Готовый перевод I Only Like Your Character Settings / Мне нравятся только твои персонажи: Глава 20

Глава 20

На запись этого выпуска реалити-шоу ушло почти пять часов — с семи вечера до полуночи. Все сотрудники съёмочной группы ждали не дождались, когда участники наконец выйдут, так что когда Чжоу Цзыхэн распахнул дверь, снаружи почти все закричали от радости.

Жуань Сяо и Цэнь Цэнь шли сразу за ним, и когда они вышли, их тоже с ног до головы обсыпали конфетти ожидавшие снаружи сотрудники.

— Так мы выиграли или проиграли?

Цэнь Цэнь, у которой на голове висела лента конфетти, с растерянным видом уставилась на Жуань Сяо.

Жуань Сяо, смеясь, повалилась на плечо Цэнь Цэнь:

— Мы вышли вторыми, и очков набрали прилично.

Цэнь Цэнь потрясённо вытаращила глаза:

— То есть Цзыхэн не был киллером?

Стоявший рядом Ся Сицин, улыбаясь, пошутил:

— Это был я.

Цэнь Цэнь снова потрясённо уставилась на Ся Сицина. Жуань Сяо подтолкнула Ся Сицина:

— Хватит дразнить сестру Цэнь.

Толчок был несильный, но пришёлся ровно так, что Ся Сицин налетел прямо на стоявшего позади Чжоу Цзыхэна. Тот, среагировав инстинктивно, протянул руку и поймал Ся Сицина за плечо, удержав его.

Кончики его волос легко скользнули по подбородку Чжоу Цзыхэна — щекотно.

Ся Сицин тоже не ожидал, что Жуань Сяо сможет его толкнуть, и в тот миг, когда Чжоу Цзыхэн его поймал, удивлённо обернулся на него. Их взгляды встретились, но он быстро снова взял себя в руки и тихо произнёс:

— Спасибо.

Эти слова, как и тот нечаянный взмах волос, скользнули мимо. Ся Сицин сам отступил на шаг, а затем, будто ничего не случилось, продолжил шутить:

— Жуань Сяо, я и не думал, что у тебя такой нечеловеческий талант к сверхъестественным силам.

— А я, по-твоему, зря в Менсу попала?

— Жуань Сяо потянулась.

— Внутри всё время была на взводе, а сейчас, как расслабилась, сразу жутко есть захотелось.

Цэнь Цэнь согласилась:

— Я тоже. Чувствую себя и уставшей, и голодной. Раньше и не замечала.

Чжоу Цзыхэн, что редко случалось, предложил:

— Давайте после работы перекусим.

— Отлично.

— Жуань Сяо схватила Цэнь Цэнь за руку.

— Пойдёмте все вместе, я хочу хого.

Все оживлённо обсуждали, что поесть на ночь, и только Ся Сицин почувствовал, что что-то не так. Он окинул взглядом присутствующих, заглянул внутрь здания и наконец спросил:

— Погодите… а Сыжуй где?

— Сыжуй…

— Жуань Сяо только сейчас вспомнила.

— А! Сыжуй только что ещё в кабинете кричал…

Радостные крики были такими громкими, что заглушили призывы о помощи Шан Сыжуя.

Когда все наконец добежали до кабинета, Шан Сыжуй уже перестал звать на помощь. Он откинул голову назад, уставился в потолок и, услышав звук открывающейся двери, резко выпрямился:

— Вы наконец-то обо мне вспомнили!

Все покатились со смеху. Чжоу Цзыхэн тоже хотел посмеяться, но сейчас смеяться было бы совсем не по-человечески, поэтому он, сдерживаясь, подошёл и принялся развязывать верёвки на Шан Сыжуе.

— Нет, Цзыхэн, ты слишком уж серьёзно к этому отнёсся.

— Сидевший на стуле Шан Сыжуй начал на него ворчать.

— Наручники — ладно, но ты меня ещё и верёвкой связал.

— Когда мы вошли в эту комнату, всё уже было так.

— Чжоу Цзыхэн скомкал верёвку и отбросил её в сторону. Взглянув на наручники, сжимавшие запястья Шан Сыжуя, он вспомнил, что не взял ключ, и уже собрался встать, как вдруг увидел протянутую перед собой руку с ключом.

