Готовый перевод A Villain's Guide to Self-Salvation [Quick Transmigration] / Руководство по самоспасению для злодея [Быстрая трансмиграция]: Глава 17

За два года жизни в префектуре Цзянчжоу в сокровищнице Чжу Цзючжана скопилось немало редких вещей. Впрочем, хозяина терема Сяе все эти диковины ничуть не впечатляли: древние фолианты, картины, изделия из нефрита и яшмы — в Тереме Укрощения Небес подобного добра хватало с избытком.

Сяе Янь прошёл за Чжу Цзючжаном к стеллажу из сандалового дерева. Тот с обыденным видом снял с полки строгую деревянную шкатулку и протянул ему.

— Вырезал как-то на досуге, — произнёс он. — Возьми.

Заметив, как у Сяе Яня радостно вспыхнул взгляд, когда тот принял подарок, Чжу Цзючжан смягчился ещё сильнее. Ещё раньше он обратил внимание, что причёска юноши ничем не украшена, и это почему-то отозвалось в душе лёгкой досадой. Тогда-то он и вспомнил про вырезанную когда-то нефритовую шпильку, пылившуюся в сокровищнице. Кажется, она пришлась как нельзя кстати.

В шкатулке покоилась шпилька из белого нефрита — гладкая, прохладная и чистая. Сяе Янь вгляделся в тонкую резьбу и мгновенно узнал работу Сяо Цзю.

— Очень красиво.

Он без колебаний вонзил шпильку в свои волосы. Безупречно белый нефрит изумительно оттенял его светлую кожу.

Чжу Цзючжан на мгновение замер. Сердце затопило невыразимой, хмельной сладостью. Он порывисто протянул руку и сжал в своей ладони его тонкую, нежную кисть. Горячая ладонь, чуть прохладные кончики пальцев... Натянутая струна чувств отозвалась с совершенной точностью. Могущественный юный лекарь перед ним — вспыхнет ли во взгляде ирония, нахмурится ли он в задумчивости, засмеётся или пойдёт прочь — каждое движение, каждая черта навеки впечатались в его память, выжглись на самом сердце.

«Как может один человек приносить столько радости?»

Поймав его глубокий, пристальный взгляд, Сяе Янь тоже притих. Горячая хватка Чжу Цзючжана казалась попыткой сдержать бушующее внутри пламя — дай ему волю, и оно дотла выжжет разум.

— Чжу Цзючжан... — тихим эхом отозвался его голос в тишине сокровищницы и замёрз.

Мужчина словно очнулся ото сна. Он испуганно выпустил его руку, будто обжёгся, и, отведя взгляд, неловко пробормотал:

— Тебе очень идёт.

Сяе Янь растерянно посмотрел на свою опустевшую ладонь. Прежде Сяо Цзю не стеснялся в признаниях, с чего же теперь, попадая в новый мир, превратился в такого труса?

Поняв, насколько грубо и нелепо выглядел его порыв, Чжу Цзючжан сожмурился от досады. Видя замешательство юноши, он готов был сквозь землю провалиться. Вцепился, бросил... Что за ребячество?! С каких пор он стал столь нерешительным?

Он только собрался загладить вину, как снаружи раздался бесстрастный голос Ин Шисы:

— Господин, принесли вести из префектуры Цзинчжоу.

***

Взяв эпидемию в Цзинчжоу под контроль, Цзинь Сюань решил с чистой совестью вернуться в родные края. Как ни упрашивал его префект, как ни пытался удержать, лекарь Цзинь был непреклонен, так что чиновнику оставалось лишь с почестями проводить его до городских ворот.

В день отбытия жители Цзинчжоу заполнили улицы. Огромная людская волна со слезами на глазах пала на колени, вознося благодарности Цзинь Сюаню и его спутникам. Стоявшие рядом лекари и даже суровые стражники из управы не выдержали — у многих по щекам покатились слёзы.

У Цзинь Сюаня перехватило дыхание, а к горлу подступил ком. Лишь сейчас он по-настоящему осознал наставления учителя: врачевание предназначено для спасения тысяч жизней, а вовсе не ради призрачной славы. Впервые в жизни он ощутил великое призвание целителя, дарующего спасение поднебесной.

Направлявшийся в столицу вместе с Цуй Чжи и Вэй Цинханем Цуй Юань сидел в седле, глубоко потрясённый увиденным. Не окажись здесь Цзинь Сюаня, все эти люди давно погибли бы в мучениях от страшной моры.

В то же время в карете Вэй Цинхань сидел опустив глаза и стиснув кулаки. Никто не видел исступлённой злобы, пылавшей в его взгляде. Эта слава должна была достаться ему! Это его имя должны были выкрикивать с благодарностью, а не возносить какого-то ничтожного, безродного лекаришку!

