Готовый перевод Don't Touch My Fish Tail / Не смей трогать мой хвост!: Глава 13

Для того, кто умеет кататься на лыжах, горнолыжный склон — настоящий рай, откуда не хочется уходить. И даже когда тело возвращается в отель, душа надолго остаётся на заснеженной трассе, время от времени мысленно аплодируя собственной удали.

Именно так чувствовал себя Сун Синъе.

Завершив утреннюю каталку и пообедав, они вернулись в номер. Сун Синъе, сжимая в руках телефон, подскочил к кровати Сы Ханя:

— Брат Хань, глянь снимки! Какие из них можно выложить?

Сам он, конечно, считал, что хороши абсолютно все — на каждом он выглядел просто отлично.

Сы Ханю такая близость была ввиду непривычки комфортна не вполне. Заметив, как парень рванулся к нему, он упёрся руками в матрас и отстранился:

— Мы… можем поговорить у кресел.

Сун Синъе лишь искренне удивился:

— Зачем кресла, если на кровати куда удобнее? — Он протянул ему экран: — Посмотри вот эту. Как тебе? Лица толком не видно.

Только тут Сы Хань осознал, что галерея в телефоне тритона чуть ли не целиком забита его снимками. И когда только этот русал успел его нащёлкать?

— Сойдёт, — мельком глянул Сы Хань.

Публиковать свои фотографии он не любил, а потому мягко, но твёрдо ответил отказом:

— Оставь их себе, но в сеть не выкладывай.

— Оу, вот как? — Сун Синъе немного расстроился: эх, не похвастаться перед друзьями в соцсетях. Впрочем, настроения это ему не испортило: — Ну ладно, сохраню в альбом и буду сам любоваться.

Слово «сохраню» словно задело в душе Сы Ханя какую-то струну — опушённые веки едва заметно дрогнули.

Глаза Сун Синъе азартно блеснули:

— Хочешь, тебе скину? Выберу самые удачные и перешлю.

— Давай, — коротко кивнул Сы Хань.

Он наблюдал, как юноша с упоением погрузился в отбор кадров. Казалось, тот буквально не сводил с него глаз…

Спустя минуту телефон Сы Ханя завибрировал от входящих сообщений. Вглядываясь в собственные снимки, сделанные рукой Сун Синъе, он замер, не в силах оторвать взгляд.

Вот, значит, каким его видит человек, которому он нравится.

— А, тут ещё снимки Брата Фаня и остальных! — Сун Синъе пролистнул галерею ниже, но, поняв, что отбирать всё это ему лень, соскочил с кровати: — Сбегаю к ним в соседний номер.

В голове Сы Ханя моментально возникла картина: русал и Цинь Шаофань сидят вплотную, вместе разглядывая экран.

— Сейчас время тишины, — Сы Хань перевёл взгляд на фонтанирующего энергией юношу. — Отдашь при следующей встрече.

Сун Синъе поразмыслил и согласился:

— И то правда. Брат Хань, ты как всегда всё предусмотришь! Тогда и я, пожалуй, посплю.

Только что переливающийся бодростью парень, едва коснувшись подушки, заснул так мгновенно, будто у него выключили питание. Скорость, с которой он провалился в сон, поражала.

Сы Хань тихо перевёл дух, расслабился и откинулся на своей кровати, собираясь подремать.

Вообще-то он спал мало — пяти часов в сутки ему вполне хватало, чтобы поддерживать отличную форму. Но стоит ли удивляться, что в компании этой молодёжи его привычный распорядок дал сбой? Мало того что сон за последние дни заметно удлинился, так он ещё и поддался их философии «разумного отдыха» и полезного безделья.

Приходилось признать: его привычный уклад подвергся серьёзному испытанию.

Для чистого человека, находящегося в расцвете сил, созревший и готовый к продолжению рода тритон обладал колоссальным, почти непреодолимым притяжением. Сы Хань и сам не мог толком разобрать, чем вызвана его симпатия к Сун Синъе — древним биологическим инстинктом или искренним восхищением личностью юноши.

Судя по всему, за этим стояла банальная физиология.

И именно это вызывало у него глухое отторжение. Едва ли хоть один мужчина способен противостоять магии тритонов и русалок. В конце концов они теряют рассудок, превращаются в одержимых фанатиков, доходя даже до заточения и полного контроля над своим партнёром. Безумный, омерзительный угар дикого зверя — разве мало Сы Хань видел подобных примеров?

Становиться таким чудовищем он категорически не желал.

Вот почему от любой мысли о связи с русалкой его бросало в холод.

Проснувшись, Сы Хань не стал беспокоить сладко спавшего юношу. Переодевшись в спортивный костюм, он в одиночестве отправился в тренажёрный зал.

Когда Сун Синъе разлепил глаза, Братца Ханя в номере уже не было. Ни на кровати, ни на балконе.

