Готовый перевод The Damp Ghost Was Counterattacked / Призрак из цветочной лавки: Неожиданный поворот: Глава 10

Но кто такой Цзинь Цюэ? Это тот самый Цзинь Цюэ? Да он ли это вообще?

Цзинь Цюэ хотел было заговорить, но горло так сильно болело, что любые слова казались ему настоящей пыткой!

Сун Е ничего не оставалось: видя, как Цзинь Цюэ то открывает, то закрывает глаза, он мог лишь время от времени звать его по имени. Спустя добрых десять минут в дверь постучали, и в палату вошла медсестра.

— Лечащий врач попросил меня заглянуть и проверить состояние, — объяснила она цель своего визита.

Сун Е поднялся с места. Медсестра, катя перед собой передвижной столик, в несколько шагов приблизилась к больничной койке. Взглянув на имя в медицинской карте, она наклонилась и позвала:

— Цзинь Цюэ.

Лежавший на кровати человек открыл глаза и нерешительно издал мычание.

Убедившись, что пациент в сознании, медсестра достала прибор и измерила Цзинь Цюэ температуру — тридцать шесть градусов, жара нет. Убрав термометр и вооружившись ручкой, она взглянула на показатели прибора, раскрыла панк-планшет с историей болезни и занесла туда необходимые данные.

— Никаких серьезных проблем у пациента нет. В течение следующего часа держите его в сознании, а заодно разомните ему ноги, чтобы кровь циркулировала нормально.

С этими словами медсестра отложила медицинскую карту, откинула одеяло и сняла с ног Сун Е аппараты для компрессии.

— Их нужно разминать вручную?

Медсестра кивнула:

— Больничное оборудование наперечет, пациенты пользуются им по очереди. Разминайте от голеней до бедер, то массируя, то давая отдых, пока полностью не сойдет наркоз.

Закончив с аппаратурой, медсестра аккуратно поправила одеяло и бросила Сун Е:

— Если что-то понадобится, нажмете кнопку вызова.

После этого она укатила свой столик и вышла.

Как только дверь палаты закрылась, Сун Е посмотрел на человека на постели. Тот выглядел совершенно сонноголовым, часто-часто хлопал ресницами и казался готовым отключиться в любую секунду.

Мысленно вздохнув, Сун Е придвинул стул чуть назад и смиренно протянул руку.

В конце концов, кроме него, во всей палате некому было этим заниматься.

Цзинь Цюэ, отчаянно боровшийся со сном, не воспринимал происходящее вокруг. Он моргал, пытаясь приподнять отяжелевшие веки, которые помимо его воли норовили сомкнуться. Однако собственные конечности словно испарились — в них не было ни малейшего чувства.

Неужели его парализовало?

В тумане сознания пронеслось: он стал калекой... калекой... как же хочется спать.

Веки опустились, и сознание Цзинь Цюэ окончательно затуманилось.

Словно заметив, что Цзинь Цюэ задремал, Сун Е подал голос:

— Проснись, Цзинь Цюэ.

При этом Сун Е усилил нажим. Его ладонь легла на икру Цзинь Цюэ, и прохладная кожа пациента отчетливо контрастировала с горячей ладонью Сун Е. Под каждым движением пальцев Сун Е чувствовалась упругая сила натренированных мышц — результат регулярных занятий фитнесом.

Сун Е приподнял бровь: надо же, а у Цзинь Цюэ, оказывается, есть привычка тренироваться.

Лежавший на кровати человек невнятно промычал что-то в ответ и замолк.

Так продолжалось до половины третьего. Наркоз рассеялся, Цзинь Цюэ полностью пришел в себя, обрел чувствительность, и ощущения в ногах стали невыносимыми. Этот человек — неизвестно кто вообще — то гладил его по икре, то принимался массировать бедро, мнял вовсю, да еще и силы не жалел.

Потерпев некоторое время, Цзинь Цюэ больше не мог выдерживать и попытался выдавить из себя протест:

— Ты... может, отдохнешь... хоть немного?

Движения Сун Е замерли:

— Больше не хочешь спать?

Цзинь Цюэ покрутил глазами и просипел в ответ:

— Мм.

Судя по всему, действие анестезии закончилось, и Сун Е велел:

— Пошевели ногами.

