожидавший расправы, на секунду исказился в лице, а затем, приняв жалостливый вид, схватил Чэн Юаньдо за руку:

— Юаньдо, не надо.

Чэн Юаньдо перевёл взгляд на Бай Цзянханя, чьё лицо было залито молоком, и, увидев его молящий взгляд, медленно опустил руку. Он решил, что его бесконечные уступки ради Жун Шуяна были ошибкой — он слишком многое позволял этому человеку!

Выражение лица Чэн Юаньдо менялось, недовольство Жун Цзиньханем росло, а желание как можно скорее развестись становилось всё тверже.

Чэн Юаньдо был сильным и выдающимся альфой, его гнев был пугающим. И хотя бета не способен чувствовать феромоны, под таким давлением любой почувствовал бы страх.

Однако Жун Цзиньхань ни в грош его не ставил. Он ведь планировал: если бы Чэн Юаньдо всё же ударил, он непременно воспользовался бы этим поводом, чтобы закатить грандиозный скандал в Родовом поместье семьи Чэн. Какая жалость, что не вышло.

Бай Цзянхань, который изначально лишь разыгрывал спектакль, увидев выражение лица Жун Цзиньханя, похолодел. Если бы Чэн Юаньдо действительно ударил того, то даже если бы семья Жун промолчала, семья Чэн ради сохранения репутации не пощадила бы его самого. Смог бы тогда Чэн Юаньдо противостоять своему роду, чтобы защитить его?

Почувствовав запоздалый страх, он со злобой посмотрел на Жун Цзиньханя: чуть было не попался на его уловку!

Нет, нельзя позволить этому Жун вести себя так нагло!

— Жун Шуян, где твое воспитание?! Семья Жун так учила тебя обращаться с людьми?! — рявкнул Чэн Юаньдо.

— Что я сейчас услышал? — Жун Цзиньхань посмотрел на него с нескрываемым изумлением. — Воспитание? Ты, человек, который завел себе любовника и приводит его к законному супругу, чтобы красоваться перед ним, смеешь говорить со мной о воспитании?

— Смешно до колик!

Жун Цзиньхань смахнул выступившую от смеха слезу, его взгляд внезапно стал ледяным и острым. Он уставился на Чэн Юаньдо, указывая пальцем на Бай Цзянханя, и медленно произнёс:

— Если бы не моё хорошее воспитание, ты думаешь, этот бесстыдный любовник до сих пор мог бы спокойно показываться мне на глаза?

Он опустил руку и, рассматривая свои аккуратно подстриженные ногти, тихо добавил:

— Боюсь, твой дед уже давно разобрался бы с ним.

Хотя Жун Цзиньхань не смотрел на Бай Цзянханя, от его слов, пропитанных леденящим ужасом, у того по спине пробежал мороз, а по коже поползли мурашки.

Жун Цзиньхань с презрением взглянул на Бай Цзянханя и опустился обратно в плетеное кресло. Тёплые солнечные лучи пригревали, заставляя его довольно прищуриться:

— Так что не советую злить меня понапрасну.

Чэн Юаньдо, если не считать того импульсивного порыва ударить, был человеком рассудительным и расчётливым. Остыв после вспышки гнева, он вновь подумал о последствиях и решил, что Бай Цзянхань — единственный, кто искренне печётся о нём: такой нежный и внимательный.

Не то что этот Жун Шуян: раньше был послушным, а теперь стал таким язвительным. Даже если сбой феромонов влияет на него, не может человек стать настолько экстремальным. Наверняка его истинная натура всегда была такой, а покорность была лишь маской!

Точно, так оно и есть!

— Прошу прощения, мы побеспокоили тебя, — холодно бросил Чэн Юаньдо, в его глазах читалось неприкрытое отвращение.

http://bllate.org/book/35448/4381920