Он тут же поднял панику в общем чате:

[Сун Синъе: Брат Хань пропал!]

В это время Цинь Шаофань и Сы Лу увлечённо наслаждались полуденным чаем, трогательно кормя друг друга картошкой фри и попивая газировку из одного стакана. Ах, до чего же прекрасна любовь!

[Цинь Шаофань: Да что случилось-то? Куда он мог деться?]

[Сун Синъе: Не знаю, сейчас наберу ему.]

Однако Сы Хань не отвечал: телефон остался в шкафчике раздевалки.

«Связи нет», — пронеслась тревожная мысль.

Впрочем, пораскинув мозгами, Сун Синъе решил, что драматизирует. Сы Хань — взрослый, здравомыслящий человек, превосходящий его во всём. Куда он может пропасть? Если телефон вне зоны, причин ровно две: либо он его потерял (тогда скоро найдёт способ дать о себе знать), либо просто оставил в шкафчике.

А где оставляют телефон? Либо в бассейне, либо в тренажёрном зале.

Оценив великолепную физическую форму Сы Ханя, Сун Синъе сделал однозначный вывод.

[Сун Синъе: Трубку не берёт, но я, кажется, догадываюсь, где он.]

[Цинь Шаофань:??]

[Сун Синъе: Ставлю на то, что он в качалке.]

[Сы Лу: Да ладно! Он тебе сам сказал? Откуда ты знаешь?]

Сы Хань и раньше мог периодически пропадать с радаров, но Сы Лу никогда не задавался вопросом, чем занят брат. Этого не знали даже их родители.

[Сун Синъе: Ого, Сяо Лулу! Неужели в твоих глазах мы с Братом Ханем настолько близки, что он отчитывается мне о каждом шаге?]

[Сы Лу: Паршивец Сун Синъе, не смей звать меня Сяо Лулу! Спорим? Я считаю, что он где-нибудь в тихом месте разгребает рабочую почту.]

[Сун Синъе: По рукам! На что спорим?]

[Сы Лу: Если выиграю я — будешь звать меня Братом Лу. Если ты — познакомлю тебя с красоткой-русалкой!]

[Цинь Шаофань: С красоткой-русалкой?! Офигеть, Брат Е, жми!]

Пока приятель заходился от восторга, бывший страстный поклонник русалок Сун Синъе вдруг осознал странную вещь: его «младший брат» в штанах на это заманчивое предложение не отозвался ровным счётом никак. Полнейший штиль.

Сун Синъе опешил. Что за чертовщина? С одной стороны, признать, что его перестали возбуждать русалки, было жутковато, а с другой — перспектива завести девушку-русалку не вызывала абсолютно никакого азарта.

[Сун Синъе: Идёт, договорились!]

Чтобы Цинь Шаофань не заподозрил неладное, Сун Синъе напустил на себя максимальный энтузиазм.

Но едва отложив телефон, парень погрузился в тяжёлые думы. Он сам не понимал, чего хочет больше: чтобы Сы Хань действительно оказался в зале или чтобы его там не было.

Взбудораженный Сяо Сун подхватил телефон и вышел из номера. Сверившись с картой в приложении курорта, он направился к спортивному комплексу.

Тренажёрный зал поражал масштабами. Сун Синъе обшарил все углы, надеясь разглядеть среди тренажёров знакомый силуэт.

И… пусто?

Сложно описать его чувства. С одной стороны, он перевёл дух, но с другой — грудь сдавила едва уловимая досада.

Он опустился на кресло в зоне отдыха у бассейна и обхватил голову руками.

Господи, стоит только вспомнить, что по возвращении в Город А его ждёт регистрация в центре русалок и выбор жениха, как хочется просто провалиться сквозь землю и никогда не возвращаться. Но бросить всё он не мог: он любил родителей, друзей, учёбу. Нельзя перечеркнуть всё только из-за своей новой биологии.

***

Вернувшись в раздевалку, Сы Хань достал из шкафчика телефон. Он весь вымок от пота.

Усевшись на скамью, он пробежал глазами переписку в чате. Выражение его лица неоднократно менялось.

Сун Синъе догадался, что он в зале?

Сы Хань слегка оторопел. Но внезапно поймал себя на мысли, что вовсе не хочет победы юноши. Пусть даже он знал, что тот сам является тритоном.

С кем бы Сы Лу ни познакомил Сун Синъе, у них всё равно ничего не выйдет.

[Сун Синъе: Я не нашёл Брата Ханя...]

Даже сквозь текст проступала детская обида и разочарование.

В этот момент телефон завибрировал от нового уведомления. Сы Хань поднялся и вышел из раздевалки.

[Сун Синъе: Похоже, я совсем плохо знаю Брата Ханя.]

[Сы Лу: Ха-ха-ха! Сун Синъе, ты продул! Живо зови меня Братом Лу! Ну же!]

