Готовый перевод The Rival Relationship Repair Manual / Руководство по исправлению заклятых врагов: Глава 1

В день начала занятий в Хайском университете стояла яркая, солнечная погода.

Бесчисленные первокурсники, волоча за собой чемоданы, с любопытством разглядывали кампус, где им предстояло провести четыре года своей жизни. В то же время другие люди разглядывали их самих — например, старшекурсники с разных факультетов, вышедшие встречать новичков, а также Хэ Цзянин.

Хэ Цзянин не взял с собой багажа; он был высоким, с по-детски свежим лицом и раскрытым зонтом. Не прошло и минуты, как к нему подошла старшекурсница и с заботливым видом спросила, не первокурсник ли он из класса для одаренных детей и не нужна ли ему помощь.

Я учусь только в первом классе старшей школы, просто хочу заранее прочувствовать атмосферу начала учебы в Хайском университете, это мой вуз мечты. Сопровождая слова солнечной и чуть застенчивой улыбкой, он выдал заготовленную заранее отговорку.

Девушка стала еще приветливее, протянула ему бутылку воды, которая вообще-то предназначалась новому студенту, и похвалила за то, что у него, должно быть, прекрасные успехи в учебе.

Хэ Цзянин всё так же застенчиво улыбнулся и послушно поблагодарил девушку.

На самом деле его успехи были самыми заурядными, да и интеллект — средним, и он с наибольшей вероятностью попросту не смог бы поступить в Хайский университет, даже на самую непопулярную специальность с самым низким проходным баллом.

Он явился сюда всего с одной целью: взглянуть на девятнадцатилетнего Ли Цзиня, а затем найти способ заставить Ли Цзиня покинуть город Хайпин.

Ли Цзинь, судя по всему, прибыл из какой-то глухой горной деревушки: сначала пришлось ехать на маршрутке до выезда из села, потом перебираться из уездного городка в центр округа, и со всей этой суматохой он никак не мог добраться раньше второй половины дня. Однако Ли Цзинь одновременно отличался невероятным упорством и вряд ли стал бы задерживаться в дороге из-за усталости или голода — едва сойдя с поезда, он наверняка прямиком направился в Хайский университет, и вот — он приехал.

Девятнадцатилетний Ли Цзинь был беден как церковная мышь.

На нем была старомодная рубашка не по размеру, на ногах — явно поддельные кроссовки с уличного рынка, за собой он тащил потрепанный маленький чемоданчик с облезающей кожей, сменивший уже не одну пару рук, коротко остриженные волосы плотно прилегали к черепу, обнажая щетину, а в руке он сжимал старый смартфон, похожий на тяжелый кирпич. Он озирался по сторонам и на мгновение замер на месте, словно его оглушили просторы кампуса и плотный людской поток.

К счастью, Ли Цзинь был довольно высоким — если и не выделялся среди жителей южного Хайпина подобно журавлю среди стаи кур, то по крайней мере привлекал к себе достаточно внимания, да и черты лица у него были правильными и чистыми, так что вскоре вокруг него начали собираться старшекурсники.

Он казался куда более простым в обращении, чем та зрелая версия Ли Цзиня, с которой придется столкнуться годы спустя.

Хэ Цзянин мысленно взвесил обстановку и уже собирался повернуться, как вдруг по его затылку скатилась капля обжигающего пота, прокладывая дорожку по ране на спине.

Боль от раны напомнила ему, что он пробыл на солнце слишком долго и уже еле держится на ногах.

Из-за встречи первокурсников дорогу у главных ворот Хайского университета сегодня перекрыли, и машина водителя ждала на другой улице. Хэ Цзянин превозмогая боль сделал несколько медленных шагов, но пропитанная потом повязка, казалось, стала совершенно бесполезной, и он почувствовал, что не сможет ступить и еще шагу.

Он замер посреди широкой дороги, против воли сделав еще пару шагов против течения толпы, как вдруг кто-то из проходящих мимо задел его чемоданом по бедру и пояснице. Хэ Цзянин мысленно выругался, но у него уже не осталось сил контролировать тело, и он рухнул вниз лицом.

Открыв глаза, он первым делом увидел заплаканное лицо своей матери, госпожи Нин Лянь.

