Готовый перевод The Mad Tycoon Imprisons His Canary as a Little Ancestor / Одержимость киноимператора: Мой пленник — драгоценный господин: Глава 13

— Есть, Брат Цзя, я понял!

Цзя Хэ снова надел маску, солнцезащитные очки и кепку, после чего поспешно ушел.

На следующий день Цзя Хэ вместе с невестой отправился за границу проводить медовый месяц в честь помолвки. Как раз перед посадкой в самолет ему позвонил Бэруя:

— Беда, Брат Цзя, Цинь Чжэнь пропал!

Лицо Цзя Хэ слегка исказилось:

— Пропал? Что значит пропал?

— Я и сам толком не знаю. Спросил медсестру, а она говорит, что сегодня кто-то оформил документы на перевод в другую больницу и забрал его.

— Куда перевели?

— Этого медсестра тоже не знает.

На лбу Цзя Хэ вздулись вены. Сквозь стиснутые зубы он прорычал:

— Немедленно найди его!

— Ой, ладно, я уже иду!

Глава 13. Встреча с Цзя Хэ на банкете

Узнав, что мама уже переведена в больницу Чжунъя, Гу Таньвэй почувствовал, как камень упал с его сердца. Теперь, дождавшись подходящего донора печени, она сможет полностью восстановить здоровье.

Устроив мать, Гу Таньвэй теперь должен был больше беспокоиться о собственном положении.

Сяо Цзэ пообещал помочь ему бросить курить, а на следующий день приставил к нему наблюдателя и по совместительству телохранителя с функцией няньки. Ши Фэн был отстранен за то, что упустил его, а на замену прислали болтливого телохранителя и помощника по борьбе с курением по имени Чжао Ян, чье непрекращающееся щебетание делало его настоящей бабкой-сплетницей в мужском обличье.

Из-за запрета на курение Гу Таньвэй чувствовал себя ужасно, и тогда Чжао Ян потащил его в тренажерный зал. Гу Таньвэй всегда был домоседом и редко занимался спортом: пробежав на беговой дорожке всего десять минут, он едва не отдал концы, в то время как Чжао Ян продолжал неустанно зудеть о вреде курения, призывая к здоровому питанию и физическим нагрузкам ради долголетия.

Гу Таньвэй чувствовал полное опустошение и даже думал, что, пожалуй, не доживет до того дня, когда Цзя Хэ будет полностью опозорен.

Сяо Цзэ последние два дня был очень занят — казалось, он улетел в другой город на промо-мероприятия, и, по слухам, вернется только завтра. Все это ему рассказала бабуля Чжао.

Это позволило Гу Таньвэю немного расслабиться. После той ночи ему требовалось время, чтобы морально подготовиться.

Однако он даже не догадывался, что с самого первого дня во всех углах этого дома были установлены скрытые камеры.

Каждое движение Гу Таньвэя находилось в поле зрения Сяо Цзэ.

В свободное время Сяо Цзэ наблюдал через смартфон за тем, чем занимается Гу Таньвэй, и это даже стало его новым развлечением.

На банкете, устроенном съемочной группой, одетый в сшитый на заказ темно-синий костюм в клетку виши, он небрежно закинул ногу на ногу, сидя в типом уголке зала, и открыл на телефоне трансляцию.

На экране Гу Таньвэй только что закончил дневную тренировку и сидел за обеденным столом. Выглядя совершенно изможденным, он покорно, словно маленький ребенок, сидел на стуле, а рука с палочками для еды слегка дрожала, так что ему требовалось сделать пару попыток, прежде чем отправить еду в рот.

Настолько неуклюжий, что это вызывало улыбку.

Сяо Цзэ действительно улыбнулся.

Его прекрасная, ослепительная внешность всегда приковывала всеобщее внимание, и даже сидя в отдалении, он оставался в поле зрения окружающих. Заметив его очаровательную улыбку, люди невольно краснели и замирали от трепета, гадая, что же его так позабавило.

