Готовый перевод Playing Tricks / Игры с подвохом: Глава 24

Чжоу Пин уже решила, что на сегодня неприятности закончились, но Цяо Хуайцин не дал уняться даже во время записи интервью — съёмки приходилось прерывать несколько раз.

— Тебе не кажется, что отзываться о господине Тане в таком тоне — перебор? — взмолилась она. — Мы же не сможем пустить это в эфир. Смягчи формулировки!

Сидевший перед камерой юноша словно с цепи сорвался:

— А что я такого сказал? Он ведь и правда фансервисит направо и налево, разве нет? Сестра Чжоу, вы же сами всё видели! Его поведение — это уже не забота о фанатах, а какой-то флирт! Разве так поступают с поклонниками? Вы сами требовали от нас искренности, а теперь боитесь его задеть?

Чжоу Пин со стоном схватилась за голову:

— Все слишком острые реплики я вырежу. И дело не в том, что я под него прогибаюсь! В финальном монтаже твоё интервью пустят поверх кадров с его участием. И представь картину: зрители видят, как он окружает тебя трепетной заботой, а в следующую секунду ты поливаешь его грязью! Угадаешь, на кого обрушится шквал хейта? Я пытаюсь уберечь тебя от травли в сети, так что поприпри свой пыл. Искать замену и переснимать — жуткая головная боль и колоссальные неустойки. Зачем устраивать войну, в которой проиграют все? Давай не усложнять друг другу жизнь, договорились?

В студии воцарилась гробовая тишина. Съёмочная группа замерла в ожидании ответа.

За сегодняшнюю смену Цяо Хуайцин преподнёс немало сюрпризов. С одной стороны, его непредсказуемость превращала монтаж в сущий ад, с другой — обеспечивала проекту бешеные просмотры. А уж их химия с Тань Юйши гарантированно взорвала бы рейтинги. Вылети Хуайцин из шоу сейчас, убытки были бы астрономическими — одни лишь неустойки за повторные съёмки со всеми участниками обошлись бы ему в миллионы юаней.

— Ладно... — наконец неохотно уступил юноша. — Не буду усложнять вам жизнь.

Все присутствующие облегчённо вздохнули.

И только Жэнь Сяосюань заметила, как плечи Хуайцина медленно опустились, будто выдохлась вся его спесь. В этой осанке читалась отчаянная усталость — или покорность судьбе.

Его бесстрашный пыл испарился в мгновение ока.

***

Запись интервью в итоге прошла без происшествий.

Чжоу Пин перевела дух и окликнула Цяо Хуайцина на выходе из павильона:

— Что за муха тебя укусила? Пойдём поужинаем, расскажешь сестре.

Хуайцин снова улыбался — легко и непринуждённо, будто и не было недавней вспышки:

— Мой косяк, не стоило сорить психами. Как-нибудь в другой раз обязательно сходим в ресторан, а сегодня не выйдет — я поменял билет и улетаю дневным рейсом.

— Да что ж вы все так спешите? — всплеснула руками Чжоу Пин. — У меня тут что, логово монстров?

Она взяла со стола фирменный пакет:

— На, держи. Это передал господин Тань. Сказал, твои любимые духи, а внутри ещё стихотворение, которое он написал для тебя на шоу. Притворяется он или искренен — неважно, такой жест дорогого стоит. Другие участники даже не поинтересовались увлечениями своих поклонников.

Цяо Хуайцин принял подарок, даже не заглянув внутрь:

— Ну да, суперзвезда с многомиллионной армией фанатов делает мне подарок... Должно быть, я на седьмом небе от счастья! Куда уж мне требовать большего. Передайте ему моё спасибо.

— А ты разве не взял его контакты? — удивилась Чжоу Пин.

Хуайцин лишь пожал плечами:

— С какой стати кумиру писать какому-то фанату? Это просто вежливость на камеру, а вы и приняли за чистую монету.

— Да ну... — Чжоу Пин не верила, что Тань Юйши способен на фальшь, но настаивать не стала: всё-таки они едва знакомы. — Ладно, лети домой и отдохни. Если что — я на связи.