Хэ Цзянин еще ничего не успел сказать, а Нин Лянь уже рыдала навзрыд: Ты еще до конца не зажил, а уже тайком сбежал на улицу, неужели ты не понимаешь, как сильно мама за тебя переживала? Когда мне позвонили из больницы и сказали, что тебя там нет, я чуть с ума не сошла! Раньше ты никогда так не поступал, неужели ты хочешь, чтобы мама снова сошла с ума? Ты получил такие тяжелые ранения, и если будешь так долго жариться под палящим солнцем, это помешает затягиванию швов...

Мам, мам... — Хэ Цзянин стирал ей слезы и принялся на все лады каяться, клятясь, что больше никогда так не поступит, и лишь тогда опухшие от слез глаза Нин Лянь перестали источать влагу, хотя она всё равно не собиралась отступать: — Цзянин, скажи мне, зачем ты тайком сбежал из больницы? Как тебе вообще удалось ускользнуть от охраны у входа?

Чем больше Нин Лянь думала об этом, тем сильнее охватывала ее паника.

Месяц назад Хэ Цзянин впервые отправился в одиночную поездку с одноклассниками в другую провинцию, после чего все остальные вернулись домой, а он — нет. Раздался звонок с требованием выкупа, выяснилось, что его похитили.

Похитителями оказались заклятые враги его отца Хэ Гуана, которым не нужны были деньги — они хотели лишь замучить его ради мести.

Полицию вызвали вовремя, и спустя шестьдесят часов после похищения Хэ Цзянина успешно освободили. Он пролежал в операционной больше десятка часов, а затем еще неделю провел в реанимации, прежде чем его перевели в обычную палату для восстановления и постепенной реабилитации.

У Нин Лянь и Хэ Гуана было полно работы, поэтому к его палате приставили трех телохранителей, дежуривших круглосуточно без перерыва — как раз из опасений, что подобное повторится. Кто бы мог подумать, что Хэ Цзянин ускользнет из больницы, никого не предупредив.

Если бы он догадался хотя бы оставить на больничной койке записку о том, что ушел сам, Нин Лянь всерьез боялась бы снова упасть в обморок.

Обойти телохранителей для пятнадцатилетнего Хэ Цзянина, пожалуй, было бы невыполнимой задачей, но в теле нынешнего Хэ Цзянина скрывался разум человека почти тридцати лет, у него имелся опыт.

Хэ Цзянин больше не стал отделываться от Нин Лянь нелепой отговоркой о желании взглянуть на Хайский университет. Он обошел стороной вопрос о том, как именно сбежал из больницы, заявив лишь, что во время беспамятства ему приснился сон: какой-то мудрец из сновидения сказал, будто его время еще не пришло, и велел как можно скорее отправиться в храм Хайньян, чтобы отблагодарить божество за исполнение желания. Возвращаясь из храма, он якобы проходил мимо Хайского университета и заглянул туда из любопытства, однако никак не ожидал, что погода окажется настолько знойной, из-за чего и рухнул без чувств прямо на землю.

В этот раз он действительно чудом вырвал свою жизнь из лап смерти, и когда Нин Лянь услышала упоминание о мудреце из вещего сна, у нее и в мыслях не возникло повода для сомнений. Она тут же велела ему хорошенько отдохнуть, пообещав самой съездить в храм Хайньян, чтобы возжечь побольше благовоний, а уже после его полного выздоровления отправиться туда вместе.

С этими словами она вытерла слезы, велела помощнику выписать крупный чек и в спешке удалилась.

Проводив взглядом энергично удаляющуюся Нин Лянь, Хэ Цзянин почувствовал, как защипало в носу, но вместе с тем на душе стало легче.

Он посмотрел на стоявшего у кровати молчаливого телохранителя: — Брат Чжан, я хотел бы кое о чем спросить.

— Говорите, молодой господин.

— Это вы нашли меня сегодня во второй половине дня, или кто-то другой привез меня обратно в больницу?

— Вас кто-то привез.

— Прямо в эту больницу?

Чжан Мин тоже сообразил, к чему идет разговор: — Да.

Это была частная клиника, построенная на средства семьи Хэ, и хотя уровень медицинского обслуживания здесь был высочайшим, с чего бы случайному благодетелю напрямую обращаться в столь дорогое частное заведение? В крайнем случае могли бы просто вызвать скорую помощь.

— Ладно, ничего страшного, только маме об этом не говорите, — покачал головой Хэ Цзянин. — Наверное, это место просто ближе всего к Хайскому университету, а когда на кону человеческая жизнь, некогда выбирать между государственными и частными больницами.

Чжан Мин слегка засомневался, но больше ничего не сказал.

Хэ Цзянин закрыл глаза — он все-таки решил разобраться во всем сам.

