Готовый перевод Playing Tricks / Игры с подвохом: Глава 5

Глава 5

Минут через пятнадцать такси докатило до места. Съёмки проходили в арендованном профессиональном павильоне. Организаторы сработали на совесть: едва Цяо Хуайцин ступил на асфальт, как его тут же подхватила встречающая ассистентка.

Кадры из фильма всё ещё прокручивались в голове, но, к счастью, сопровождавшая его девушка оказалась общительной. Пара непринуждённых фраз помогла ему стряхнуть наваждение и вернуться в реальность.

Да и если поразмыслить, тревожиться не о чем. Такие люди, как Тань Юйши, обитают на совершенно иной высоте. Встретить его единожды — уже редкая случайность, переплестись с ним путями снова едва ли получится.

Вслед за ассистенткой Цяо Хуайцин поднялся в гримёрку. Толкнув дверь, он обнаружил в комнате четверых человек и визажиста. Судя по всему — остальные фанаты-непрофессионалы. У сотрудницы нашлись другие дела, и, оставив их пятерых знакомиться, она удалилась.

Хуайцин окинул помещение быстрым взглядом. Двое выглядели совсем юными — скорее всего, студентки. Две другие постарше, лет двадцати семи-двадцати восьми. Как и ожидалось, он оказался единственным мужчиной среди поклонников. Девушки тоже разглядывали его с нескрываемым любопытством, но, поскольку все только прибыли и не успели толком присмотреться друг к другу, разговор не клеился.

До его череды на грим оставалось ещё прилично времени, поэтому Хуайцин решил растопить лёд первым:

— Всем привет! Я пришёл ради Сяо Мучэна. А вы к кому?

Благодаря его инициативе остальные тоже оживились и стали представляться.

Цяо Хуайцин заранее ознакомился с концепцией шоу и знал имена остальных трёх приглашённых звёзд. Хотя режиссёр Чжоу Пин и утверждала, что в этом сезоне все участники имеют опыт съёмок в кино или сериалах, на деле громких имён среди них не числилось.

Сяо Мучэн в прошлом году снялся в провальном веб-сериале, так что к категории актёров примазался с огромной натяжкой.

Шэн Синбо — блогер и модель, прославившийся благодаря коротким видеороликам; его заметил скаут и подписал в агентство.

Оставшиеся двое куда больше соответствовали статусу: у обоих за плечами завалялось по десятку лет съёмок.

Цао Цзин окончил профильный вуз и пробивал себе дорогу с самых низов, перебиваясь массовкой, пока не выбился во второстепенные роли — словом, по количеству работ он превосходил остальных.

Ду Си некогда был популярным ребёнком-актером, но, повзрослев, немного утратил прежний лоск и уже несколько лет не получал значимых ролей. Зато его узнаваемость среди публики оставалась наивысшей — лица вроде его знали все, чьё детство пришлось на восьмидесятые и девяностые.

Девушки постарше пришли ради Цао Цзина и Ду Си, а самая юная, девятнадцатилетняя, оказалась фанаткой Шэн Синбо. Цяо Хуайцин перевёл взгляд на последнюю девушку — короткостриженную ровесницу:

— А ты чей фанат?

Остальные тоже уставились на неё с живым интересом. Все знали, что этому проекту, созвавшему сплошных ноунеймов и третьесортных артистов, сказочно повезло заполучить настоящую звезду первой величины. Однако продюсеры держали имя в строжайшем секрете, а отбор фанатов проходил с особым пристрастием и подписками о неразглашении. В сети ходили слухи, но ни единого подтверждения не всплыло.

Симпатичная короткостриженная девушка, с виду очень кроткая, тихим и смущённым голосом сбросила настоящую бомбу:

— Я... поклонница Тань Юйши.

— Чего?!

— Чёрт, да ладно?!

— Как он вообще тут оказался?

Все трое ахнули в один голос.

Визажист, ловко орудуя кистью, не удержалась от участия в сплетнях:

— Вы только узнали, что ли? Да-да, это правда он. Я сама, когда услышала, чуть кисть из рук не уронила. Поговаривают, это благодаря личным связям режиссёра Чжоу.

— Ничего себе режиссёр Чжоу даёт! Затащить самого Тань Юйши...

— Мощно. Тань Юйши и мой краш тоже! Он вернулся в страну больше года назад, но я ни разу не видела его в развлекательных шоу.

Визажист усмехнулась:

— Ты с такими признаниями поосторожнее! Съёмки ещё не начались, а ты уже на сторону перебегаешь. Смотри, а то режиссёр Чжоу быстро тебе замену найдёт.

— Ой, точно-точно! Ни слова больше. Спасибо, что предупредили!

— Да не за что.

Закончив с тоном, визажист потянулась за палеткой теней и случайно заметила в зеркале симпатичного парня, задавшего первый вопрос. Тот сидел ни жив ни мёртв, не роняя ни слова. Удивившись, она небрежно поинтересовалась:

— Красавчик, а ты чего притих?

Цяо Хуайцин выдавил из себя мученическую улыбку:

— Да вот думал, где бы присмотреть местечко на кладбище. Поуютнее.

—?

Девиз «сиди тихо и не отсвечивай» должен стать не просто его жизненным правилом, а надписью на надгробии.

Грим и фотосессия пяти фанатов заняли от силы часа два. Хуайцин завершил съёмку последним. У самого выхода его окликнул фотограф.

Мужчина протянул ему визитку:

— Рад знакомству. У тебя отличная фактура, потрясающая пластика. Не думал о карьере фотомодели? Могу сосватать пару контактов.