Он и сам не понимал, откуда взялась эта слепая ярость, но знал одно: всё, чего бы он ни пожелал, должно принадлежать ему!

— Цинхань, тебе плохо? Ты совсем бледный, — поинтересовался оправившийся от болезни Цуй Чжи, сидевший подле него.

Спрятав ярость за кроткой улыбкой, Вэй Цинхань поднял взор:

— Брат А-Чжи, я ведь уже говорил... У лекаря Цзинь высочайшее мастерство. Почему бы нам не позвать его в столицу, чтобы он осмотрел старую госпожу Цуй и вылечил её от головных болей? К тому же в записях Сяе Иня способ восстановления жил изложен крайне путано. Если удастся раздобыть «Собрание медицинских комментариев», быть может, и руку брата А-Юаня получится исцелить.

Вспомнив про горячо любимую бабушку, Цуй Чжи засомневался:

— А-Юань уже спрашивал его. Цзинь Сюань категорически отказывается ехать в столицу. К тому же Его Величество хоть и пожаловал ему награду, но не приказывал прибыть ко двору лично. У нас нет ни единого предлога принудить его.

Глаза Вэй Цинханя хитровато блеснули. Подойдя ближе, он шепнул Цуй Чжи несколько слов. Тот нахмурился, но затем кивнул:

— И думаешь, сработает?

— Мы же не собираемся причинять ему вред, я просто очень беспокоюсь за старую госпожу Цуй и брата А-Юаня, — лукаво подмигнул Вэй Цинхань. — К тому же, когда всё уладится, ваше поместье маркиза щедро наградит его. Он получит и славу, и богатство — с чего бы ему отказываться?

Сдавшись под его уговорами, Цуй Чжи с улыбкой щёлкнул его по гладкому лбу:

— Ах ты хитрец.

Выехав из префектуры Цзинчжоу, Цзинь Сюань и другие лекари ехали в молчании, всё ещё находясь под впечатлением от трогательного прощания. Прежде они были лишь заурядными врачевателями без имени и положения, промышлявшими ремеслом ради куска хлеба. Но теперь их сердца переполняло осознание собственного долга. Они — лекари, и исцеление людей — их высшее предназначение!

Путь из Цзинчжоу в Цзянчжоу занимал около дня пешего хода, а на экипажах при хорошем раскладе можно было добраться за пару-тройку часов. Напряжение прошлых дней наконец спало, и усталость тут же навалилась на всех без исключения — даже закалённые стражники чувствовали себя совершенно разбитыми.

На границе двух префектур пролегала горная гряда. Разбойников в этих местах отродясь не водилось, поэтому сопровождение ослабило бдительность. Как вдруг из засады с диким улюлюканьем выскочила толпа людей, переодетых лесными татями. Не говоря ни слова, они бросились на колонну, размахивая клинками и разя всех без разбора!

От неожиданности стражники оцепенели на пару мгновений, а когда опомнились, несколько их товарищей уже корчились в лужах крови. Обнажив мечи, остатки отряда вступили в бой, но силы были неравны. Разбойников оказалась целая орава, тогда как со стороны управы шло не больше двадцати человек, а хилые лекари и вовсе не способны были дать отпор.

Когда казалось, что гибель неизбежна, Небеса явили милосердие. На дороге показался вооружённый отряд. Впереди на коне неслась воительница в доспехах. Её прекрасное лицо выражало непреклонную решимость. Взмахнув тяжёлым палашом, она врезалась в гущу врагов — во все стороны брызнула кровь, полетели отрубленные конечности! Смертоносная и величественная!

Внутри кареты Цзинь Сюань замер, сердце его отчаянно заколотилось. Взор его был прикован к статной всаднице.

— Оставить живых! — гаркнула Цинь Сяо и во главе своего отряда принялась крошить нападавших, словно капусту.

Кавалькада Цуй Юаня плелась позади основного отряда. За поворотом дороги ничего не было видно, но когда донёсся звон стали и ржание коней, Цуй Юань вспыхнул и уже хотел пришпорить коня, как его окликнул Цуй Чжи.

— Куда ты лезешь? Это верная смерть! — Он скользнул взглядом по искалеченной правой руке Цуй Юаня. — Пойдём вместе, пустим в ход наших людей.

На этот раз Цуй Чжи взял с собой внушительную свиту, которая оказалась весьма кстати.

Цуй Юань не приглядывался к численности отряда Цуй Чжи и не заметил, что часть воинов куда-то сгинула. Он лишь кивнул:

— Тогда скорее! Нельзя допустить, чтобы лекари пострадали!

Внутри кареты Цуй Чжи и Вэй Цинхань обменялись понимающими улыбками.