— Спасибо, сестра Чжоу.

Не успел Хуайцин сделать и пары шагов, как его перехватила Жэнь Сяосюань. Затащив его в глухой уголок коридора, она таинственно зашептала:

— Слушай, я давно хотела тебе кое-что сказать.

Хуайцин вскинул бровь:

— Госпожа Жэнь, я, конечно, понимаю: я помог тебе вывести изменника на чистую воду, и твой восторг вполне объясним, но вынужден разочаровать. Я по парням.

Сяосюань закатила глаза:

— Поубавь самовлюблённость, красавчик! Я в тебе вижу максимум подружку. И вообще, я всё обдумала: стоит избавиться от козла, как тут же прёт масть. Выходит, мужики просто блокировали мою денежную энергию! Пока не сколочу состояние, никакой личной жизни. Вот заработаю кучу денег — тогда и найду какого-нибудь красавчика для развлечения.

Хуайцин поднял большой палец:

— Правильный настрой, подруга. Респект.

— Не паясничай, я серьезно, — понизила голос Сяосюань, оглядываясь по сторонам. — Я никому об этом не рассказывала... В тот день я сильно перебрала и не придала значения одной детали. Но сегодня, глядя на то, как господин Тань с тобой держится, картинка наконец сложилась. Ты знаешь, почему он вообще согласился на участие в нашем шоу?

— Поговаривают, из-за личных связей с сестрой Чжоу?

Сяосюань покачала головой:

— Какое там! Будь у неё такие связи, разве стала бы она ночами не спать из-за кастинга? Мне позвонила менеджер Таня и сказала, что он хочет участвовать. Но перед этим спросила: кто тот парень с моей фотографии в соцсетях?

Их взгляды встретились. В груди Хуайцина ёкнуло, появилось нехорошее предчувствие:

— Ты про меня, что ли?

— Про тебя! — возбуждённо подскочила Сяосюань, тут же сбавив тон. — Я сначала подумала, она просто к слову спросила. Но что, если... что, если он согласился на шоу только из-за тебя? Ты раньше не был знаком с ним или с его менеджером Ци Фан?

Хуайцин усмехнулся:

— Ты правда думаешь, что я похож на человека, знакомого с топ-звёздами? Завязывай читать любовные романы, там и не такое напишут. Спросила и спросила, обычное любопытство. Он уехал сразу после съёмок, даже не попрощавшись. Стал бы он проделывать такой путь ради меня?

— Ну... пожалуй, — Сяосюань озадаченно взъерошила волосы. — Наверное, я действительно накрутила себя. Или с перепоя всё перепутала. Забудь.

— Если больше ничего нет, я пойду?

— Да, давай. Я вызову тебе такси, — махнула рукой Сяосюань. — До встречи в следующем выпуске! Жду не дождусь ваших с господином Танем сценок.

«Ишь чего захотела. Да я в следующем выпуске из фаната в хейтеры переобуюсь».

***

Вернувшись в номер, Цяо Хуайцин быстро собрал чемодан, помчался в аэропорт и успел на ближайший рейс до Цзиньчэна. Дома он был уже в шесть вечера.

Весь сегодняшний день казался сюрреалистичным сном.

Утром — страстный флирт с суперзвездой. Днём — томительное ожидание в номере, когда после душа он считал минуты до его прихода. А вечером он, как побитый пёс, тащит чемодан в пустую квартиру.

Ни поцелуя, ни обещанных стихов. Только отсиженная до онемения задница.

Столько всего наобещал — и хоть бы что-то сбылось! Откупился флаконом духов, тварь.

Да пошёл ты к чёрту, Тань Юйши.

Бросив чемодан в угол, Хуайцин даже не стал его разбирать. Смотреть на фирменный пакет не хотелось вовсе. Он подхватил на руки подбежавшую коротколапую дочурку и уткнулся носом в её мягкую шерсть:

— Ох, малютка моя, соскучилась по папочке? М-м? Будешь сегодня спать со мной?

