Готовый перевод When the Cannon Fodder Becomes a Silly Goose / Стать мемом — лучший способ выжить в романе: Глава 14

ЦАО Наньюй, сидевший рядом с Сюань Чжэ, уже мысленно читал молитву о перерождении в чистых землях.

Сюань Чжэ потерял терпение и уже собирался сбросить звонок, чтобы окончательно вычеркнуть Вэнь Шуана из игры, как вдруг услышал его мягкий голос:

— Но ведь ты — тот, кто относился ко мне лучше всех с тех пор, как я попал в этот мир...

Сюань Чжэ замер.

Вэнь Шуан в этот момент предавался бурным эмоциям. С детских лет он обладал острым умом, и если порой прикидывался глупеньким и простодушным, то лишь для того, чтобы ему самому жилось чуточку легче. Человеческие сердца в мирской суете порой бывали холодны, и если придавать всему слишком много значения, можно лишь ранить самого себя. И всё же, будучи совсем один, как бы хладнокровно он ни ступал в это полное опасностей и враждебности место, он не мог сказать, что совсем ничего не боится. В глубине души Сюань Чжэ презрительно и насмешливо относился ко всему живому, однако он не стал бы просто так разрушать чье-то будущее. Как бы ни испытывал и ни подозревал Вэнь Шуана, он не собирался втаптывать того в грязь.

В ту ночь, когда Вэнь Шуан потерял сознание в отеле, Сюань Шуан поймал его, и тогда Вэнь Шуану показалось, что эти объятия были необыкновенно надежными.

Инстинктивно он чуточку больше доверял именно Сюань Чжэ.

Стоило этому человеку произнести несколько самых обыкновенных слов, как у Сюань Чжэ появились веские основания подозревать, что тот просто давит на жалость. И тем не менее, неведомым образом его изначальная цель — сорвать с Вэнь Шуана маску — вдруг оказалась достигнута: в этот самый момент он неожиданно подумал, что этот мягкий, говорящий вполголоса человек, абсолютно не способный причинить вреда, и есть настоящий Вэнь Шуан.

Затем Сюань Чжэ произнес фразу, которую, казалось, никогда в жизни не смог бы вымолвить:

— Скинь геолокацию.

Его низкий бархатный голос напомнил Вэнь Шуану золотистый осенний полдень, и его тут же сморил такой сон, что он едва мог разомкнуть глаза. Полусонным голосом он бормотал:

— Я не знаю...

— Передай трубку Ли Цзюньшаню, — мрачно бросил Сюань Чжэ.

Дед Ли Цзюньшаня много лет назад был облагодетельствован Семьей Сюань. Сам же Ли Цзюньшань, будучи лишь избалованным гулякой, при виде Сюань Чжэ тут же впадал в трепет. Услышав приказ, он поспешно выхватил телефон и сглотнул слюну:

— Генеральный директор Сюань?

На том конце провода Сюань Чжэ помолчал секунду, после чего посщелкала зажигалка. Мужчина затянулся и легко выдохнул дым:

— Прежде чем бить собаку, надо посмотреть на ее хозяина. Молодой господин Ли, вы разве спрашивали моего мнения, когда решили придираться к Вэнь Шуану?

Убежденный в нем

После сброшенного звонка Ли Цзюньшань еще какое-то время прибывал в некотором оцепенении. В смысле... что тут вообще происходит? С какой стати Сюань Чжэ вдруг стал выгораживать Вэнь Шуана?

Повернув голову, он увидел, что Вэнь Шуан снова нацелился на бутылку с намерением приложиться к ней еще пару раз, и Ли Цзюньшань испуганно перехватил его руку:

— Всё, хватит! Не пей больше!

До чего же раздражает! Наверное, это взыграла мужская гордость? Как-никак, Вэнь Шуан сейчас — сотрудник Цюань И, к тому же компания помогла Сюань Чжэ наладить контакт с Диланда, так что его собственная попытка задирать новичка с бухты-барахты и впрямь выглядела неуместной. Подумав об этом, Ли Цзюньшань немного успокоился: наверняка, как только Сюань Чжэ им наиграется, он тут же вышвырнет этого...

Ли Цзюньшань холодно фыркнул, но тут же нос к носу столкнулся с растерянным, мерцающим взглядом Вэнь Шуана. В глубине его глаз словно переливалось звездное небо, затянутое легкой дымкой тумана, а выражение лица юноши было чистым и донельзя простодушным. Сам того не понимая, он тихо и недоуменно протянул:

— М-м?

Ли Цзюньшань: «...»

Все знали о слабости молодого господина Ли к красоткам, но, перевидав бесчисленное множество красавиц, он крайне редко встречал кого-то подобного: этот парень вроде бы и не пытался заигрывать, но каждое его движение и взгляд так и норовили задеть струны в чужом сердце.