Чжоу Цзыхэн поднял взгляд — и увидел чистое, простодушное улыбающееся лицо Ся Сицина.

Только выглядит чистым и простодушным, мысленно поправил он себя и взял ключ из рук Ся Сицина.

— Когда он вошёл, его никто не заковывал.

— Ся Сицин усмехнулся.

— Только меня одного сковали, и мне было хуже, чем тебе — мне ещё и глаза завязали.

— Ого… Да у тебя побег был куда сложнее.

Шан Сыжуй и Ся Сицин болтали между собой, а полуприсевший Чжоу Цзыхэн молча расстёгивал наручники. Это напомнило ему, как он точно так же снимал наручники с Ся Сицина. У Шан Сыжуя тоже были красивые руки, но, честно говоря, не такие длинные, как у Ся Сицина, и, кажется, не такие белые.

Зачем он сравнивает?

Щёлк — наручники расстегнулись. Чжоу Цзыхэн пришёл в себя.

Да и что тут сравнивать.

Освободившись от пут, Шан Сыжуй с облегчением подпрыгнул пару раз, одной рукой обнял Ся Сицина за плечо, а другой, с трудом дотянувшись, — Чжоу Цзыхэна:

— Наконец-то всё кончилось.

Несколько сотрудников подошли, чтобы снять с них микрофоны. Ся Сицин сразу почувствовал облегчение, поднял руку и потёр шею. Повернув голову, он заметил на затылке Чжоу Цзыхэна ленту конфетти, которую раньше не убрали.

Он протянул руку.

— Ты чего?

— Чжоу Цзыхэн вдруг почувствовал прохладу и, обернувшись, увидел, что рука Ся Сицина тянется к его шее.

Точь-в-точь маленький тигрёнок с вздыбленной шерстью. Ся Сицин, сдерживая смех, сказал «прости» и снял ту ленту.

Никакого «прости»

— он нарочно воспользовался случаем, чтобы до него дотронуться. Специально.

Тонкие длинные пальцы сжали один конец ленты, помахали ею перед лицом Чжоу Цзыхэна, разжались — и лента, словно пёрышко, медленно, лениво спланила вниз, улегшись у его ног.

Цвет ленты был до невозможности ярким. Как и улыбка на лице Ся Сицина в этот миг.

Чжоу Цзыхэн долго мялся, но всё же выдавил:

— Спасибо.

— Не за что.

Почему этот человек всегда так легко, так воздушно заканчивает фразы? Словно облако, что плывёт по ветру, — лёгкое, насмешливое, и никак его не поймать.

Подошёл режиссёр программы:

— Мы сейчас запишем небольшой закулисный бонус после съёмок.

— Он протянул одну камеру Шан Сыжую, другую — Цэнь Цэнь.

— Вот две камеры. Можете разделиться на две группы и осмотреть этот дом — мы строили его два с половиной дня.

— Не волнуйтесь, режиссёр, я как раз хотел тут всё осмотреть.

— Шан Сыжуй с улыбкой взял камеру, поднял её и навёл на лицо Чжоу Цзыхэна.

— Уже включена?

— Включена, включена.

— Режиссёр отошёл в сторону. Заметив, что Чжоу Цзыхэн пытается уйти из кадра, Шан Сыжуй тут же схватил его, заодно повернув объектив на себя, и прокашлялся: — Всем привет! Я сегодняшний сменный ведущий и оператор в одном лице, участник группы «Хай-Файв»

— Шан Сыжуй! Хай~~ А теперь я представлю вам — та-да-да-дам!

— Он перевёл камеру на лицо Чжоу Цзыхэна.

— Чжоу Цзыхэн! Ого, Цзыхэн, у тебя в кадре лицо просто шикарное.

Чжоу Цзыхэн в шутку прикрыл объектив ладонью. Шан Сыжуй с трудом вырвал камеру из его «когтей» и навёл на стоявшего рядом Ся Сицина:

— А это наш невероятно умный Ся Сицин! Его поведение в комнате меня просто поразило. Если бы не Сицин, может, победил бы я.

— То есть ты выражаешь недовольство?

— Ся Сицин мягко улыбнулся.

