Готовый перевод The Protagonist's Two Lovers Fled / Двойной побег: Возвращение в эпицентр драмы: Глава 9

Заметив, что он молчаливо согласился, Янь Юньцин холодно усмехнулся и решил найти какой-нибудь уголок подальше от него, чтобы в тишине понаблюдать за игрой Сюй Шицзина. Не успел он сделать и шагу, как сидевший за камерой режиссер крикнул: «Стоп!»

Сцена прорыва с защитой принцессы была отснята, и на этом участие Сюй Шицзина в съёмках на сегодня завершилось. Дальше шла сцена взаимодействия между главной героиней и вторым мужским персонажем. Он отошел в сторону отдохнуть, а его взгляд случайно упал на тот угол, где находились Янь Юньцин и второй мужчина. Помявшись немного, он подошел к ним, поздоровался и с некоторой неловкостью встретился взглядом с Янь Юньцином.

Хотя Янь Юньцин не знал, по какой причине Сюй Шицзин избегает встреч с ним, он понимал: чтобы решить проблему, необходимо активно общаться. Опыт в ухаживании за людьми у него отсутствовал, но эту простую истину он всё же осознавал.

Вспомнив всю ту психологическую подготовку, которую он провёл, приехав на съёмочную площадку ни свет ни заря, Янь Юньцин глубоко вздохнул:

— Ты снимаешься уже так долго, наверное, сильно захотел пить?

Сюй Шицзин тихо ответил:

— …Угу.

— Вот и отлично, — на лице Янь Юньцина появилась улыбка. — Лян ШаньЮэ же приехал сюда на собственной машине, верно? Будь добр, сходи-ка в магазин.

Лян ШаньЮэ: «?»

Узкие глаза Янь Юньцина слегка сузились, золотисто-карие зрачки уставились на него, уголки губ приподнялись, и он с видом невинности развел руками:

— Мой помощник уже угнал мою машину обратно.

Он прикрывался именем Сюй Шицзина, да и причина, по которой он сам не мог пойти, звучала вполне разумно и обоснованно. Если бы Лян ШаньЮэ отказался, это выставило бы его мелочным. Этот шаг Янь Юньцина явно преследовал цель спровадить его подальше. Лян ШаньЮэ перевел взгляд на растерянное лицо Сюй Шицзина, а затем покосился на остывший завтрак в руках Янь Юньцина.

— …Хорошо. — Встретившись взглядом с персиковыми глазами Янь Юньцина, Лян ШаньЮэ протянул руку. — Заодно и твой завтрак выброшу.

Он согласился так легко, что даже сам Янь Юньцин, выдвинувший это требование, несколько удивился. Впрочем, согласился — и слава богу. Янь Юньцин тут же сунул ему завтрак в руку с видом человека, который не может дождаться, пока от него избавятся:

— Прости за беспокойство, давай быстрей.

Лян ШаньЮэ обернулся и одарил Сюй Шицзина успокаивающей улыбкой:

— Ничего страшного, я скоро вернусь.

Наконец избавившись от мешавшей ему лампочки, Янь Юньцин повернулся к Сюй Шицзину и заговорил пониженным голосом, в котором не осталось и следа той агрессии, с которой он только что общался с Лян ШаньЮэ:

— Мы можем поговорить?

За те редкие встречи, что были у них раньше, Янь Юньцин всегда держался холодно, и это был первый раз, когда он посмотрел на него с таким просительным выражением. Сюй Шицзин испуганно сглотнул:

— …Хорошо.

Они отошли от съёмочной площадки и нашли пустую гримерку. Янь Юньцин придвинул к себе ближайший стул, сел и посмотрел на стоявшего рядом Сюй Шицзина:

— Садись тоже.

— Директор Янь, о чём вы хотели поговорить?

Янь Юньцин склонил голову набок:

— Ты меня боишься? — С чего бы?

Хоть это и прозвучало как вопрос, он уже заранее решил, что Сюй Шицзин его боится, не оставив тому места для возражений. Сюй Шицзин сплел пальцы рук, его губы зашевелились:

— Нет…

— Всё из-за того контракта?

Сюй Шицзин умолк. Очевидно, проблема крылась именно в этом.