— Кинозвезда Сяо, на что вы такое интересное смотрите? — продюсер Вэй Фан подошла вместе с двумя инвесторами, чтобы представить их ему.

Менеджер Сунь Хао последовал за ними.

Сяо Цзэ убрал телефон, поднялся на ноги и в белых перчатках пожал руки инвесторам, обменявшись с ними дежурными любезностями.

— Что это вы спрятались в углу и во что-то уставились? — Вэй Фан не забыла свой вопрос.

Сяо Цзэ тронул губы усмешкой:

— Ничего особенного, завел дома питомца. Появился он недавно, вот и переживаю.

Один из инвесторов с залысиной поинтересовался:

— Что за питомец?

Сяо Цзэ приподнял бровь:

— Это… одна раненая птичка.

Вэй Фан рассмеялась:

— Вы подобрали ее? Какое у вас доброе сердце.

— Польщен.

Сунь Хао со сложным выражением лица покосился на Сяо Цзэ: истинный киноактор, врет — и глазом не моргнет. Какая к черту птичка, это же самый настоящий живой человек!

Услышав, что тот собирается держать его у себя дома постоянно, Сунь Хао чуть не лишился чувств.

— Даже на банкете находите минутку заглянуть в телефон, судя по всему, эта птичка вам очень по душе, — заметил другой инвестор.

Темные глаза Сяо Цзэ слегка потемнели:

— Пожалуй, очень. Мне хочется навсегда закрыть его в клетке.

— Так и держите на здоровье, раз уж он удостоился благосклонности самой кинозвезды Сяо, для этой птички это поистине великая честь! — произнесла Вэй Фан.

Сунь Хао вставил:

— Но птицы все же стремятся к синему небу и белым облакам, им не нравится сидеть взаперти.

Сяо Цзэ бросил быстрый взгляд на собственного менеджера:

— Тут смотря как посмотреть. Если птицу хорошо выкормить и приручить, она и сама никуда не улетит.

Сяо Цзэ заинтересовался:

— И как же ее приручить?

В этот момент кто-то вмешался извне:

— Что за оживленная беседа? Позвольте и нам присоединиться!

Все обернулись и увидели звездного менеджера компании Юйхуа Лю Чэнжэня, который с улыбкой держал в руке бокал шампанского. Рядом с ним шли Чэн Вэй, исполнитель второй мужской роли в снимающемся фильме, и примкнувший к ним Цзя Хэ.

— О, великий менеджер Лю, давно не виделись.

— Давно, босс Го, как поживаете в последнее время?

— Спасибо, грех жаловаться, неплохо. — Босс Го перевел взгляд на двух молодых людей рядом с ним: — В фильме снимаются и артисты вашей компании?

— Верно, благодаря благосклонности режиссера наш артист Чэн Вэй получил роль второго мужского плана и набрался бесценного опыта. — Лю Чэнжэнь велел Чэн Вэю подойти и поприветствовать всех, а затем перевел Цзя Хэ вперед: — А это певец, которого я продюсирую, его зовут…

— Цзя Хэ! Знаю-знаю! Мои сын и дочь без ума от его песен, только и твердят, чтобы я проспонсировал его сольный концерт. — Босс Го с улыбкой оглядел Цзя Хэ, явно испытывая к нему большую симпатию.

— Ха-ха-ха, тогда заранее благодарю ваших сына и дочь за поддержку! Если мы соберемся проводить концерт, то непременно в первую очередь обратимся к боссу Го, и уж тогда вам придется оказать нам мощную поддержку!

Босс Го щедро пообещал:

— Раз соберетесь устраивать — я обязательно помогу всем, чем смогу!

— Вот и прекрасно! Цзя Хэ, ну-ка, поблагодари босса Го!

Цзя Хэ продемонстрировал свою самую безупречную улыбку и искренне поблагодарил влиятельного человека.

http://bllate.org/book/35049/4326347