— Твоё выступление меня тоже поразило, между прочим.

— Хе-хе.

— Шан Сыжуй поднял камеру, покрутился на месте и навёл её на вход в дом.

— Давайте сначала осмотримся.

После окончания съёмок Шан Сыжуй, словно ребёнок, которого напоили энергетиком, носился с камерой по всему дому. Чжоу Цзыхэн и Ся Сицин шли за ним следом и вставляли пару слов, только когда их называли.

Когда дошли до кабинета, Шан Сыжуй пришёл в неописуемый восторг:

— Вот здесь меня заточил Цзыхэн! Он надел на меня наручники и ещё верёвкой связал!

— Он перевёл камеру на Чжоу Цзыхэна.

— Вот этот красавчик меня похитил.

— Пф.

— Ся Сицин не удержался и рассмеялся. Чжоу Цзыхэн, которому камера упёрлась прямо в лицо, невозмутимо ответил: — А ты не врёшь людям.

— Это всё программа меня заставила, я сам чуть не умер от страха.

— Шан Сыжуй с любопытством спросил: — Кстати, как ты нашёл последний пароль? Я искал-искал и так и не нашёл.

— В этой самой комнате.

— Чжоу Цзыхэн достал из кармана куртки фонарик.

— Этот фонарик я нашёл у дивана. В подсказке было два ключевых слова: «кабинет» и «выключить свет»…

Не успел Чжоу Цзыхэн договорить, как сообразительный Шан Сыжуй свободной рукой потянулся к выключателю у двери:

— Подсказка видна только при выключенном свете?

Его руку перехватили.

— Не выключай свет!

Ся Сицин опешил — он и сам не успел сообразить, что происходит, — и увидел, как Чжоу Цзыхэн без малейших колебаний схватил Шан Сыжуя за руку, останавливая его.

— Что такое?

— Шан Сыжуй с недоумением уставился на Чжоу Цзыхэна.

Честно говоря, Чжоу Цзыхэн и сам не ожидал, что вот так его остановит. Эти слова сорвались сами собой, без малейшего обдумывания.

— Он имеет в виду, что камера снимает, а у неё, наверное, нет режима ночной съёмки…

— Ся Сицин, не меняясь в лице, взял Чжоу Цзыхэна за запястье — за ту выступающую косточку, что виднелась из-под манжеты, — и опустил его руку.

— Верно?

— М-м.

— Чжоу Цзыхэн незаметно высвободил руку из ладони Ся Сицина.

— Я тебе прямо скажу: когда выключаешь свет и светишь этим фонариком по четырём углам, появляются цифровые коды. Достаточно взломать один.

— Вон оно что…

— Шан Сыжуй понимающе, хоть и не до конца, кивнул, а затем с досадой вздохнул: — Чувствую, мне не хватило всего одной подсказки! Иначе победителем был бы я. Как обидно, как обидно.

Отсняв последнюю комнату, все трое спустились в подземный коридор, соединявший зону выбывших с внешней подготовительной зоной съёмок. Коридор был очень узким, и Чжоу Цзыхэну приходилось идти, согнувшись, с трудом протискиваясь вперёд.

Хорошо, что есть свет, иначе, когда он упал…

Хорошо? Почему «хорошо»?

Чжоу Цзыхэну показалось это крайне странным. Он всё меньше и меньше понимал самого себя. В голову будто насильно вселился какой-то человечек, который целыми днями твердит всякую чушь, из-за чего он совсем запутался в собственных мыслях.

Шан Сыжуй шёл впереди один, очень быстро, и говорил в камеру завершающие слова бонуса. Ся Сицин шёл за Чжоу Цзыхэном, почти вплотную.

Узкий длинный коридор сжимал пространство вместе с дыханием. Воздух вокруг, казалось, превращался в мельчайшие частицы, парящие вокруг тела, — они колыхались, словно планктон.

Вдруг Чжоу Цзыхэн почувствовал, как кто-то схватил его за куртку сзади, и слегка обернулся. Ся Сицин не ожидал, что этот несговорчивый тип так послушно повернётся. В тот же миг, как он ухватился за край одежды, он шагнул ближе, собираясь что-то сказать.

И вот так расстояние снова стремительно сократилось.

