Готовый перевод Transmigrated into a Book, I Used Metaphysics to Counterattack the Entertainment Industry / Мастер фэншуй в шоу-бизнесе: Восхождение из пепла: Глава 2

Вскоре после этого оригинал под таким предлогом и «убрали».

Вэнь Хэцин почти закончил приводить комнату в порядок. Волосы у прежнего владельца тела, как и у него самого, были довольно длинными — как раз хватило, чтобы собрать на затылке небольшой хвост. Небрежно завязав их, он раскрыл зонт и отправился выносить мусор.

Фэншуй у этой квартиры оказался отвратительным, от неё буквально везло застоявшимся духом. Возвращаться туда не хотелось, и он побрел по улице, следуя за потоками духовных жил. Этот мир до странности напоминал тот, в котором он жил прежде, однако прежний хозяин тела совершенно не интересовался фэншуем и оккультными науками, так что Вэнь Хэцин пока не имел ни малейגה представления о том, как здесь развивались подобные дела.

Дождь стал тише, но всё еще моросил. Он остановился перед дорогой на светофоре; вокруг царила тишина, нарушаемая лишь мерным шумом падающих капель.

Загорелся зеленый свет, и человек с черным зонтом в руке, стоявший рядом, уже убрал телефон и собрался сделать шаг вперед.

Вэнь Хэцин поднял глаза и ухватил незнакомца за полу пальто.

Тот невольно замер от неожиданности, резко обернулся и подозрительно уставился на него:

— Ты что творишь?

Вэнь Хэцин просто разжал пальцы и ничего не ответил.

В тот же миг воздух расколол оглушительный свист: на красный свет вылетел автомобиль и пронесся мимо, обдав их мощной волной воздуха. Человек отпрянул назад, в ужасе глядя на умчавшуюся машину, а затем перевел побледневшее лицо на Вэнь Хэцина.

Еще доля секунды — и эта машина насмерть сбила бы его.

Вэнь Хэцин пристально вгляделся в черную дымку, клубящуюся между бровей этого человека, слегка прищурил свои чуть раскосые глаза и тронул губы легкой улыбкой, напомнив сошедшего с гор бессмертного лиса:

— Встреча — это тоже предопределенность Судьбы. Братец, не позволить ли тебе погадать?

***

Громовой раскат прорезал воздух.Цзин Юаньчэнь с бесстрастным выражением лица смотрел на струи дождя за панорамным окном, после чего отвел взгляд и опустил его на страницы книги в своих руках.

[Грянул громовой удар, и ослепительная вспышка молнии озарила всё небо. Небесный Путь своим излюбленным способом высвобождал гнев на тех, кто дерзает посягнуть на его тайны. Окружающие деревья в одно мгновение обуглились, и среди ветвей заплясали крошечные искорки пламени.

А нынешний глава Секты Люхэ, Вэнь Хэцин, в этой Небесной каре лишился и тела, и души.]

Это были последние строки книги.

Он закрыл её. На обложке, выполненной в технике туши, красовалось название «Житие Вэнь Хэцина». Книга невесть откуда объявилась на столе — без указания издателя и штрихкода, но, будучи свободным от дел, он просто взял её полистать и сам не заметил, как дочитал до самого конца.

На кончиках пальцев ощутился странный трепет. Цзин Юаньчэнь опустил взгляд на книгу в руке.

Обложка медленно покрылась паутиной трещин. Трещины всё увеличивались, пока наконец весь том не рассыпался прямо у него в руках, и светящиеся осколки растаяли в несуществующем ветре.

Цзин Юаньчэнь слегка приподнял брови. За окном не стихал шум дождя, а он заметил клубящийся сгусток ци, который неторопливо дрейфовал со стороны высоких зданий вдалеке.

Его взгляд упал на пустую ладонь. Поразмыслив пару мгновений, он поднялся на ноги и направился к выходу.

Глава вторая. Храм Гучэнь

Тянь Минда, тридцать один год, директор по маркетингу в Хуэйлэ Эртэйнмент. Последней его задачей было налаживание нужных связей для свалившегося как снег на голову маленького господина Суна. Маленький господин не желал светиться слишком явно, но в то же время презирал всё дешевое и простое, из-за чего Тянь Минда изрядно потрепал нервы. Последние дни его и вовсе преследовала череда странных бед — куда ни кинь, везде ждал сплошной кошмар и неудачи.

И вот полминуты назад какой-то молодой человек схватил его за рукав у самой проезжей части, а в следующее мгновение на красный свет промчался автомобиль, едва не сдув его уши сильнейшим потоком воздуха.

Сердце у него на мгновение остановилось. Он машинально глянул на парня, толком еще не придя в себя, как вдруг услышал вопрос: не желает ли он погадать?

