Готовый перевод I Have Malicious Intentions Towards the Big Shot / Мои греховные мысли о великом боссе: Глава 5

Шан Ло, чьи щеки пылали алым, а уголки глаз, подернутые влажной дымкой, сияли манящим блеском, приоткрыл пухлые губы и тяжело задышал:

— Не надо.

— Послушайся, скажи мне, где ингибитор. Скоро станет легче, — Гун Чжэн изо всех сил старался сдержать свой животный инстинкт, но аромат, исходящий от омеги в период течки, действовал на альфу одурманивающе, а уж тем более, если это был запах Шан Ло.

— Метка! Дай мне её! — прохрипел Шан Ло. Его тело пылало, он отчаянно прижимался к Гун Чжэну, желая стать с ним единым целым.

Метка?

Гун Чжэн нахмурился. Реакция Шан Ло была явно вызвана периодом течки, как он мог воспользоваться чьей-то беспомощностью!

— Я найду ингибитор, подожди меня, — Гун Чжэн смотрел на него сверху вниз, боясь, что после метки Шан Ло возненавидит его и будет жалеть о содеянном.

— Да чтоб тебя! Гун Чжэн! Ты трус или нет? Если ты не поставишь мне метку, я... я за тебя не выйду!

Эта угроза, прозвучавшая одновременно свирепо и обиженно, возымела действие. Едва Шан Ло закончил фразу, как почувствовал укол в шею, а следом — волну сладостного онемения, от которой ноги подкосились, и ему пришлось вцепиться в Гун Чжэна.

— Умница, это всего лишь временная метка, — Гун Чжэн поцеловал Шан Ло в уголок губ. Временную метку можно стереть, так что если Шан Ло потом пожалеет, нужно будет просто подождать, пока её действие закончится.

Шан Ло остался недоволен: к черту временную метку! Ну что за благородство в такой момент? Я сам в объятия лезу, а ты всё еще ведешь себя как святоша!

— Поцелуй еще раз! — Шан Ло, обмякнув, уткнулся ему в грудь. — Сердце болит, нужно поцеловать, чтобы прошло!

Разве можно было отказать?

Гун Чжэн приподнял подбородок Шан Ло и осторожно коснулся его губ, даря успокоение и нежность, от которой кружилась голова.

Ну ладно! Пусть это всего лишь временная метка, но первый шаг к тому, чтобы прибрать к рукам этого крутого парня, сделан!

— Эй! Ты не мог бы перестать распускать руки!

— Юнь, ты же знаешь, я люблю тебя!

— Люблю твоего деда! Иди к черту, Юнь! Ты что, с ума сошел, Кэ Шэнцзяо?

Услышав голоса снаружи, Шан Ло побоялся даже вздохнуть. Он поманил Гун Чжэна пальцем, приказал склониться и прошептал:

— Это голос старика Чжэна.

— Угу, — только сейчас Гун Чжэн понял, что его приятелю приглянулся тот самый мелкий бета Чжэн Яньюнь.

Неудивительно, что тот в прошлый раз спрашивал, считается ли преступлением изнасилование несовершеннолетнего в порыве страсти.

— Повторяю еще раз! Если ты еще раз пойдешь за мной, я тебе все три ноги переломаю! — Чжэн Яньюнь был уже на грани. Ну не дошло у них всё до конца, и что? Стоило ли из-за этого ходить за ним по пятам?

— Три? А как же твоя счастливая жизнь? Юнь! Нельзя быть настолько жестоким к самому себе! — нахмурившись, Кэ Шэнцзяо прижал Чжэн Яньюня к углу стены.

— Пф-ф... — Шан Ло не удержался и прыснул. Поняв, что произошло, он тут же прикрыл рот обеими руками, продолжая лишь беспокойно поглядывать на Гун Чжэна.

— Черт? Кто там! Выходи! — Чжэн Яньюнь с сомнением направился к последней кабинке. — Кэ Шэнцзяо, ты идиот? Прежде чем вваливаться, нельзя было проверить, есть ли кто-то внутри?

Ушки Шан Ло порозовели, он беззвучно прошептал:

— Нам выйти?

Гун Чжэн кивнул, поправил ему одежду и волосы, а затем окинул взглядом себя.

Они один за другим вышли из кабинки.

— Твою мать! Второй брат! И этот мелкий! — Кэ Шэнцзяо с изумлением уставился на парочку.

Чжэн Яньюнь чувствовал, что от стыда готов провалиться сквозь землю: десять минут назад он читал Шан Ло нотации о том, что Гун Чжэн слишком стар, а в итоге попался на том, что сам связался с человеком примерно того же возраста.

Да уж, по лицу будто пощечину дали.

— Юнь! — чувственно позвал Шан Ло. — А! Юнь!

— Ха-ха-ха-ха-ха!

— Над кем смеетесь? Вы оба в одной кабинке! Если бы вы там ничего не делали, вы бы оскорбили имена Шан Сяо Ло и Гун Сяо Чжэна! — Кэ Шэнцзяо закатил глаза.

Шан Ло перевел взгляд с Чжэн Яньюня на Гун Чжэна, а затем столкнулся с любопытным взглядом Кэ Шэнцзяо. Его губы дрогнули, и он дерзко бросил:

— Тебе какое дело?

Все трое застыли.

Кэ Шэнцзяо с уважением сложил ладони:

— Глава, ты крут. Преклоняюсь.

С историей на банкете было покончено, и Шан Ло зажил привычной школьной жизнью.

Однако, когда он увидел объяснительную записку, написанную им и Шан Дуном из-за их драки, выставленную на самом видном месте доски объявлений, он понял: это сама судьба издевается над ним, причем самым наглым образом!

Публичная порка!

Но смущало Шан Ло не само наличие записки, а её содержание.

«Драки для души, мелкие стычки — для тела. Ради безопасности моей и окружающих прошу заниматься правильным воспитанием чувств».

«Ввиду крайне скверного характера инцидента, я сделал строгое замечание зачинщику драки — то есть себе, и прошу руководство школы и всех учащихся верить в меня».

«Я глубоко проанализировал свое поведение. Будучи омегой, я посмел подраться с альфой — это ли не пример отваги, бесстрашия, бесконечного стремления вверх...»

Впрочем, ну что сказать, раскаяние выглядит вполне искренним, верно?

— Эй, будь добр, расскажи о мотивах и психологическом состоянии в тот момент, — Чжэн Яньюнь заглянул в класс к Шан Ло и снова начал нести всякую чепуху.

Шан Ло, тот самый «бесстрашный омега», с тоской на лице ответил:

— Я просто почувствовал, что у меня тогда была легкая депрессия.

Ха-ха.

Чжэн Яньюнь тут же скривился: да пошел ты к черту со своей депрессией!

— Эй, серьезно, Шан, пойдешь? Решай сейчас! — Чжэн Яньюнь в предвкушении потер руки.

Шан Ло нахмурился:

— Ты можешь хоть день не думать о ерунде? Почему ты постоянно тратишь на это силы? Как современная молодежь, мы должны знать, что поджидать людей в переулках — это неправильно, но... я готов составить тебе компанию в этом преступлении до самого конца!

Чжэн Яньюнь в душе выругался: столько болтовни, и только последняя фраза имеет смысл!

— Тогда после вечерних занятий ускользнем. Все равно этот идиот не живет в общежитии! — Чжэн Яньюнь не мог сдержать ликования, его брови так и плясали.

Сидящий впереди ученик не выдержал и навострил уши: раз уж вы обсуждаете такие важные дела, нельзя ли говорить потише?

http://bllate.org/book/35079/4331160