— Твоего папу обвели вокруг пальца, Эгг Тарт... У-у-у, одиноко и тоскливо на душе. Поутешай меня, а?

— Консерву хочешь? Ладно-ладно, сейчас открою. Поешь — и марш ко мне под бок!

Он долго болтал сам с собой, выложил паштет, выдавил лакомство из пакетика и остался сидеть на диване, наблюдая, как кошка уплетает угощение. И вдруг невесело хохотнул:

«И надо же было так влипнуть...»

Голос тихим эхом отдался в пустой гостиной.

«Прекрасно ведь знал, что актерам верить нельзя».

***

Как бы то ни было, а ужинать надо. Страдать по мудаку — слишком нескромная роскошь.

Пролистав список заведений в закладках, Хуайцин выбрал хунаньский ресторанчик, куда давно собирался съездить, и вытащил двух друзей. К семи вечера они уже сидели за столом. Правда, Ло Кайнань притащил с собой парня.

— Ты всё равно мои слова в штыки воспринимаешь, вот я и попросил Цзыяня с тобой поговорить, — заявил Кайнань.

Возлюбленный Кайнаня, Чжань Цзыянь, был старше их троих на несколько лет. Профессор философии, человек безупречных манер и невероятного обаяния — общаться с ним всегда было одно удовольствие. Но сегодня Хуайцин был совершенно не в том настроении.

— Из-за такой ерунды ещё и господина Чжаня дергать, — пробормотал Хуайцин, с жадностью набрасываясь на еду. Из-за дневной суматохи он остался без обеда и теперь был голоден как волк. — Профессор Чжань, не слушайте его. Я уже взрослый мальчик, сам во всём разберусь. Кайнань просто вечно суёт нос не в своё дело.

Чжань Цзыянь мягко улыбнулся:

— Ну, Кайнань действительно иногда проявляет гиперопеку.

— Вот! — Хуайцин развёл руками. — Твоя же половинка это подтверждает!

Ло Кайнань поморщился:

— Эй, ты на чьей стороне?

Цзыянь накрыл его ладонь своей под столом и едва заметно сжал, успокаивая:

— Я просто верю в здравомыслие Хуайцина. Он хоть и хвастается постоянно, что после получения процента от продаж игры накупит себе красавчиков-моделей, но мы-то знаем, что он никого нанимать не станет.

Кайнань на это наверняка буркнул бы что-то вроде: «Да он просто треплется». Но из уст профессора та же мысль прозвучала невероятно деликатно.

Хуайцин, вовсю уплетавший раков, принялся очищать очередной хвост:

— Ещё чего, подхватить какую-нибудь дрянь не хватало. В нашем деле нужен строгий отбор! Чтобы обеспечить себе долгую и счастливую интимную жизнь, беспорядочные связи противопоказаны. Брать надо только лучшее. К тому же у меня на попечении сестрёнка, матушка да ещё и дочка-кошка. Помру раньше времени — кто о них позаботится?

У Ди только ртом захлопал:

— Ну у тебя и аргументы против разврата... Я-то думал, ты из моральных соображений кобелировать не хочешь...

Хуайцин гордо вскинул подбородок:

— Наличие отсутствия морали полностью защищает меня от морального шантажа!

Цзыянь подхватил тему:

— Раз уж ты так рассуждаешь, найди кого-то одного — самого достойного, — и храни ему верность. Это и безопасно, и разумно. Я, кстати, не совсем согласен с Кайнанем. Мы этого артиста не знаем, а ты с ним общался лично. Если тебе показалось, что ты ему симпатичен, может, так оно и есть?

Пальцы Хуайцина, чистившие рака, замерли. А затем с треском переломили панцирь!

Хруст! Голова рака была беспощадно откручена.

У Ди аж вздрогнул. Ему показалось, что Хуайцин свернул шею не раку, а конкретному человеку.

