Готовый перевод Don't Trouble a Beta / Не усложняйте жизнь бете: Глава 3

Ли Ян прикрыл рот и нос ладонью и поспешил к своему месту. Не успел он достать маску, как кто-то схватил его за воротник.

— Эй, староста, по-твоему, кто из нас сегодня виноват?

От этого полного вызова, колючего взгляда, направленного на него, и откровенно недружелюбного тона Ли Ян лишь отшвырнул руку парня. Он брезгливо покосился на пальцы, которыми тот к нему прикасался.

Теперь, когда им захотелось устроить заварушку, они решили прикрыться им, хотя в обычное время никто и не воспринимал его как старосту. Ли Ян разгладил воротник школьной формы и достал бумажную салфетку, чтобы вытереть пальцы.

Его охватило раздражение. Чтобы хоть как-то отвлечься, он перевел взгляд в окно, боясь, что в любой момент не сдержится и врежет обидчику.

Альфа продолжал источать феромоны, пытаясь воздействовать на окружающих, но, заметив, что Ли Ян остался невозмутим, вспомнил, что тот — всего лишь бета.

Цзян Су недовольно цокнул:

— А староста-то и впрямь бета. Никаких феромонов не чувствует.

Эта насмешка ничуть не задела Ли Яна. Он искренне радовался, что он бета, и ему нравилось быть бетой. Если бы он был альфой, его мучил бы неконтролируемый Период повышенной чувствительности. А будь он омегой — это было бы еще безнадежнее.

— Деревяшка какая-то, — пробурчал Цзян Су, закатив глаза, и потерял к нему всякий интерес.

Ли Ян сидел на своем месте, натянув маску, но, стоило ему повернуть голову, как он снова увидел это знакомое лицо. Вчера слева от него сидел другой одноклассник, он никак не ожидал, что сегодня его сменит Ин Си.

Ли Ян спросил:

— Это твое место?

— Теперь моё, — голос юноши звучал хрипло, с легкой небрежностью. Казалось, он не выспался — под глазами залегли едва заметные тени.

Ли Ян равнодушно отвел взгляд. В этом классе полно психопатов, так что появление еще одного загадочного персонажа было вполне в духе этого места.

В классе внезапно воцарилась тишина. Ли Ян лишь с опозданием понял, что это произошло после того, как Ин Си произнес фразу. Что за драматичная сцена, всё-таки это действительно мир романа.

Не испытывая ни малейшего волнения, он открыл учебник и, не глядя по сторонам, сосредоточился на строчках текста. Несмотря на то что рядом ощущался обжигающе пристальный взгляд, Ли Ян не дрогнул. Его лучшим качеством было то, что никто не мог на него повлиять. Даже в старшей школе, когда в столовой разгорались драки и еда летела во все стороны, это ничуть не мешало ему учить слова.

Боковым зрением Ли Ян заметил, как изящные пальцы легко постучали по парте. Новый сосед, словно боясь, что его забудут, представился снова:

— Привет, я Ин Си.

Ли Ян помедлил, но из вежливости ответил:

— Ли Ян.

— Ли Ян, — повторил Ин Си, и его холодный, бархатный голос легко рассеял внимание.

В глубине души Ли Яна зародилось непонятное чувство. Он крепче сжал книгу, не обращая внимания на соседа, и, поджав губы, мысленно отгородился от мира, решив не поддаваться никакому внешнему воздействию.

— Урок начинается, — не выдержав чересчур горячего взгляда, предупредил Ли Ян.

Казалось, Ин Си наконец осознал свою бестактность. Взгляд исчез в ту же секунду, сопровождаемый извиняющимся тоном:

— Прости.

Ли Ян проигнорировал его и сосредоточился на лекции. Роман не уделял много времени описанию учебы — всё это было лишь фоном для любовных линий. Ли Ян навел справки об университетах: с результатами оригинального владельца тела нечего было и мечтать о поступлении. Хотя его собственные знания были неплохи, учебная программа этого мира отличалась от реальности, поэтому ему приходилось учиться с особым усердием, чтобы попасть в желаемый вуз.