На следующий день, когда Чжан Мин сменился с дежурства вместе с Чэнь Цзином, Хэ Цзянин под предлогом прогулки по больничному саду завернул в охранный пункт клиники. Назвав свое имя и пояснив, что в день поступления потерял заговоренный амулет на удачу и не хочет волновать родителей лишними тревогами, он попросил позволения взглянуть на записи с камер наблюдения.

Эта отговорка позволила ему беспрепятственно получить доступ к записям того дня.

Кадр за кадром изображение смещалось назад. Хэ Цзянин нажал на мышь, зафиксировав картинку на моменте, когда медицинский персонал вкатывал его каталку через парадный вход: позади толпы людей с тревожным выражением лица семенил парень, в котором безошибочно угадывался Ли Цзинь.

Девятнадцатилетний Ли Цзинь.

Тот самый биологический сын Хэ Гуана и Нин Лянь, председатель совета директоров корпорации Цзинцзи, который пять лет вел ожесточенную борьбу с корпорацией Цзяхэ семьи Хэ, а после смерти от рака умудрился развалить на куски и саму семью Хэ, и его собственный прежний, девятнадцатилетний образ.

После выздоровления семья заставила Хэ Цзянина отдыхать еще почти целую неделю, прежде чем позволить ему вернуться в школу.

Хайпинская средняя школа, где он учился, считалась лучшим частным учебным заведением города, располагалась по соседству со Школой при Хайском университете и отделялась от самого Хайского университета лишь одной улицей.

Однако Хэ Цзянин попал в Хайпинскую среднюю школу исключительно благодаря статусу учредителя школы, принадлежавшему его семье, и плел хвост успеваемости в привилегированном классе в компании другой дочери члена попечительского совета — Линь Имяо.

Линь Имяо, его прежняя одноклассница, не смогла, подобно ему, откосить от военной подготовки с помощью больничной койки и теперь с негодованием вытягивала из рук Хэ Цзянина ее любимые мягкие мармеладки: — Какой же ты противный, Хэ Цзянин! Когда классная руководительница только что заводила тебя в класс, многие даже ахнули от удивления, и даже эти заучки-зубрилы надолго подняли на тебя глаза! И надо же тебе было усесться прямо за мою парту! Знаешь ведь, что я из-за этой военки сильно загорела, а твое появление только сильнее подчеркивает мою темноту!

Хэ Цзянин вовсю веселился: — Это у тебя называется здоровой красотой.

Смуглая кожа была визитной карточкой Линь Имяо. Хэ Цзянин вовсе не пытался утешить ее дежурным комплиментом: позже Линь Имяо действительно дебютировала как певица, и ее здоровый пшеничный оттенок кожи стал ее главным отличительным знаком.

Вот только впоследствии Хэ Цзянин отчаянно боролся за университетские кредиты ради получения диплома, а затем из последних сил тянул на себе семейную Корпорацию Цзяхэ, из-за чего общался с Линь Имяо все реже и реже, пока связь окончательно не оборвалась.

Глядя сейчас на щебечущую, полную юношеской энергии девушку перед собой, Хэ Цзянин чувствовал, как в глубине его глаз теплеет.

Пока они оживленно беседовали, староста класса Чэн Сяо помогла Хэ Цзянину принести пачку конспектов и тестов за первый месяц, который он пропустил. Стопка оказалась внушительной, и Хэ Цзянин лишь дернул уголком рта, не в силах выдавить улыбку.

В моменты тяжелой работы он действительно ностальгировал по школьным денькам, но стоило заставить его заново пройти через всё это в старшей школе, как тоска вновь оборачивалась мукой.

Сжав губы, Чэн Сяо потянула за рукав стоявшего рядом парня, который подошел вместе с ней: — Это Чэн Мин, мой брат-близнец, он староста по учебной части в нашем классе. Если у тебя возникнут какие-то вопросы по учебе, можешь смело обращаться к нему...

Ученики элитного класса Хайпинской средней школы сплошь состояли из одаренных ребят из бедных семей, вырванных из разных уголков провинции и всей страны: им не нужно было платить за обучение, они еще и получали стипендии с грантами на руки каждый год. А эта пара гениальных близнецов, переманенная Хайпинской средней школой из уездной школы в соседней провинции, и вовсе блистала ярче всех, сдав вступительные экзамены в вуз с абсолютно одинаковыми баллами и поступив в высшее учебное заведение страны.

http://bllate.org/book/34852/4301271