— Проехали, — буркнул Хуайцин, опустив глаза. Энтузиазм угас без следа. — Он мне больше не интересен. Да и не было между нами ничего. Потрепались и разъехались. Так что не раздувайте, а то ещё иск за клевету пришлёт.

Кайнань и Цзыянь переглянулись, мгновенно всё поняв.

И только единственный гетеросексуал за столом, У Ди, беспечно заржал:

— Так это была шутка? А я-то испугался! С чего бы вдруг такой звезде западать на тебя.

Хуайцин подхватил его тон с той же наигранной легкостью:

— Подумаешь, звезда! Нужен он мне больно.

В этот момент телефон на столе зажужжал.

На экране светился незнакомый номер.

Хуайцин замер. Затем быстро сбросил одноразовую перчатку, вытер влажной салфеткой пальцы и взял трубку, но отвечать не спешил.

— Ты чего не берешь? — поинтересовался У Ди.

— Подождёт, — тихо прошептал Хуайцин. Голос его прозвучал еле слышно. — Пусть немного подождёт.

Выждав с десяток гудков, он наконец нажал на кнопку ответа, откашлялся и произнес подчеркнуто холодным, отстранённым тоном:

— Алло? Кто это?

Трубка отозвалась грубым, прокуренным басом:

— Алло! Это районное управление полиции! К нам поступила ориентировка, вы подозреваетесь в совершении преступления...

—...

Вся компания наблюдала, как выражение надменного величия на лице Хуайцина сменяется мрачной, леденящей душу злобой.

—... Преступления? — перебил он мошенника. — Хм... Вы про то убийство? Наконец-то вышли на мой след?

На том конце провода наступила пауза. Слышно было, как аферист обомлел от неожиданности, явно не рассчитывая нарваться на настоящего маньяка.

— Э-э... ну да, — неуверенно замялся «полицейский». — Именно про это дело... А... а зачем вы его убили?

— Захотел и убил, не твоё собачье дело! Сил хватит — приди и поймай меня, — оскалился Хуайцин. — Еще раз позвонишь, сука, — всю твою семью вырежу.

—.........

Звонок мгновенно оборвался.

Хуайцин как ни в чём не бывало попросил у опешившего официанта новую пару перчаток. Не успел он очистить и двух раков, как тот же номер звякнул снова.

— Совсем страх потеряли? — Не желая снова снимать перчатки, Хуайцин ткнул локтем телефон в сторону У Ди: — Нагни этого урода.

У Ди открестился:

— Не, я так виртуозно хамить не умею. Ло-гэ, давай ты! У тебя голос суровее.

Ло Кайнань нахмурился:

— Да сбрось ты его, и дело с концом.

— Ага, щас! Из-за таких тварей люди последнее теряют. Скажи им пару «ласковых»!

— Твоя мораль просыпается в самые неожиданные моменты, — вздохнул Кайнань, беря трубку.

Он не стал церемониться и с ходу рявкнул в динамик:

— Пошёл на хер, мразь, не до тебя!

И тут же отбил звонок.

— Это точно тот же номер? — обеспокоенно спросил Чжань Цзыянь.

— Не знаю, не вглядывался, — буркнул Кайнань.

Секунду спустя телефон снова зазвонил.

Мошенники обычно работают по площади: если жертва не клюнула, переключаются на следующую. Донимать одного и того же человека никто не станет.

На этот раз Кайнань решил не рубить с плеча.

— Алло, слушаю, — произнёс он сдержанно.

В трубке повисло краткое молчание, после чего раздался глубокий, бархатистый мужской голос:

— Прошу прощения... Кажется, я ошибся номером. Вы ведь не Цяо Хуайцин?

— Я его босс. А вы кто?

Собеседник назвался.

— А-а, так вы та самая суперзвезда, — Кайнань посмотрел на Хуайцина, который мгновенно окаменел и уставился на него дикими глазами. На губах Кайнаня расплылась ядовитая ухмылка. — Он рядом. Успокойте паренька, а то ваш маленький фанат от тоски по вам уже готов всю семью звонившего вырезать.

http://bllate.org/book/34781/4548988