В поле зрения крошечная родинка на кончике носа вдруг увеличилась, приблизилась, на мгновение коснулась уголка губ Чжоу Цзыхэна, а затем, словно метеор, скользнула мимо и отдалилась.

Те крошечные частицы, что парили, будто светящиеся медузы, внезапно замерли.

Воздух застыл.

В неярком коридоре ребячливая болтовня Шан Сыжуя постепенно затихала, словно уходящий на задний план шум, а другой звук медленно нарастал.

Тук —

Тук-тук —

Чжоу Цзыхэн в панике пришёл в себя и хотел поспешно отшатнуться, но забыл, что здесь так тесно, что его росту в сто девяносто три сантиметра просто негде развернуться.

— Эй, осторожно.

— Ся Сицин видел, как голова Чжоу Цзыхэна ударяется о верхний свод коридора, попытался поймать его, но промахнулся, а в суматохе нога Чжоу Цзыхэна ещё и поскользнулась, и он всей тяжестью рухнул на пол.

Те невидимые посторонним крошечные частицы, что от напряжения замерли, тоже разом стремительно обрушились вниз, словно огромная банка жемчужного сахара, с грохотом посыпавшись на Чжоу Цзыхэна.

Чжоу Цзыхэн потряс головой, пытаясь вытрясти из глаз наваждение.

До чего же нелепо.

Услышав шум позади, Шан Сыжуй крикнул оттуда:

— Что у вас там случилось?

Ся Сицин тут же ответил:

— Ничего, Цзыхэн просто споткнулся. Поднимайся первым.

С этими словами он протянул Чжоу Цзыхэну руку.

Чжоу Цзыхэн даже не взглянул на неё, поднялся сам, неловко отряхнул пыль с одежды и, поворачиваясь, почувствовал резкую боль в копчике, так что пришлось, опираясь о стену, идти медленно.

— Ничего?

— Нормально.

— Пф.

— Снова тихий смешок.

Чжоу Цзыхэну стало неприятно — будто его посчитали слабаком. Он хотел поскорее выбраться из этой неловкой ситуации, сменить не слишком славную тему и потому, прокашлявшись, спросил, не оборачиваясь:

— Ты… ты что хотел сказать?

— Ты ещё помнишь.

— Тон Ся Сицина был как всегда — лёгкий, как ветер, и такой же насмешливый, способный перевернуть всё в душе человека и не дать успокоиться.

— Ты скажешь или нет?

Голос-то какой сердитый, а кончики ушей уже покраснели.

— Я просто хотел спросить… как ты меня узнал.

— Ся Сицин шаг за шагом ступал по следам Чжоу Цзыхэна, по его тени.

— Ну, после того как я вошёл в тот кабинет с выключенным светом.

Чжоу Цзыхэн вдруг замолчал. Выход был уже близко, и он молча поднимался по ступеням.

Будучи старым ловеласом, Ся Сицин прекрасно знал, какие слова нужно говорить, когда дразнишь человека. Даже если собеседник молчит, он всегда умел не дать разговору скатиться в неловкость.

— Догадываюсь… из-за запаха духов?

— Ся Сицин улыбнулся и тоже шаг за шагом стал подниматься по ступеням.

— Выходит, у тебя такой тонкий нюх?

Чжоу Цзыхэн по-прежнему молчал.

Он ступил на последнюю ступень. Воздух снова наполнился шумом: сотрудники желали друг другу удачи, все праздновали успешную запись первого выпуска, Шан Сыжуй и Цэнь Цэнь переругивались, Жуань Сяо звонко смеялась — и ещё множество звуков, смешавшихся в один гул.

Среди этого гула — и низкий тембр Чжоу Цзыхэна.

— Я подсознательно понял, что это ты.

Когда я приблизился и схватил тебя за руку, я уловил запах духов — и убедился ещё сильнее.

Последний шаг Ся Сицина завис в воздухе на секунду — вместе с его замершим мозгом.

Подсознательно…

Нога опустилась на последнюю ступень. Ся Сицин поднял голову и посмотрел на спину Чжоу Цзыхэна. Этот человек, наверное, и сам не знает, какой разрушительной силой обладает эта его бессознательная нежность.

http://bllate.org/book/34872/4464120