Готовый перевод Hate Loneliness Sea Flavor Theory / Ненависть к одинокому морю: Горький привкус любви: Глава 12

Фу Цзинмин извратил смысл подарка Пей Хуайцзиня и небрежно бросил:

— Разве не ты говорил, что нужно почаще попадаться на глаза тому, кто тебе нравится? Вот я и пойду пообедаю с Цзиньянем.

Пей Хуайцзинь поистине сам вырыл себе яму и, закипая от злости, поплелся следом за Фу Цзинмином.

Заметив, как тот, проходя мимо открытой рабочей зоны, мимоходом загреб с гостевого столика целую пригоршню конфет, он и без долгих раздумий понял, что сейчас произойдет.

Чужими руками Buddha дарит!

Когда Фу Цзинмин, прижимая к груди конфеты, вошел в комнату отдыха, Пей Цзиньянь и Жэнь Юй как раз оживленно о чем-то беседовали.

Жэнь Юй с улыбкой что-то рассказывала Пей Цзиньяню, а тот слушал со всем вниманием, на его лице застыла редкая, расслабленная улыбка, и время от времени он кивал, соглашаясь.

Пей Хуайцзинь, сжав ручки термопакета, бросил взгляд на Фу Цзинмина и обнаружил, что на лице того нет ни гнева, ни печали, да и тяжелой атмосферы вокруг не наблюдается. Напротив, Фу Цзинмин уверенно направился к свободному месту рядом с Пей Цзиньянем, уселся и протянул руку к ним обоим, развернув ладонь.

Прозрачная обертка конфет вспыхнула на ладони Фу Цзинмина радужными искрами, слепя глаза.

— Угощайтесь.

Пей Цзиньянь с трепетом покосился на Фу Цзинмина, не осмеливаясь протянуть руку за сладостью. Что это еще за фокусы? Конфеты хуже мышьяку — съешь хоть одну, и тебя тут же замуруют в заколдованных стенах юридической фирмы, заставив веками горбатиться на Фу Цзинмина?

Фантики зашуршали, и не прошло и минуты, как Жэнь Юй уже ловко сломила из оберток двух бумажных журавликов, которые чинно устроились перед Фу Цзинмином и Пей Цзиньянем.

Пей Хуайцзинь остолбенел: кто вообще кому здесь дарит подарки, что здесь происходит, какой-то балаган.

Во рту у Жэнь Юй красовались сразу три конфеты, и она невнятно пробормотала:

— Будет считаться, что это мой приветственный подарок вам обоим. Надеюсь на славную работу в будущем.

Быстро доделав последнего журавлика, она поманила Пей Хуайцзиня рукой и передала ему третью птичку.

— Не думал, что вы умеете такое делать, — глаза Пей Цзиньяня загорелись. Он бережно уложил журавлика на ладонь, долго любовался им и лишь потом вспомнил, что нужно сказать спасибо.

— Как-нибудь на досуге научу, — бодро отозвалась Жэнь Юй.

Видя, что они снова готовы погрузиться в оживленную беседу, Фу Цзинмин молча проглотил пару ложек еды, а затем объявил, что ему пора на совещание, и стал собираться.

Заметив это, Пей Цзиньянь шутливо заметил:

— Я слышал от Хуайцзиня о той затее, но никак не ожидал, что ты вдруг примчишься обедать с нами. Неужели только ради того, чтобы поприветствовать нового сотрудника сладостями? С каких это пор ты стал таким добряком?

Пей Хуайцзинь, убиравший соседний столик, покрылся холодным потом, мысленно взмолившись: братец, умоляю, молчи, не выводи Фу Цзинмина из себя, а то ляпнет правду — до смерти испугаешься.

— Как партнер, я прислушался к недавнему совету Хуайцзиня, решил проявить заботу о новом сотруднике и улучшить атмосферу в фирме, — с абсолютно серьезным видом заявил Фу Цзинмин.

Какой же мастер красноречия! Какой хитрый лис! Как ловко перекладывает вину на других!

Пей Хуайцзинь свирепо зыркнул на Фу Цзинмина.

— Ну и отлично, — выдохнул Пей Цзиньянь. — Тебе давно следовало поменяться. Так-то куда лучше! Постарайся побыстрее влиться в наш коллектив, будем болтать во время обеденного перерыва.

Пей Цзиньянь вдруг о чем-то вспомнил и, воодушевленно повернувшись к Жэнь Юй, заговорил:

— Сяо Жэнь, честно тебе скажу, не стоит так бояться адвоката Фу. Когда мы вместе учились в университете, он был тем еще шутником. Сейчас он ведет себя так исключительно из-за своего колючего языка и мягкого сердца.