Янь Юньцин всё понял:

— Сяо Цзин, хотя между нами и заключен этот контракт, я никогда не воспринимал тебя как своего любовника. Мы с тобой чисты перед друг другом, разве не так?

Заметив, что Сюй Шицзин на мгновение заколебался, он решил развить успех:

— Тогда было моей ошибкой принуждать тебя подписать контракт. Я… я признаю, что в тот момент мной двигал минутный порыв, я толком ни о чём не подумал. Из-за этого документа тебе пришлось выслушать столько сплетен и пересудов… Прости меня.

Он опустил голову, его спина слегка согнулась, а в голосе сквозила невиданная доселе искренность. Долгое время стояла тишина, прежде чем он наконец услышал ответ Сюй Шицзина.

— Ничего страшного, — произнес тот тихо. — Тогда… я всё понимал. Другие не знают подробностей, и для них нормально ненавидеть меня. Я не виню вас, директор Янь. — Подумав, он добавил: — И… я должен извиниться за то, как вел себя с вами раньше.

Уголки губ Янь Юньцина приподнялись, а тон стал намного легче:

— Тогда не мог бы ты сказать мне почему? Если ты меня ненавидишь, мне будет очень больно.

В его словах проскользнула доля близости. Сюй Шицзин отвел взгляд от его улыбающихся глаз и снова уставился в пол:

— Я не ненавижу. Просто вы внезапно навестили меня, да и ваше отношение… кхм, сильно изменилось, я к такому не привык.

С этими словами он снова поднял взгляд на Янь Юньцина, и на этот раз в его глазах появилось больше твердости:

— Директор Янь, я не знаю, что у вас на уме, но сейчас я хочу просто нормально сниматься. Я… Если вы хотите завязать со мной какие-то отношения, прошу меня извинить, но я вынужден отказаться.

Янь Юньцин приподнял бровь. Похоже, его излишнее усердие в последние дни заставило Сюй Шицзина заблуждаться, решив, будто тот хочет закрепить за ним статус своего любовника?

Для других избалованных сынков из богатых семей любое проявление страсти к кому-либо имеет лишь несколько возможных целей, и самая вероятная из них — погоня за мимолетной интрижкой. Похоже, Сюй Шицзин записал и его в ту же категорию.

Янь Юньцина это немного задело. Хотя внешне он выглядел так, будто прошел через огонь и воду, в душе он на самом деле был человеком верным и вовсе не пылал страстью к телесным утехам.

Неправильно понятый любимым человеком, Янь Юньцин подсознательно попытался оправдаться:

— Нет, я на самом деле…

*Люблю тебя.*

Глядя на ничего не подозревающего Сюй Шицзина, Янь Юньцин в конце концов проглотил вторую половину фразы.

Сейчас был далеко не лучший момент для излияния чувств. Признайся он сейчас, единственным исходом стал бы отказ.

Янь Юньцин неловко сменил тему:

— Тогда… можем ли мы стать друзьями?

Не дожидаясь ответа Сюй Шицзина, он поспешно добавил:

— На работе мы начальник и подчиненный, но в повседневной жизни ведь можно быть друзьями, верно?

Он задал этот вопрос с заметной осторожностью: речь шла всего-навсего о дружбе, и у Сюй Шицзина не было причин отказывать.

— Конечно, — кивнул тот.

Когда Лян ШаньЮэ вернулся, он чутко уловил перемену в атмосфере между Сюй Шицзином и Янь Юньцином. Сюй Шицзин углубился в чтение сценария, а Янь Юньцин сидел с противоположной стороны, сияя улыбкой — даже во взгляде, брошенном на Лян ШаньЮэ, поубавилось прежней враждебности.

Лян ШаньЮэ поставил один из стаканов с холодным напитком на стол рядом с Сюй Шицзином, придвинул стул и сел с другой стороны стола, неторопливо вытащил соломинку и с характерным звуком «хлоп» воткнул ее в крышку. Не успел он сделать и глотка, как Янь Юньцин заговорил, словно просто пытаясь поддержать разговор:

— Ой, а Сяо Цзину ты купил фруктовый чай.

http://bllate.org/book/35308/4362483