Произошедшее было слишком жутко, и он до сих пор не мог отделаться от липкого страха, а потому сейчас охотно поверил юноше, спасшему ему жизнь:

— Гадай, гадай, конечно гадай! У меня в последнее время всё валится из рук, я...

Он посмотрел на парня, которому на вид едва исполнилось чуть за двадцать, осекся на полуслове и подумал, что этот молодой человек кажется ему смутно знакомым. Особенно лицо — точь-в-точь как у одного артиста из их компании.

Вэнь Хэцин снова улыбнулся, и взгляд его ясных глаз излучал спокойствие:

— Ничего страшного, мне не нужны никакие сведения о тебе. Мы просто случайно встретились в толпе. Назови мне какой-нибудь иероглиф... нет, впрочем, не нужно.

Внимательно изучив черты лица собеседника и быстро пересчитав что-то на пальцах, он произнес:

— У тебя случайно на днях никто из старших в семье не умирал? Проверь, не нарушил ли ты каких-нибудь запретов.

Тянь Минда замер. На прошлой неделе у него в семье действительно скончался пожилой родственник, и доверие к странному парню сразу возросло. К тому же, когда тот улыбался, сходство с тем скандально известным артистом уже не казалось столь разительным. Мужчина поспешно спросил:

— И как же... юноша... то есть великий мастер, мне от этого избавиться?

Стоявший рядом светофор сменился с зеленого на красный, и Вэнь Хэцин чуть прищурился:

— Ничего страшного не случилось, просто сходи поклонись усопшему. Дом у вас ведь не слишком высокий? Больше ходи пешком по лестнице, полезно для здоровья.

— Хорошо... хорошо.

Тянь Минда тут же намотал это на ус и полез за телефоном:

— Мастер, давайте добавим друг друга в Вичате?

— Не нужно, я помог просто так, попутно.

Вэнь Хэцин вновь улыбнулся, и в его улыбке было столько тепла, что даже в этот пасмурный дождливый день становилось уютно.

— Гадание не бывает бесплатным, дай мне какую-нибудь мелочь на память. Подойдет визитка, салфетка, что угодно.

Тянь Минда машинально пошарил по карманам, вытащил визитную карточку и протянул её:

— Хорошо, тогда... вот моя визитка. Мастер, если вам когда-нибудь понадобится помощь, обязательно свяжитесь со мной.

Он хотел было спросить, не желает ли тот какое-нибудь вознаграждение, но Вэнь Хэцин уже развернул зонт и вслед за загоревшимся зеленым светом ступил на пешеходный переход.

Шаги Вэнь Хэцина были легки и размеренны. Он неспешно брёл по городу сквозь приветствовавшую его дождливую пелену и сам не заметил, как ушел довольно далеко.

Воспоминания прежнего владельца тела причудливо переплелись с памятью из его собственной прошлой жизни, а моросящий дождь как нельзя лучше способствовал тому, чтобы разложить мысли по полочкам.

Словом, пока он методично отсеивал всё лишнее, блуждая по следу парящей ци, его ноги привели его на самую окраину, к заброшенному ветхому зданию.

Храмом это можно было назвать с натяжкой — скорее уж заброшенная одноэтажная постройка посреди диких пустырей, где некому было навести порядок. У стены громоздились три больших мусорных бака зеленого цвета. Лишь над входом висела расколотая дощечка, покрытая паутиной, на которой были выбиты три иероглифа традиционным письмом: Павильон Гучэнь.

Вэнь Хэцин вошел под свес крыши, сложил зонт и стряхнул капли, брызги от которых застучали по каменным плитам крыльца. Одна створка тяжелой двери сорвалась с петель и валялась у стены. Переступив порог, он шагнул левой ногой внутрь.

Длинная трость-зонт прислонилась к стене. Внутри царил полумрак, сквозь прохудившуюся крышу просачивалось несколько дождевых струек, а прямо напротив входа возвышался алтарный столик с табличкой.

Деревянная поминальная табличка покрылась трещинами в лаковом слое. Никаких подношений вокруг не было, а вырезанные на ней иероглифы поблекли и стерлись, так что с трудом удавалось разобрать лишь один-единственный знак: «Чэнь».

Место это явно обладало прекрасным фэншуем, однако посвященная предкам табличка поросла пылью и покрылась паутиной.

Вэнь Хэцин подошел ближе и почтительно поклонился, бормоча себе под нос:

— Беспокою вас, позвольте переждать здесь ночь. Подношений не принес, так хоть порядок наведу.

Уходя из дома, он сунул в карман пачку бумажных салфеток, и сейчас они как нельзя кстати пришлись к делу — он тщательно вытер весь алтарь от грязи. Закончив с уборкой, он вышел наружу, чтобы выбросить мусор, и как раз в этот момент увидел остановившуюся у обочины черную машину, из которой под зонтом выбирался какой-то мужчина.