После звонка сцена повторилась. Классный руководитель только подошла к двери, но, будучи наслышанной о подобных происшествиях, постояла минуту и молча удалилась. Чтобы продержаться здесь, оставалось только притворяться слепой. В конце концов, зачинщикам беспорядков не нужны были учителя, да они и не выносили их вмешательства. Лишь такие, как Ли Ян, всё еще питали призрачные надежды на преподавателей.

Парты опрокинуты, стулья разбросаны, лампы в классе разбиты вдребезги, а в воздухе не утихала ругань. У Ли Яна задергался правый глаз. Он прижал его рукой и прошептал: К добру, всё к добру.

— Бах! — учительский стол полетел на пол. Рослый Цзян Су бесновался прямо на подиуме.

Класс напоминал караоке, где каждый пытался перекричать другого.

— Перестаньте, — слабо подал голос староста класса.

Он был невысоким, а голос его — тихим, на фоне рослых альф он выглядел совершенно беззащитным. Видя, что его никто не слушает, он закусил губу, и глаза его наполнились слезами.

Ли Ян вздохнул. Староста посмотрел на него покрасневшими глазами, полными мольбы. В классе было катастрофически мало нормальных людей, и, возможно, движимый чувством солидарности, Ли Ян поднялся со своего места.

Он не успел даже произнести свое «хватит шуметь», как лица всех присутствующих в классе резко изменились. Больше половины схватились за носы, скривившись, а некоторые, словно у них подкосились ноги, рухнули на пол. Лишь пара самых упрямых забияк застыли на месте с искаженными лицами, перестав совершать какие-либо действия.

Все, кроме Ли Яна, одновременно посмотрели в сторону его соседа.

Ли Ян опешил. Он привык к запахам перемешанных феромонов, но сейчас внезапно ощутил нечто подавляющее, настолько мощное, что никакая маска не могла сдержать этот напор. Желудок скрутило, и, стоило Ли Яну открыть рот, его тут же начало рвать.

Он не мог описать, что это был за запах, но стимул оказался настолько резким, что закружилась голова, во рту стало горько и вязко. Единственным желанием было — избавиться от этого ощущения.

— Ин Си, убери свои феромоны! — прохрипел староста, припав к парте. — Я дышать не могу, Ин Си, будь добр!

Атмосфера в классе была удушающей и напряженной. Юноша, сидевший рядом с Ли Яном, не изменился в лице и, казалось, не слышал просьб, продолжая с равнодушным видом смотреть на каждого. Густой, перемешанный запах феромонов был в сотни раз противнее, чем в душном автобусе. Ли Ян не успел даже подумать, как к горлу подступил новый спазм, и он схватил стоявшую рядом корзину для мусора.

Весь утренний завтрак вышел наружу. Ли Ян был бледен, его спина дрожала. Выпрямившись, он заметил, что остальные всё еще застыли в оцепенении. Он был единственным в классе, кто мог двигаться, но при этом его продолжало рвать.

Ли Ян часто дышал, мысленно проклиная всё на свете. С трудом вытерев рот салфеткой, он не успел даже распознать новый запах, пробравшийся в ноздри, как приступ повторился.

Сильные, подавляющие феромоны наконец исчезли. Воздух очистился, и все смогли свободно вздохнуть. И лишь Ли Ян еще полчаса просидел у мусорной корзины.

Вернувшись в класс после умывания, он столкнулся с виноватым взглядом Ин Си. Тот явно хотел что-то сказать, но Ли Ян поднял руку, останавливая его. Он подхватил свою парту и передвинул ее в сторону — так быстро, словно спасался от дикого зверя. Однако стоило ему отодвинуться, как Ин Си последовал за ним, и так продолжалось, пока парта не уперлась в стену.