Возле бассейна проигравший Сун Синъе уныло разглядывал экран. Вот же мелкий! Сы Лу ведь младше него! Что за мания — требовать, чтобы старшие звали тебя «братом»?

[Цинь Шаофань: Сяо Лу, ты ставил на то, что он работает. Ты выиграешь, только если он подтвердит!]

[Сун Синъе: Точняк! Сы Лу, я иду искать его дальше!]

[Сы Лу: Эй, вы чересчур жестоки! Вдвоём на одного?!]

Сун Синъе с улыбкой поднялся и, обернувшись, тут же уткнулся носом в чью-то горячую, широкую грудь. Не затормози он в последнюю долю секунды — врезался бы со всего маху.

Сы Хань тоже не ожидал, что парень резко вскочит, и вовремя притормозил. Тем не менее они оказались практически вплотную.

Сун Синъе втянул носом густой мужской запах, от которого у него на мгновение сладко закружилась голова.

Что это с ним?

А в момент их сближения лёгкий ветерок донёс до Сы Ханя едва уловимый влажный аромат, похожий на дыхание тёплого океана. Этот шлейф мгновенно обострил его чувства, заставив на секунду замереть.

— Брат Хань… — Сун Синъе потеребил кончик носа и снизу вверх уставился на него откровенно ошарашенным взглядом.

Перед ним стоял высокий, статный мужчина с влажными от пота волосами, тяжёлым дыханием и цепким, пронзительным взглядом — вид человека, только что закончившего изнурительную тренировку.

Так он реально был в качалке! Поняв это, Сун Синъе расплылся в счастливой улыбке — то ли от радости видеть Сы Ханя, то ли оттого, что спор не проигран.

— Ты правда тренировался? — Сун Синъе поспешно схватил телефон, чтобы обрадовать Сы Лу.

— Не говори им, — Сы Хань шагнул ближе, властно перехватил телефон из рук молодого тритона, а другой рукой достал свой.

В чат ушло короткое сообщение:

[Сы Хань: Я не в зале и не за работой. Вы оба не угадали.]

От такой внезапной конфискации Сун Синъе так и застыл, хлопая глазами.

Сы Хань тут же вернул ему смартфон:

— Впредь страдай подобной ерундой поменьше.

— Э-э… — Сун Синъе слегка вспыхнул. Разумеется, спор был чистейшей детской забавой, и в глазах солидного Сы Ханя это выглядело глупо. — Ага, согласен.

К тому же он и сам пожалел о заключённой сделке.

Взглянув на реплику Сы Ханя и досаду Сы Лу, Сун Синъе вдруг почувствовал, что они с Сы Ханем стали чуточку ближе.

Ещё бы! Он ведь только что увидел совершенно неожиданную сторону этого сурового человека: Брат Хань, оказывается, умеет нагло и не моргая врать!

— О чём задумался? — спросил Сы Хань, изогнув тёмную бровь. — Жалеешь, что не познакомишься с красивой русалкой?

— С чего бы? — мгновенно открестился Сун Синъе, потирая розовеющие щёки. — Если честно, ещё недавно мне очень нравились русалки, а сейчас… вообще ноль эмоций. Похоже, я и впрямь окончательно стал тритоном.

Сы Хань мысленно хмыкнул: «А кем ещё ты мог стать?»

— Когда Сы Лу предложил сосватать мне подружку, я прямо-таки не знал, куда деваться, — Сун Синъе поджал губы и взглянул прямо в глаза Сы Ханю. — Спасибо, Брат Хань. Если бы ты не выручил, я даже не представляю, как бы выкручивался.

Ему катастрофически не хотелось, чтобы друзья заметили в нём метаморфозы.

— Всё равно рано или поздно тебе придётся… — Сы Хань осёкся на полуслове, взял себя в руки и сухо произнёс: — Пошли в номер.

Сделав два шага назад, Сы Хань развернулся. В голове его крутилась одна мысль: Сун Синъе неизбежно придётся раскрыть миру свою природу.

И тогда его родители и близкие тут же займутся поиском подходящего партнёра.

Учитывая современные реалии, кандидатами на роль его супруга станут чистые люди — молодые мужчины от двадцати двух до двадцати пяти лет, привлекательные, образованные, с прекрасными перспективами и состоятельными семьями.

Сун Синъе останется лишь ткнуть пальцем в любого. Едва ли хоть один мужчина в здравом уме откажет такому тритону. Если только он не полный идиот.

Размышляя об этом, Сы Хань неосознанно увеличил дистанцию между ними, пытаясь сбежать от сладостного океанского аромата, исходившего от юноши. Этот запах, способный утопить любого мужчину, был природным сигналом.

Тело русалки вступало в фазу окончательного созревания, и для холодного рассудка чистого человека этот зов плоти представлял огромную опасность.

http://bllate.org/book/35319/4496395