Он замер на месте, и его взгляд случайно столкнулся с глазами мужчины, который только что поднял голову.

Две глубокие пучины.

Моргнув, Вэнь Хэцин одарил незнакомца легкой улыбкой.

Они отвели глаза друг от друга. Он развернулся, чтобы выбросить мусор, а когда повернулся обратно, заметил, что мужчина подошел к входу в храм и, сложив зонт, молча заглядывает внутрь.

Вэнь Хэцин слегка нахмурил брови и непринужденно бросил:

— Вы знакомы с тем, кому здесь воздают почести?

Мужчина остался бесстрастен. Бросив на него лишь беглый взгляд, он тут же отвернулся, а его голос прозвучал ровно, без единой эмоции:

— Нет.

Вэнь Хэцин сделал шаг ближе, сосредоточился, прикрыл левый глаз и принялся разглядывать его полуприкрытым правым.

Почему он никак не может разглядеть Судьбу этого человека?

Мужчина не обращал на него внимания. Шагнув за порог, он вдруг обронил:

— Это ты здесь прибрался?

— Я, — Вэнь Хэцин последовал за ним внутрь и, всё еще не желая сдаваться, сложил пальцы в защитную печать и снова раскрыл глаза.

...И тут же уперся взглядом в темные, как смоль, глаза мужчины, которые медленно опустились ниже и замерли на его руках, складывавших замысловатый узор.

Вэнь Хэцин тут же разжал пальцы, спрятал руки за спину и попытался изобразить беззаботную улыбку, словно ничего не произошло.

Но мужчина продолжал упорно смотреть на него.

От такого пристального взгляда Вэнь Хэцину стало не по себе. Улыбка застыла на его лице, он повел бровями, отвел глаза в сторону и решил поискать место, где можно присесть.

Даже сложив печать, он ничего не смог увидеть. До чего же странно. Неужели в этом мире культивации всё устроено иначе, чем в местах, где он жил раньше? Хотя тех людей, что попадались ему по дороге, он видел насквозь.

И тут мужчина спросил:

— Как тебя зовут?

Для незнакомцев подобный вопрос звучал довольно резко. Вэнь Хэцин с досадой посмотрел на него, но на лице собеседника по-прежнему не дрогнул ни один мускул.

— Вэнь Хэцин.

Он всё же ответил, заметив, как при упоминании его имени в глазах мужчины мелькнула искра.

— Цзин Юаньчэнь.

Мужчина тоже назвал свое имя и, опушив ресницы, о чем-то задумался.

Цзин Юаньчэнь... Имя звучало знакомо.

Вэнь Хэцин напряг память. Кажется, в книге это был второстепенный персонаж, обладающий определенным весом. Он придерживался ледяного, неприступного стиля, занимал пост исполнительного директора в одном из филиалов крупной корпорации, но его слово имело немалый вес во всей компании в целом. Бесстрастно помогал главному герою.

Вдобавок ко всему, он люто ненавидел любое телесное общение с людьми, создавая впечатление этакого однобокого персонажа-инструмента, существующего лишь ради блага главного героя. Вспоминать больше подробностей не имело смысла, ведь книгу он пролистал лишь по диагонали.

Пока он витал в облаках, Цзин Юаньчэнь заговорил снова:

— Что ты здесь делаешь?

— Я...

Пальцы Вэнь Хэцина невольно сделали пару пассов, но он по-прежнему ничего не смог нагадать.

— Мне негде жить, собирался перекантоваться здесь до завтра.

Губы Цзин Юаньчэня шевельнулись, словно он хотел что-то сказать, но в конце концов плотно сжались. Мужчина отвел взгляд и застыл, немигающим взором уставившись на поминальную табличку.

Вэнь Хэцин тоже перевел взгляд на табличку и, немного подумав, сложил ладони и снова поклонился ей.

Оставалось надеяться, что удастся поскорее разобраться с жильем, расторгнуть этот контракт и как можно скорее восстановить доброе имя прежнего хозяина тела.

Как только появятся деньги, он непременно купит и принесет достойные подношения.

Опустив руки, он заметил, что Цзин Юаньчэнь опять смотрит на него.

Зрачки у этого мужчины были невероятно темными, и когда он смотрел на кого-то с каменным лицом, казалось, что он пытается затянуть человека в бездну. Вэнь Хэцин почувствовал, что ему трудновато выдерживать этот натиск — особенно учитывая, что он не мог разглядеть нити Судьбы этого человека и любые попытки погадать о нем неизменно заканчивались ничем.

Спустя пару секунд Цзин Юаньчэнь неожиданно произнес:

— Можешь пожить у меня.

Вэнь Хэцин:

— ...А?

Ты хоть сам слышишь, что говоришь?

http://bllate.org/book/34875/4303860