Готовый перевод Transmigrated into the Male Lead's White Moonlight / Случайный свет в жизни главного героя: Как выжить, став объектом одержимости: Глава 7

В последнее время город активно поддерживал развитие уличной экономики, и по вечерам на ночном рынке то тут, то там открывались палатки с барбекю.

Вот только сейчас стояла зима, и стоило температуре упасть, как на улице тут же убавилось прохожих. К тому же у него не было собственной стационарной точки — он поставил переносной лоток, который никак не защищал от пронизывающего ветра и холода, что еще сильнее отбивало у людей всякое желание заглянуть к нему.

Поэтому, судя по наблюдениям Е Сюня, дела у того шли неважно, и он вряд ли даже сможет окупить затраты.

— А-Сюнь, ты уже который раз сюда приходишь… — не выдержав, заворчал Се Чжиюнь из припаркованного на противоположной стороне улицы автомобиля. — Захотелось барбекю? Сказал бы раньше, я бы приготовил куда лучше, чем этот парень!

Е Сюнь бросил на него короткий взгляд.

Затем он снова перевел глаза за окно, наблюдая за фигурой Му Цяньчжуна, одиноко застывшей на ледяном ветру. От него исходило то самое тоскливое ощущение хрупкости, казалось, дунь ветер — и он рухнет. Е Сюнь просидел в машине уже полчаса, но к палатке так никто и не подошел, и со стороны всё это выглядело донельзя жалко.

Немного подумав, он вышел из машины, а трое его верных прихвостней тут же плотнее запахнули куртки и двинулись следом.

— Хозяин, давай две шпажки, — произнес Е Сюнь, подойдя ближе.

Он был одет в длинное черное кашемировое пальто и держался прямо, словно воткнутый в землю шест. Это создавало резкий контраст с согбенной фигурой Му Цяньчжуна, зябко кутающегося в колючем зимнем ветру, так что, когда тот поднял голову, на его лице невольно промелькнули растерянность и смущение.

Му Цяньчжун тут же выпрямил спину.

Он не собирался показывать свою слабость перед этим человеком.

Весь обратившись в настороженность, он сжал в руке щипцы для барбекю и ткнул ими в сторону Е Сюня:

— Е Сюнь, ты что удумал? Пришел пакостить?

Этот мажор, исчезнувший почти на два месяца, наконец-то соизволил объявиться?

И как же он собирается поиздеваться над ним на этот раз?

— Что удумал? Поесть! — Е Сюнь зыркнул на него, уселся за маленький столик и поторопил: — Хватит мяться, давай шевелиться. Если заморишь голодом молодого господина, тебе не поздоровится!

Се Чжиюнь и остальные двое кое-как, переминаясь с ноги на ногу, устроились рядом.

Му Цяньчжун сверлил их взглядом, и лишь когда Е Сюнь нетерпеливо прикрикнул на него, неохотно принялся за работу. Про себя он только фыркал: эти богатенькие избалованные сынки вдруг решили соизволить отведать уличной еды — интересно, какую очередную пакость они затеяли.

Он ловко разложил на решетке шашлычки и нарочно щедро сдобрил их солью.

Чтоб вас пересолило!

Вскоре готовое угощение подали к столу.

Се Чжиюнь откусил кусочек и тут же выплюнул его из-за дикой солености, стукнув ладонью по столу:

— Ты это вообще людям скармливаешь?

Этот парень явно сделал это нарочно, да?

Е Сюнь попробовал кусочек — во рту аж защипало от соли.

— Мой уровень готовки именно такой, нравится — ешь, нет — вали, — Му Цяньчжун окинул взглядом их помрачневшие лица, и на душе у него разлилось злорадное удовлетворение. Раз они заявились так внезапно, он закономерно решил, что добро от них ждать не стоит.

Ему хотелось их прощупать, поэтому он намеренно решил им насолить.

Е Сюнь уже стоял перед ним.

С совершенно бесстрастным выражением лица он внезапно схватил Му Цяньчжуна за грудки:

— Выкладывай всё, сколько у тебя есть, и прекращай устраивать мне тут козни. Если разозлишь меня, я не ручаюсь за то, на что способен…

Его голос не казался леденящим.

Но Му Цяньчжуна всё равно пробил легкий озноб.

Он бросил взгляд на лоток, где еще оставалось немало нетронутых шпажек — это была заготовка на весь оставшийся вечер, — а затем посмотрел на Е Сюня и пробормотал:

— Ты что, свинья? Разве можно сожрать столько?

Хотя он сказал это совсем тихо.

Е Сюнь с его острым слухом расслышал каждое слово.

