Похоже, сила любви и впрямь велика, если даже господин Ци не смог противостоять заступничеству Цюй Цин.
Линь Чжоу не обратил на этого гиперактивного Ци Ся никакого внимания. Сперва он бросил взгляд на стоящие перед ним коробки с люксовыми брендами, быстро прикинул в уме их стоимость и остался доволен — на лице даже промелькнула искренняя улыбка.
Не зря я, будучи больным, притащился сюда. Линь Чжоу для вида потрепал Цюй Цин по голове, похвалив его за отличный вкус, что вызвало у того ещё более горделивую улыбку, после чего аккуратно подхватил один из пакетов с верхней одеждой и направился в сторону уборной: Я схожу переоденусь, подожди меня здесь.
Это был личный кабинет, который Ци Ся выделил специально для Цюй Цин, однако за два года придирок Линь Чжоу изучил его вдоль и поперёк.
Хорошо.
Цюй Цин сладко отозвался за спиной. Линь Чжоу не обернулся, быстро вошёл в уборную и запер дверь на замок.
Раздался шум льющейся воды.
Линь Чжоу резко окунул лицо в тёплую воду, зажмурился и задержал дыхание. Спустя некоторое время он внезапно поднял голову и начал жадно хватать ртом воздух. Вода стекала по его лицу, всё ещё хранившему следы простуды и холода, из-за чего кожа фарфоровой белизны окрасилась в нежно-розовый оттенок, становясь от этого лишь притягательнее.
Богачи — это хорошо: даже туалет отделан с роскошью дворца, свет хрустальной люстры под потолком может ослепить бедняка.
Линь Чжоу уставился в гладкое зеркало, вспоминая недавний облик Цюй Цин.
Бесспорно, у Цюй Цин лицо человека, который с рождения купается в богатстве. Его нельзя было назвать ошеломляющим, но в этих глазах и бровях идеально сочетались капризность и аристократическая сдержанность. Светло-каштановые волосы слегка вились у ушей, и в какой бы обстановке он ни находился, в каждом его жесте и улыбке сквозило равнодушие, вскормленное большими деньгами.
Это равнодушие вызывало у нищего Линь Чжоу лёгкую тошноту.
Но он не выдал своих чувств — кто знает, установлены ли в уборной камеры? Ци Ся — дегенерат без малейшего понятия о приличиях, и в его пустой голове могли возникнуть любые бредовые идеи. Линь Чжоу никогда не показывал своего истинного настроения на людях.
Он быстро переоделся в новую кофту, не стал отрывать этикетку, а просто спрятал её внутрь. Не успел он привести себя в порядок, как в дверь постучали.
Линь Чжоу замер, нахмурившись, посмотрел на замок, но с места не сошёл: Что случилось?
За дверью раздался голос Цюй Цин, в котором слышалась редкая для него паника.
А-Чжоу, у меня тут срочное дело, нужно вернуться в семью Цюй, Ци Ся меня отвезёт... Ты, ты как вернёшься в университет, не забудь попросить за меня преподавателя освободить от занятий на пару дней.
Отпроситься?
Это странно. Цюй Цин в отличие от кучки никчёмных мажоров, которые не любят учиться, обычно проявляет огромное усердие и почти никогда не прогуливает.
Впрочем, Линь Чжоу не особо волновали перемены в поведении Цюй Цин. Он вежливо согласился, а спустя несколько секунд услышал пренебрежительный голос Ци Ся: Не забудь выпить лекарство!
Псих. Линь Чжоу промолчал.
Снаружи один за другим захлопали двери. Линь Чжоу переоделся обратно в свои вещи и, выждав минут десять, вышел из уборной.
В кабинете царила тишина, там никого не осталось.
Сегодняшнюю вечеринку устраивали Цюй Цин и Ци Ся, и раз главные герои ушли, остальным тоже незачем было задерживаться.
Линь Чжоу вспомнил, как до него долетали обрывки фраз мажоров: Неужели он вернулся?, Неужели нам теперь не жить? — и призадумался.
Он по-прежнему был в своей дешёвой рубашке-подделке, в которой пришёл. Нагруженный пакетами, он невозмутимо покинул Клуб Хуабинь, попросил швейцара проводить его под зонтом до заднего выхода, поймал такси и укатил прочь.
Когда официант зашёл убраться в кабинете, он в недоумении обнаружил, что кроме надкушенной еды и нераспечатанной пачки лекарств от простуды там не осталось абсолютно ничего.
Линь Чжоу, привыкший брать своё везде, где только можно, был в отличном настроении.
Вернувшись в свою квартиру в старом районе, он наспех проглотил порцию лекарства, старательно разобрал пакеты: выбрал из фруктов, принесённых из кабинета, самые лучшие, тщательно вымыл их и отложил отдельно, а остальным пришлось поужинать, чтобы утолить голод.
За окном стих ночной ветер, дождь прекратился.
Линь Чжоу достал люксовые вещи, подаренные Цюй Цин, осторожно разложил их на купленном специально для этого маленьком коврике, настроил свет и со знанием дела принялся фотографировать каждую вещь с разных ракурсов.
[Колье от Cartier, подарок бывшего, после расставания не нужно, отдам дёшево. Оригинал, можно проверить, возврату и обмену не подлежит.]
[Куртка унисекс от Chanel, подарок тёти. Оригинал из бутика с упаковкой. В шкафу слишком много верхней одежды, продам первому встречному, возврату и обмену не подлежит.]
[При заказе через байера взяла лишние два комплекта мужской одежды от Gucci. Кому нужно — берите, оригинал, абсолютно новые, возврату и обмену не подлежит.]
...
С бесстрастным лицом закончив выкладывать объявления, Линь Чжоу посмотрел на время и с удивлением обнаружил, что уже восемь вечера.
Он поспешно включил старый водонагреватель, наскоро принял горячий душ и так же быстро высушил волосы.
Лекарство немного притупило головную боль и головокружение. Линь Чжоу взглянул в зеркало, убедился, что выглядит нормально, даже немного раскрасневшимся, и, натянув старую футболку, поспешил в больницу.
***
В половине девятого вечера У Фэй наконец закончила принимать последнего пациента.
Она прикрыла глаза и только собралась подняться, как в кабинет вошла знакомая высокая фигура и протянула ей термокружку.
Сестра У, только что налил горячей воды.
Спасибо, Сяо Чжоу, — улыбнулась У Фэй. Она заметила на лице Линь Чжоу медицинскую маску и нахмурилась: Простуда неделю не проходит? Ты лекарства пил?
Линь Чжоу улыбнулся, ответив, что пил, и достал из-за двери большую корзину с отборными фруктами, поставив её на стол. Он невозмутимо пояснил: На работе, где я подрабатываю, остались лишние фрукты, всё равно испортятся. Помогите, пожалуйста, съесть.
У Фэй была лечащим врачом его бабушки. За последние два года Линь Чжоу часто приносил всякие мелочи — в основном недорогие фрукты и закуски. У Фэй вздохнула, не стала больше расспрашивать и, выбрав из корзины свежую грушу, протянула ему: Бабушку проведал?
Да.
Линь Чжоу кивнул, послушно взял грушу, спустил маску и принялся её грызть, невнятно добавив: Она спит, я не стал её будить. Как перевёл сиделке зарплату, сразу пришёл сюда.
http://bllate.org/book/35182/4345345
Сказали спасибо 0 читателей