Цзинь Цюэ не совсем понял зачем, но послушно приподнял ногу.

Тогда Сун Е убрал руки:

— Раз можешь шевелить, двигай сам, чтобы кровь не застаивалась.

Снова послышалось:

— Мм.

Сун Е размял нывшие руки — он собирался дойти до туалета.

— Мне нужно в уборную, вернусь через десять минут. Если что-то понадобится, нажми кнопку.

С этими словами он положил кнопку вызова рядом с левой рукой Цзинь Цюэ. Но опасаясь, что та может не послушаться, добавил:

— Вытяни левую руку и сожми кулак, я посмотрю.

Услышав это, Цзинь Цюэ высунул левую руку из-под одеяла и под взглядом Сун Е сжал ладонь в кулак.

Убедившись, что всё в порядке, Сун Е вложил кнопку вызова в ладонь Цзинь Цюэ:

— Если что-то случится, нажимай.

— Мм.

Встретив уверенный взгляд Цзинь Цюэ, Сун Е повернулся и вышел.

На часах было тридцать пять минут четвёртого ночи.

Опасаясь, как бы без него чего не случилось, Сун Е поспешил обратно в палату сразу же после того, как справил нужду и вымыл руки. Когда он открыл дверь, его встретила пара ярко сияющих глаз.

Точь-в-точь домашний пес, дождавшийся возвращения хозяина.

Подавив странную мысль, Сун Е подошел ближе, забрал из руки Цзинь Цюэ кнопку вызова, присел на краешек кровати и спросил:

— Что случилось, когда ты звонил?

На лице лежавшего появилось растерянное выражение, он нахмурился, пытаясь сосредоточиться. Что случилось? Его спрашивают, почему он угодил в больницу? Почему же он ничего не может вспомнить?

— Не... знаю.

Произнеся это, Цзинь Цюэ почувствовал, что горло не только болит, но и страшно пересохло, отчего его нервы обострились до предела. Он часто захлопал ресницами, пытаясь сдержать обиду:

— Ты... кто?

Последние два слова заставили мысли в голове Сун Е мгновенно превратиться в чистый лист. Он с пытливым интересом уставился на Цзинь Цюэ, надеясь разглядеть хоть что-то. Однако промелькнувшее на лице выражение совсем не было похоже на фальшь. Скользнув взглядом по бинтам на голове, Сун Е невольно засомневался: неужели Цзинь Цюэ и вправду потерял память?

— Ты меня не помнишь?

— Мм.

— А себя ты помнишь?

— Ты назвал меня... Цзинь Цюэ.

— ...

Сун Е присел, а взгляд Цзинь Цюэ неотступно следовал за ним.

— Ты не боишься, что я плохой человек?

— Нет.

— Почему?

Как раз когда Сун Е ожидал услышать что-то вроде благодарности за уход, Цзинь Цюэ пробормотал:

— Красивый. Ты... очень красивый.

Сун Е: «...»

От автора:

Глава 9: На этот раз он взял инициативу на себя?

— Послушай, дя... братец... можно мне... попить воды?

Хотя комплимент прозвучал в адрес Сун Е, смутился почему-то именно Цзинь Цюэ. Его взгляд забегал, а голос едва заметно дрожал.

Сун Е: «...»

Это еще что за «дядя-братец»?

Вспомнив слова врача, Сун Е поднялся, чтобы налить воды. К счастью, заботливая медсестра на посту приготовила не только одноразовые трубочки, но и маленькие ложечки, которыми было удобно поить лежачих больных.

Набрав воды, Сун Е стал небольшими порциями подносить ложечку ко рту Цзинь Цюэ.

Цзинь Цюэ вел себя послушно: стоило ложечке приблизиться, послушно приоткрывал рот, а когда она удалялась, сглатывал влагу.

Сделав с полглотка, Цзинь Цюэ чуть отвернул голову, и Сун Е, сразу всё поняв, остановился.

— Мы друзья?

Теплая вода смягчила саднившее горло, и Цзинь Цюэ стало немного легче. Сглотнув, он подбирал слова:

— Кажется, я не очень хорошо тебя помню.

Сун Е отставил стакан в сторону, приподнял веки и мягко ответил:

— Нет.