— Ты кого назвал свиньей? — Е Сюнь встряхнул его за воротник, притягивая к себе вплотную, и опасно прищурился. — Если твои губы продолжат молоть чушь, я позабочусь о том, чтобы зашить тебе рот!

Му Цяньчжун в упор уставился на него.

Его губы шевельнулись, и он, наплевав на страх, огрызлся:

— Смекалки хватит — так бери и зашивай!

Стоило ему столкнуться с этим мажором лицом к лицу, как внутри него зародилось какое-то странное, смутное волнение. Он не мог до конца понять, что это такое, но в сердце почему-то крепла странная, непоколебимая уверенность: этот человек больше не причинит ему вреда.

И ему захотелось испытать судьбу еще раз.

Поэтому он пошел на открытый конфликт, намеренно выводя его из себя.

Тысяча и семнадцатая глава. Истинный и фальшивый молодые господа богатых семей (16)

— Ты и вправду думаешь, что мне слабо? — Е Сюнь встретился с ним взглядом.

Упрямое выражение лица Му Цяньчжуна, сияющие в свете тусклой лампы глаза, пухлые и влажные полуоткрытые губы — до того нежные и соблазнительные, что они ввергли Е Сюня в такой порыв, о котором ему было суждено горько пожалеть.

Он не удержался и поцеловал его.

Этот совершенно неожиданный поступок не только поверг в шок обоих участников сцены, но и лишил дар речи троих прихвостней в стороне. У Чжуан Цина отвисла челюсть — туда запросто поместилось бы куриное яйцо.

— Тьфу! — Е Сюнь сам испугался своего поступка.

Едва коснувшись этой мягкости, он мгновенно осознал, какую глупость совершил. Растерянно оттолкнув Му Цяньчжуна, он принялся яростно тереть губы, и на его лице, которое, казалось, не дрогнуло бы даже при обрушении горы Тайшань, проступило неподдельное потрясение.

Его губы мелко дрожали.

Лишь спустя долгое время он гневно ткнул в него пальцем:

— Му Цяньчжун, ты… ты как смел меня соблазнять!

Му Цяньчжун, поначалу остолбеневший от этого внезапного поцелуя, после того как его оттолкнули, на удивление быстро пришел в себя. Столкнувшись с разъяренной физиономией Е Сюня, он одновременно испытал и изумление, и странное желание рассмеяться.

Он сжал губы.

Стараясь унять пылавший на щеках жар.

Уставившись на Е Сюня, он фыркнул:

— Ну надо же, свалить всё с больной головы на здоровую!

Этот тип сегодня точно рехнулся!

— И не пытайся оправдываться! Ты меня и соблазнил! — Е Сюнь был не в силах объяснить собственное странное поведение. Оглушенный внутренним хаосом, он мог лишь слепо упорствовать, перекладывая всю ответственность на этого смазливого парня: — Му Цяньчжун, какие бы штучки ты против меня ни затевал, то, что только что произошло — просто случайность, в расчет это не идет! Я вообще-то по женщинам…

На последнем слове он сделал особый акцент.

Даже если бы он вдруг решил свернуть с праведного пути, то исключительно ради Фэн Жоцзиня, с какой стати ему вдруг тянуть к другим?

С этим смириться было невозможно!

Его сердцу по-прежнему были милы нежные и ароматные женщины.

Не стоило поддаваться сиюминутному порыву.

Виноват во всем был только этот взгляд, вечно полный крючков — стоит потерять бдительность, и душа уже на привязи.

Му Цяньчжун поначалу даже немного разозлился — в конце концов, кому понравится, когда его целует собственный заклятый враг? Однако поведение этого парня оказалось настолько потешным, что он не удержался и сделал два шага вперед.

Эти два шага заставили Е Сюня испуганно отпрянуть назад.

Тот даже прикрикнул на него:

— Не подходи!

Уголки губ Му Цяньчжуна тронула холодная усмешка:

— Е Сюнь, неужели твоя недавняя внезапная перемена вызвана тем, что ты ко мне неравнодушен? Ну тогда тебе не повезло: мало того, что мне не нравятся мужчины, даже если бы и нравились — я бы точно никогда не поглядел на такого, как ты.

Еще в университете за ним ухлестывало немало старшекурсников.

Вот только его никогда не интересовали сердечные дела.

Ни парни, ни девушки.

Он ко всем относился одинаково равнодушно.

Все эти знаки внимания объяснялись лишь его смазливой внешностью, но по иронии судьбы он сам терпеть не мог собственное лицо, а потому не испытывал никакой симпатии к тем, кто заглядывался на его обертку.

Так что появление еще одного поклонника-мужчины его ни капли не удивило; разве что самую малость — из-за того, что этим поклонником оказался Е Сюнь.

Он поистине не ожидал такого.