Ли Цзюньшань глубоко вздохнул и мысленно повторил: «Ложь! Всё блин ложь!»

Лэй Вэньсюй находил эту сцену забавной: Ли Цзюньшань с малых лет был похож на пороховую бочку, взрывающуюся везде, где появится, но бывали дни, когда и он утирал нос, глотая обиду молча.

ЦАО Наньюй нажал на газ, и уже через двадцать минут машина остановилась у входа в ресторан. Проводимый метрдотелем прямо до приватной кабины, он изначально собирался постучать, но настроение Сюань Чжэ было настолько скверным, что тот просто распахнул дверь ударом руки.

В просторном кабинете Ли Цзюньшань и Лэй Вэньсюй сидели, тесно прижавшись друг к другу: хоть они и старались держаться невозмутимо, вид у них был такой, будто они пережили какой-то испуг. А Вэнь Шуан, обхватив руками винную бутылку, сидел на стуле и тихонько всхлипывал.

Всхлипывал?!

Лицо Сюань Чжэ слегка похолодело. Он сделал широкий шаг вперед, с минуту в упор смотрел на закрывшего лицо руками Вэнь Шуана, после чего перевел взгляд на Ли Цзюньшаня:

— Вы распустили руки?

— Ни в коем случае! — изо всех сил принялся оправдываться Ли Цзюньшань. — Я просто не давал ему пить, а он взял и разревелся! С чего бы мне распускать руки?

Лэй Вэньсюй кивнул:

— Всё так и было.

Ли Цзюньшань, затевая драки, всегда выбирал противников по зубам, а с хрупким и тощим телосложением Вэнь Шуана, стоило тому получить удар, и след бы простыл.

Сюань Чжэ прищурился и неожиданно смахнул руку Вэнь Шуана, закрывавшую лицо. Плачет он, как же! Ни единой слезинки.

Зато опьянение было самым настоящим. Вэнь Шуан уже не понимал, что творит: его просто внезапно охватила тоска, но поскольку он не привык жалостливо хныкать при любых трудностях, ему оставалось лишь изображать горькие рыдания ради приличия. Заметив перед собой силуэт, от которого исходил свежий, приятный и даже немного знакомый запах, он инстинктивно поднялся на ноги и побрел навстречу, однако его ноги вдруг стали мягкими, как лапша, и он, споткнувшись, рухнул прямо в объятия подошедшего.

Очень тепло и очень надежно — ощущение безопасности просто зашкаливало.

Приняв Сюань Чжэ за мягкую подушку, Вэнь Шуан покорно потерся о него щекой.

Сюань Чжэ: «...»

У ЦАО Наньюя, стоявшего неподалеку, расширились глаза! Парень, да ты хоть осознаешь, с чем столкнешься, когда протрезвеешь?

— Развлекайтесь дальше, — голос Сюань Чжэ прозвучал на пару тонов ниже обычного. На глазах у изумленной публики он не стал отталкивать парня, а просто обнял его за талию и без труда увел из комнаты.

Вэнь Шуан в подпитии вел себя довольно тихо, если не считать того, что был слишком... липким. Во всяком случае, обвив руками талию Сюань Чжэ, он больше не разжимал объятий. Во сне ему виделось, будто он ухватился за самую надежную опору в жизни, и теперь правила и законы этого мира больше не властны над ним — можно ходить гоголем, проявляя абсолютную дерзость!

— Отпусти! — Сюань Чжэ попытался пару раз оторвать его руки, но безуспешно: Вэнь Шуан обвился вокруг него еще крепче.

Мужчина уже собирался вспылить, как вдруг бросил взгляд вниз: из-за того, что юноша потерся о него, одежда задралась, обнажая полоску белоснежной кожи на талии. На ней не было рельефных мышц, но визуально кожа казалась невероятно нежной на ощупь. Сюань Чжэ невольно вспомнил ощущение от того, как этот парень только что бросился к нему в объятия: смело, но почему-то не вызывало злости. Даже будучи пьяным, Вэнь Шуан не мог скрыть чистый, уютный аромат, исходивший от него — словно от постиранного с цветочным кондиционером белья, досуха высушенного под лучами солнца, без единой посторонней примеси.

ЦАО Наньюй дрожал от страха. Заметив, что лицо генерального директора Сюань почернело пуще тучи, он на следующем повороте осторожно осведомился:

— Генеральный директор Сюань... мы едем в компанию?

— В компании есть кровать? — холодно парировал Сюань Чжэ.

ЦАО Наньюй тут же прикусил язык и умолк.

Мгновение спустя Сюань Чжэ бросил глухим голосом:

— Ко мне.

ЦАО Наньюй: «?»

http://bllate.org/book/35278/4359146