— Братец! — бесшумно подскочив к эпицентру зарождающейся бури, Пей Хуайцзинь поспешил сменить тему: — Я сегодня прихватил с собой парочку мелких глиняных поделок. Как поешь, помоги мне прикинуть, куда их лучше расставить, чтобы красиво смотрелось!

С тех пор как Пей Хуайцзинь переступил порог юридической фирмы, все вокруг постепенно оказывалось захвачено им: начиная с мелких украшений и заканчивая обедами для сотрудников. Даже клиенты, то и дело заглядывавшие за консультациями, шутили, что здесь стало намного уютнее и человечнее.

Пей Хуайцзинь решил и дальше поддерживать эту теплую атмосферу, причем закрепить всё на «законных» основаниях.

— Брат, я хочу подписать с фирмой официальный договор о подработке. Так я смогу более упорядоченно заниматься закупками и ведением счетов, а фирме будет удобнее проводить отчетность и начислять сотрудникам льготы. Что думаешь? — Пей Цзиньянь протянул брату договор, над которым корпел несколько дней подряд.

Всю эту неделю он практически дневал и ночевал над составлением этого документа: сначала скачал из интернета уйму шаблонов, потом стал выискивать другую необходимую информацию и перелопачивал каждую строчку.

Заглянув в договор, Пей Цзиньянь изумился до крайности.

Содержание документа оказалось на удивление простым и четким: в нем прописывались характер услуг, стоимость питания, порядок оформления заказов и способы расчета. Всё было разложено по полочкам, а ключевые пункты даже выделены жирным шрифтом. На последней странице в качестве приложения находилась даже анкета — для сбора статистики о предпочтениях сотрудников в еде и их пожеланиях по улучшению меню.

— Ты всё это сам сделал? — Пей Цзиньянь потрепал младшего по макушке, и та послушно закивала под его ладонью.

Пей Цзиньянь никогда не скуп похвал для младшего брата и тут же принялся наперебой расхваливать Пей Хуайцзиня: какой он молодец, как вырос, и как неизменно идеально и продуманно у него всё получается.

Пей Хуайцзинь смутился от похвал:

— Я просто подумал, что можно сделать всё еще лучше. К тому же, подписав договор, я смогу свободнее заходить в фирму, и мне больше не придется никого просить открыть дверь. Да и собирать отзывы станет намного проще. Я уже спрашивал у хозяйки столовой, она не против, чтобы я нашел еще одну подработку.

Пей Цзиньянь снова внимательно вчитался в пункты договора.

Расценки на питание, установленные Пей Хуайцзинем, оказались ниже рыночной стоимости аналогичной доставки. В них закладывалась лишь стоимость продуктов и мелкие издержки на посуду, а о плавающих расходах на оплату труда и речи не было.

— Пересчитай-ка цены.

— Да не нужно ничего считать, я всё тщательно обдумал, — с улыбкой ответил Пей Хуайцзинь. — Братец, не бойся, я в убытке не останусь. Я ведь затеял домашнюю столовую вовсе не ради денег.

Глядя на уверенное лицо брата, Пей Цзиньянь не нашел больше слов для убеждения:

— Ладно. Впрочем, этот вопрос всё равно нужно обсудить с Фу Цзинмином и остальными. Раз уж тут задействованы расходы фирмы, окончательное слово за ними.

— Я знаю, — кивнул Пей Хуайцзинь. — Братец, а ты не мог бы пойти со мной? Мне всё-таки немного боязно в одиночку проворачивать такие дела.

Когда братья отыскали Фу Цзинмина, тот как раз отчитывал двух молодых юристов, недавно прошедших испытательный срок. Лицо его было чернее тучи, вид такой, будто те совершили какое-то тяжкое преступление.

Пей Цзиньянь предложил зайти чуть позже, но Пей Хуайцзинь не утерпел — то и дело вытягивал шею, заглядывая в щель приоткрытой двери, пытаясь рассмотреть, что происходит у мечущего молнии Фу Цзинмина.

Яркий свет в проеме внезапно заслонила черная пола пиджака, и мир погрузился во тьму. Фу Цзинмин просто-напросто захлопнул дверь прямо перед носом любопытного варвары, но перед самым щелчком замка успел расслышать все жалобы Пей Хуайцзиня.

Следом за титулом скучного мужчины Фу Цзинмин с легкостью заслужил звание скряги.

Вскоре оба молодых юриста с унылым видом выплыли из кабинета Фу Цзинмина, а Пей Хуайцзинь вдогонку тихонько шепнул им: держитесь, мол, удачи. Те парни были преданными клиентами домашней столовой, а потому прониклись к нему глубочайшей симпатикой — им так и хотелось схватить Пей Хуайцзиня за руки и провозгласить его величайшим благодетелем, дарующим пропитание.

— По делу? — Фу Цзинмин стоял на пороге, с некоторым удивлением глядя на парочку братьев — надо же, заявились вместе по собственной воле.