Ждал два месяца, чтобы в итоге прийти к подобному открытию.

— Чушь собачья! — Е Сюнь от досады выругался последними словами. — Ничего я к тебе не испытываю! Мне нравятся женщины!

Взгляд Му Цяньчжуна, видевшего его насквозь.

Заставлял Е Сюня желать отвесить себе пару пощёчин — какого чёрта его вообще понесло целовать этого парня?

Пусть эти губы хоть трижды алые и соблазнительные, перед ним всё равно стоял мужчина!

Му Цяньчжун ничего не ответил, лишь молча улыбался ему. В этой улыбке не было ни насмешки, ни злобы — лишь толика нарочитой, манящей прелести, от которой в груди Е Сюня вновь вспыхнуло пламя, заставившее его красивое лицо слегка покраснеть.

Черт побери, этот гад снова его соблазняет!

Он же мужик, как он может так улыбаться другому мужчине!

Этот парень определенно сделал это специально!

— Тьфу ты, пропасть, зря только приперся сегодня! — выругался сквозь зубы Е Сюнь, не решаясь даже взглянуть на Му Цяньчжуна.

Наверное, он слишком долго был одинок.

Раз в его голове вообще могли возникнуть мысли о другом мужчине.

Тысяча и восемнадцатая глава. Истинный и фальшивый молодые господа богатых семей (17)

Он подошел к машине, распахнул дверцу, но, что-то вспомнив, снова торопливо вернулся назад. Вытащив из кошелька несколько купюр, он швырнул их прямо в руки Му Цяньчжуну и, словно за ним гнались черти, в мгновение ока запрыгнул в салон и сорвался с места.

Му Цяньчжун проводил взглядом исчезнувшую за поворотом машину.

Он коснулся пальцами губ.

А затем, вспомнив перепуганный вид сбежавшего Е Сюня, не выдержал и звонко рассмеялся.

Разве это не было… мило?

Следом его лицо вновь помрачнело: мило, как же!

Если этот мажор в следующий раз снова посмеет вести себя столь бесцеремонно, он непременно раскроет ему голову!

Е Сюнь гнал автомобиль на предельной скорости, и лишь когда они выехали за пределы ночного рынка, он немного сбавил ход, хотя лицо его по-прежнему оставалось мрачным. Чжуан Цин с многозначительной улыбкой поинтересовался:

— А-Сюнь, неужели ты объелся деликатесов и теперь решил попробовать чего-то новенького?

Му Цяньчжун действительно был чертовски хорош собой.

Если у того и вправду проснулись низменные желания, в этом не было ничего удивительного.

— Несешь чушь, это была просто случайность! — Е Сюнь свирепо зыркнул на него и с нажимом повторил: — Я считаю его братаном, точно таким же, как вы все, а тогда я просто потерял голову от жары…

Чжуан Цин загадочно промолчал.

Чем больше босс оправдывался, тем сильнее всё это походило на попытку замести следы.

А ведь он еще удивлялся, почему это босс вдруг остепенился, перестал задирать Му Цяньчжуна и вместо этого начал выдумывать всякие способы угодить ему. Оказывается, всё дело было в этом! Теперь всё встало на свои места.

К тому, кто тебе дорог, естественно, нужно относиться с большей заботой.

Поэтому Чжуан Цин понимающе улыбнулся:

— Ладно-ладно, А-Сюнь, можешь не продолжать, я всё понял. Раз этот парень тебе приглянулся, мы непременно поможем тебе заполучить его. Стать нашей невесткой — это благословение, которое он накопил в прошлых жизнях…

Е Сюнь чуть не поперхнулся от таких слов.

Он одарил Чжуан Цина свирепым взглядом.

О чем этот синеволосый болван вообще мелет? Что он там понял?!

Молчавший до этого Се Чжиюнь тихо промолвил:

— А-Сюнь, неужели все твои прошлые нападки на него были лишь способом привлечь внимание Му Цяньчжуна? А Гэ Сыя просто служила дымовой завесой, чтобы подобраться к нему?

Неудивительно, что в последнее время он даже не смотрел в сторону первой красавицы университета.

Объяснения Е Сюня казались ему совершенно неубедительными — он никогда прежде не видел Е Сюня настолько растерянным. Испугаться до полусмерти и сбежать просто от поцелуя с мужчиной — это шло вразрез со всеми его привычками.

Е Сюнь открыл рот, но слова застряли у него в горле.

Чжан Хань тоже глухим голосом произнес:

— Я давно замечал, что ты относишься к нему как-то иначе. Теперь всё сходится. А-Сюнь не хочет признаваться, потому что боится, что семья не примет этого? Ладно еще просто покрутить роман, но если ты всерьез влюбился…

http://bllate.org/book/35113/4335187