— ?

Цзинь Цюэ не мог в это поверить: тогда почему этот утонченный, похожий на фарфоровую куклу из витрины парень так возится с ним?

— Ты нанят моим отцом, чтобы ухаживать за мной?

Сун Е приподнял бровь: судя по всему, из памяти Цзинь Цюэ стерлось абсолютно всё, что было после шестнадцати лет.

— Нет, — ответил Сун Е.

Цзинь Цюэ растерялся еще больше. Недоуменно глядя на Сун Е, он пришел к единственному возможному выводу: тот, кто за ним ухаживает — и есть преступник! Это этот парень его искалечил!

Заметив, как лицо Цзинь Цюэ мрачнеет на глазах, Сун Е произнес:

— Ты покупал цветы в моем магазине.

Сун Е продолжал зондировать почву: серьезные травмы, о которых говорил врач, явно не затрагивали голову. Аммнезия? Как бы это маленький безумец не разыгрывал спектакль.

— Цветы покупать...

Цзинь Цюэ окончательно запутался, глядя на собеседника пустым взглядом:

— Я задолжал тебе денег? Вот почему ты так возишься со мной?

— ...

Сохраняя невозмутимое выражение лица, Сун Е подтвердил:

— Да, ты должен мне денег. Очень много денег, так что ради своих денег я обязан держать тебя в живых.

— Выходит, я пошел сводить счеты с жизнью, потому что не мог расплатиться?

— Не знаю.

Погрузившись в задумчивость, Цзинь Цюэ замолчал.

Он хмуро о чем-то размышлял — впрочем, неважно, додумался ли он до чего-то, но не прошло и десяти минут, как он снова провалился в сон.

Сун Е отвел взгляд, потер переносицу и заглянул в телефон: было уже полпятого утра. Глубоко вздохнув и протерев глаза, он открыл чат с помощником.

Помощник: «Босс, с сиделкой я уже договорился».

Помощник: «Информация_о_сиделке.txt»

Сун Е согнутым пальцем застучал по экрану.

Босс (версия «на грани нервного срыва»): «Больница Народного района, завтра к шести утра».

Босс (версия «на грани нервного срыва»): [Геолокация]

Помощник, карауливший телефон, мгновенно схватил его и ответил секунда в секунду.

Помощник: «Принято».

Ответив боссу, помощник перевел через приложение оплату за неделю. Затем связался с сиделкой и сообщил ей место и время. Закончив со всеми делами, он швырнул телефон и, едва коснувшись головой подушки, тут же заснул мертвецким сном.

Что же до Сун Е, то он вышел на улицу, арендовал с помощью сканера пауэрбанк и открыл три в ряд, чтобы скоротать время.

***

Так прошла вся ночь. В шесть утра сиделка прибыла в больницу, Сун Е передал ей пациента и покинул клинику.

Цзинь Цюэ неотрывно следил за Сун Е взглядом, пока его силуэт окончательно не растворился в дверном проеме.

Странно.

Ему что, жалко?

С чего бы вдруг жалеть?

Немного поразмыслив над этим, Цзинь Цюэ списал все на собственную слабость к красивой внешности и общую неустойчивость натуры.

Сиделкой оказался мужчина средних лет с широким волевым лицом, на котором не угасала добрая улыбка. Говорил он звучным голосом и производил впечатление человека крайне надежного.

— Здравствуйте, моя фамилия Чжао, со мной связался работодатель господина Вана.

— Здравствуйте, я Цзинь.

Цзинь Цюэ поморщился: медицинские расходы, услуги сиделки — он снова влез в долги.

— Господин Цзинь, если что-то понадобится, просто позовите меня. Я пока уберу приготовленные для вас вещи в тумбочку.

— Хорошо.

Отозвавшись, Цзинь Цюэ уставился в потолок. В его левой руке стоял катетер, а правая была туго забинтована, превратившись подобие какого-то цзунцзы; из-за этого он ничего не мог делать и был вынужден просто пялиться вверх.

Из-за принятых лекарств в тишине палаты вскоре воцарилось ровное дыхание.

Сиделка стал двигаться гораздо тише и осторожнее.

Так продолжалось до половины девятого, когда врачи заступили на смену.

http://bllate.org/book/35130/4337182