Пей Цзиньянь хлопнул младшего по спине, легонько подтолкнув вперед:

— У Хуайцзиня есть идея, хочет с тобой поговорить.

Пей Хуайцзинь тут же извлек из сумки договор и с самым серьезным видом протянул его вперед, вмиг растеряв всю свою обычную ребячливость:

— Это соглашение о сотрудничестве по домашней столовой, которое я бы хотел заключить с фирмой. Мой брат сказал сначала показать его тебе, и если что-то нужно исправить, я готов сделать это немедленно!

Фу Цзинмин молча принял бумаги и принялся изучать их строку за строкой, куда скрупулезнее, чем Пей Цзиньянь.

Пей Хуайцзинь стоял у стола, нервно теребя пальцы и украдкой бросая вороватые взгляды на Фу Цзинмина. И впрямь, мужчина за работой — поистине завозительное зрелище: точеные пальцы переворачивают страницу за страницей, время от времени он поправляет очки на переносице, от одного этого зрелища во рту пересыхает.

Пей Хуайцзинь невольно замечтался о том, как после утверждения договора он придет в самом элегантном наряде на подписание бумаг, и стоит только штампнуть печать — всё, с этого момента он тоже официальный партнер Фу Цзинмина, и у него появится еще тысяча поводов зависать в его кабинете.

Минут через полчаса Фу Цзинмин снял очки и поднял взгляд на Пей Хуайцзиня:

— Это всё ты сам составил?

— Угу-угу, — сердце Пей Хуайцзиня затрепетало, но вслух он ответил честно: — Я потихоньку дорабатывал, а для анкеты в конце даже сделал мини-программу, чтобы всем было удобно отсканировать код прямо в чате и заполнить.

— Этой суммы хватит, чтобы выйти в ноль? — Фу Цзинмин указал на пункт о расходах.

— Хватит! Оптовая закупка продуктов всегда дешевле розницы. К тому же я уже обо всем договорился с хозяйкой: она услышала, чем я занимаюсь, расхвалила меня за толковость и отдает мне всё по закупочной цене!

Фу Цзинмин тут же вытащил из стакана с ручками гелевую ручку, расписался в графе представителя стороны А на последней странице договора, а затем выдвинул ящик стола и звонко шлепнул сверху каззенную печать.

— Распишись и поставь отпечаток пальца. Испытательный срок три месяца, административный отдел свяжется с тобой по поводу порядка выплат, — Фу Цзинмин вернул оба экземпляра договора Пей Хуайцзиню. — Я сейчас попрошу администратора на ресепшене оформить тебе пропуск. Права доступа у него будут куда ниже, чем у штатных сотрудников, но для прохода в фирму, комнату отдыха и переговорные хватит.

Пей Хуайцзинь еще не успел толком сообразить, что к чему, как его руки сами собой вывели имя, прижали палец к подушечке с чернилами, а затем аккуратно стерли лишнее. После этой череды механических действий у него в руках остался лишь один-единственный вступивший в силу экземпляр договора.

И всё? Так просто? Без бюрократической волокиты, без уведомления других партнеров и даже без выбора счастливого дня по лунному календарю для торжественной церемонии проставления печатей?

Глядя на единоличные замашки Фу Цзинмина, Пей Хуайцзинь смутно почувствовал себя так, будто его только что успешно продали.

Разобравшись с этим пустяковым делом, Фу Цзинмин обратился к Пей Цзиньяню:

— Цзиньянь, ты как раз вовремя. Останься, я хочу с тобой поговорить.

Пей Хуайцзинь с кислым видом бросил короткое спасибо, мелкими шажками доковылял до двери, выразительно покривился в адрес Фу Цзинмина, но, не дождавшись ответа, аккуратно притворил створку и тут же прильнул ухом к панели, подслушивая.

— Жэнь Юй работает здесь уже полмесяца. Остаток месяца вы с ней должны закрыть передачу дел по коммерческой группе, хвостов оставлять нельзя. С со следующего месяца ты переходишь на судебное направление и будешь работать в основном со мной.

— …

— Вот несколько спорных моментов, за которые уцепилась противоположная сторона. Нам нужно заранее подготовить стратегию защиты, так что от тебя требуется перетрясти все протоколы совещаний того периода, переписку по электронной почте и вычленить каждую деталь, способную подтвердить нашу позицию…

Пей Хуайцзинь не слишком расслышал разговор изнутри, но, поняв, что речь зашла о работе, заметно расслабился.

Убедившись в сотый раз, что пылких признаний сегодня не предвидится, Пей Хуайцзинь решил, что подслушивать чужие рабочие секреты — дело некрасивое, и радостно поспешил обратно, чтобы бережно спрятать свой новенький договор.

http://bllate.org/book/35282/4359776