Обогнув поворот, они застыли в изумлении от увиденного. Цуй Чжи и Вэй Цинхань, сидевшие в экипаже, не понимали, в чём дело. Почувствовав неладное, Цуй Чжи высунулся из занавесок:

— Что стряслось? Почему замерли? Вы собираетесь спасать людей?

Цуй Юань с полным сложной гаммы чувств взглядом обернулся к нему:

— Наша помощь не требуется. Стража префектуры Цзянчжоу уже перебила налётчиков.

— Что?! — ахнул Цуй Чжи.

Он порывисто подался вперёд, оступился и чуть не вывалился из кареты. Кое-как удержавшись на ногах с помощью слуги, он вгляделся вдаль.

Везде чернела кровь, валялись обрубки тел. Внезапный порыв ветра донёс тошнотворный запах бойни. Цуй Чжи чуть не лишился чувств, а тут ещё Вэй Цинхань кубарем выскочил из экипажа и наскочил на него сзади. Не удержавшись, Цуй Чжи с размаху растянулся на дороге лицом в грязь.

Будь это в иной раз, Вэй Цинхань поднял бы шум, бросился поднимать его и просить прощения. Но сейчас его идеальный замысел рухнул в прах. Он искренне не понимал: откуда взялись эти солдаты? Почему лекари целы и невредимы?! Ведь всё было просчитано! Он должен был спасти Цзинь Сюаня в самый отчаянный миг и сделать своим должником! Как всё могло так обернуться?!

Заметив их странное оцепенение, Цуй Юань смутно нахмурился, спешился, помог брату подняться и направился к Цинь Сяо.

— Благодарю вас за спасение, девица Цинь.

Цинь Сяо одарила его холодным взглядом:

— Мы — воины префектуры Цзянчжоу и защищаем своих подданных. С чего бы чужаку благодарить нас? Забавно.

Пропустив колкость мимо ушей, Цуй Юань спросил:

— С чего бы девице Цинь оказаться в этих местах?

— Местный рельеф отлично подходит для учения войск. У тебя какие-то возражения?

На самом деле Цинь Сяо исполняла тайный приказ Чжу Цзючжана об охране Цзинь Сюаня. Нападение разбойников оказалось сюрпризом и для неё самой — благодаря генералу-командующему Циню, на границе двух префектур никаких банд никогда не водилось!

Не глядя больше на Цуй Юаня, она велела приволочь уцелевших налётчиков, сдёрнула с них повязки и рявкнула:

— Из какого вы гнезда, тати?! Отвечать!

Схваченные молчали как истуканы. Как им было отвечать? Они выполняли тайный приказ наследного сына маркиза Цуй: разгромить отряд, перебить всех сопровождающих, а Цзинь Сюаню лишь нагнать страху, пока сам господин не явится разыгрывать спасение. Они и сами были не рады встревать в это дело, но ослушаться воли наследника не смели.

Опомнившись, один из них забормотал:

— Мы... мы здешние, из лесных...

— Враньё! — Цинь Сяо мгновенно приставила клинок к его горлу. — Эти горы — наводнённая нашими воинами земля! Ты хочешь сказать, что устроил здесь разбойничий притон у всех на виду?! За дуру меня держишь?!

Стоявшие за её спиной солдаты дружно загремели смехом.

Цуй Юань вглядывался в лица пленников, и с каждым мгновением в его груди всё сильнее клокотала ярость. Получив доступ к тайным службам клана Цуй, он успел выучить в лицо многих доверенных лиц. И сейчас среди пленных «разбойников» он узнал одного из командиров личной гвардии поместья маркиза, а рядом — ещё несколько знакомых рож!

В его ушах эхом зазвучали слова Вэй Цинханя, сказанные ещё в лечебнице Цзинчжоу... Перед глазами всплыли картинки: неторопливость Цуй Чжи, когда раздались звуки боя, их перепуганные, растерянные физиономии при виде спасённых лекарей...

Он понял! Теперь он всё понял! Погубив Сяе Иня и божественного лекаря, они решили убрать и его ученика Цзинь Сюаня! Его недобрые предчувствия в столице оправдались до последнего слова!

На смену всепоглощающему гневу пришла ледяная ясность. Одарив связанную гвардию поместья уничтожающим взглядом, Цуй Юань решительно вскочил в седло.

— Эй! Помогите наследнику и молодому господину Вэю сесть в карету. Мы трогаемся.

Подавленные его суровым тоном, слуги подхватили опешивших Цуй Чжи и Вэй Цинханя и усадили в экипаж. Не обращая внимания на отчаянные взгляды захваченных гвардейцев, Цуй Юань без тени жалости пришпорил коня.

Глядя им вослед и вспоминая напутствие Чжу Цзючжана перед вылазкой, Цинь Сяо тихо хмыкнула:

— А ведь и впрямь забавно...

http://bllate.org/book/34945/4542268