— Слушай, — Ли Ян стянул маску. Ощущение тошноты всё еще не отпускало, он сделал глубокий вдох, но не выносил запаха альфы и хотел держаться как можно дальше. — Мы не можем сидеть вместе.

Кто выдержит постоянное состояние морской болезни? Ли Ян подумал, что школа могла бы спонсировать ему очиститель воздуха, хотя эффект от него был бы чисто психологическим.

Благодаря Ин Си в классе стояла такая тишина, что было слышно, как падает иголка, хотя сейчас была перемена. Большинство молча прибирались, боясь, что Ин Си снова выпустит феромоны. Ли Ян знал, что все его боятся, но не ожидал, что настолько.

Если бы качественных альф можно было классифицировать, Ин Си определенно был бы на самой вершине. Его феромоны могли влиять на кого угодно, кроме бет. Но, к сожалению, Ли Ян был мутировавшей бетой, который чувствовал феромоны, но имел на них острую реакцию отторжения.

— Вполне подходит, — помолчав секунду, ответил Ин Си. — Прости, я был неправ.

Он с виноватым видом подставил лицо к руке Ли Яна и добавил хриплым шепотом:

— Можешь ударить меня.

Ли Ян замер:

— ?

Не только он был в недоумении, остальные тоже ошарашенно уставились на них. В одно мгновение Ли Ян стал центром внимания всего класса.

— С какой стати мне тебя бить? — Ли Ян рассмеялся от абсурдности ситуации, и его взгляд стал еще более настороженным.

Остальные, может, и были психопатами, но Ин Си… Ин Си, возможно, был настоящим извращенцем. Ведь нормальный человек не может сказать «ударь меня» так изысканно, будто предлагает награду.

Ин Си промолчал. Он не знал причины недомогания Ли Яна, лишь догадывался, что дело в нем самом, и, глядя на брезгливость, застывшую на чистом лице юноши, слегка опешил. Ли Ян оттолкнул его лицо. В классе никто не знал, что он чувствует феромоны; большинство просто любопытствовали, зачем он носит маску, не придавая этому особого значения.

На мгновение Ли Яну показалось, что Ин Си всё понял, но, встретившись с этими спокойными глазами, он убедился в обратном.

— Прости, — тихо сказал Ин Си.

Ли Ян счел его поведение странным, ничего не ответил и, опустив голову, углубился в чтение. В классе по-прежнему царил беспорядок, но никто больше не разбрасывался феромонами. Опрокинутые столы были подняты, а несколько учеников принесли новые стулья взамен сломанных.

Всё вернулось на свои места, в классе воцарилась редкая тишина. Звонок на урок давно отзвенел. Опоздавшая учительница решила, что зашла не в тот кабинет, и, не веря своим глазам, оглядела класс. Лишь увидев лица этих «неукротимых демонов», она поверила, что это тот самый класс, который еще недавно вел себя хуже детского сада.

— Почему сегодня все такие тихие? — учительница положила учебник на стол, оперлась руками на кафедру и, щурясь, улыбнулась, пытаясь пробудить в ком-то совесть. — Как же хорошо, когда все такие спокойные. Большинство из вас уже взрослые люди, какие могут быть серьезные конфликты? К тому же, до выпуска остался меньше года. После школы все разойдутся своими путями, и вряд ли мы еще когда-нибудь увидимся. Поэтому цените это время...

— Учитель, а вы цените это время? — Цзян Су поднял руку, перебивая её.

Улыбка на лице преподавательницы застыла и рассыпалась. Она вцепилась руками в кафедру, издала нервный смешок и не стала отвечать. Шутка ли — работать учителем в этом классе было самой большой пыткой в её жизни. Если бы не баснословная зарплата, она бы давно помахала ручкой этой своре негодяев.

http://bllate.org/book/35118/4335586