Цяо Хуайцин принял карточку:

— Модель из меня так себе. А вот если у вас на примете есть одинокие парни-модели — лучше познакомьте с ними.

Фотограф мгновенно всё понял:

— Ха, да это запросто! В нашей тусовке их пруд пруди. Но раз ты фанат Сяо Мучэна, разве не его ты мечтаешь подцепить?

Цяо Хуайцин покрутил указательным пальцем:

— Ноу-ноу. Я принципиально не связываюсь с гетеро.

— А с чего ты взял, что он натурал?

Хуайцин приставил палец к макушке, изображая антенну:

— У меня встроенный гей-локатор.

Фотограф задорно расхохотался:

— А ты забавный. — Сбавив тон до таинственного шепота, он добавил: — Тогда тебе стоит закинуть удочку в сторону Тань Юйши. Про него отроду не слыхивали ни о каких романах с бабами. Зуб даю, он по парням.

Хуайцин покачал головой:

— Не мой тип.

Фотограф аж рта от изумления не закрыл:

— Даже такой красавец не в твоём вкусе?! На этой планете вообще существует твой тип?

— Да дело не в этом. Я терпеть не могу актёров. Чем талантливее играет, тем тошнотворнее.

— Это ещё почему? Не улавливаю логики.

— Мой личный пунктик. Некоторые вот кинзу не переносят, я их тоже не понимаю.

— Специфический у тебя пунктик...

Фотографу пора было переключаться на съёмки приглашённых звёзд, так что разглагольствовать дальше времени не оставалось. Цяо Хуайцин и сам не горел желанием глазеть на местных знаменитостей. Услышав от ассистентки, что Сяо Мучэн только что прибыл и сейчас находится в гримёрке, он решил не спеша прогуляться туда — поздороваться со своим «кумиром».

Едва подойдя к двери, он услышал доносившийся изнутри недовольный возглас:

— С какого перепуга только у меня фанат — мужик?! Режиссёр ко мне личную неприязнь питает, что ли?

Дверь в гримёрку была тонкой, так что Хуайцину даже прижиматься к ней не пришлось, чтобы услышать елейный голос ассистента Сяо Мучэна:

— Брат Сяо, так фанат-парень — это же отлично! Подумай сам: у всех остальных девчонки, а у тебя парень. Какой контраст, сколько внимания! К тому же сейчас тему мужской дружбы и фансервиса с руками оторвут. Самый верный способ поднять охваты и набрать аудиторию!

Сяо Мучэн предложением не впечатлился:

— Да брось ты! Тут Тань Юйши пожаловал, кто на меня вообще смотреть станет? На кой черт я вообще подписался на это шоу? Одно сплошное наказание, никакой выгоды.

— Ну... нас больше никуда и не звали, — промямлил ассистент.

Судя по всему, Мучэн одарил его уничтожающим взглядом, потому что в комнате воцарилась гробовая тишина.

Цяо Хуайцин скривился и шагнул прочь. В очередной раз убеждаешься: селебрити милы только через экран монитора. Впрочем, на характер Сяо Мучэна он особых надежд и не возлагал. Будь тот хоть капельку амбициознее и трудолюбивее, его вокал и хореография не оставались бы настолько днищенскими.

Засунув телефон в карман — ничего другого при нём всё равно не было, — Хуайцин вышел на улицу, поймал такси и покатил обратным маршрутом в отель.

Едва задние огни такси скрылись за поворотом, на парковку въехал чёрный автомобиль.

Тао Юань выскочил первым и настороженно огляделся по сторонам:

— Босс, кажется, тут папарацци с камерой. Поправь причёску...

Однако Тань Юйши, сделав широкий шаг длинными ногами, обогнал его на полкорпуса и устремился прямо к павильону, словно куда-то сильно спешил. Тао Юань опешил и поспешно устремился следом.

Размах приёма Тань Юйши разительно отличался от скромной встречи фанатов. Встречать его высыпали не только ассистенты, но и оставшиеся гости с поклонницами. Фотограф лично выскочил навстречу — при виде легенды его сердце заколотилось как бешеное.

Ростом под метр девяносто, Тань Юйши возвышался над любым присутствующим, а пропорциями фигуры превосходил даже профессионального фотомоделя Шэн Синбо. Чёрный тотал-лук, темные очки — открытая нижняя часть лица казалась выточенной из сурового мрамора. Когда он двигался навстречу, казалось, будто он выкачивает весь воздух вокруг: у окружающих перехватило дыхание.

Настоящая аура крупного босса — слухи не врали.

Сглотнув сухую слюну, Гу Хэн согнулся почти пополам в почтительном поклоне:

— Господин Тань, здравствуйте! Меня зовут Гу Хэн, сегодня я отвечаю за вашу съёмку.

Тань Юйши сдержанно отозвался и снял очки:

— Я здесь младший, так что зовите просто Юйши.

Гу Хэн обомлел от такой обходительности:

— Оу, хорошо... Юйши, вы со своим визажистом или воспользуетесь услугами нашего?

— Давайте вашего. — Тань Юйши слегка повернул голову, окинув присутствующих быстрым, цепким взглядом, и вдруг спросил: — Все фанаты уже здесь?

Гу Хэн честно отчитался:

— Один парень только что закончил и уехал, а остальные четверо — да, тут.

—... Вот как. — Юйши застыл на месте, опустив густые ресницы. Он больше не проронил ни слова и не сделал ни единого движения.

Пока он стоял неподвижно, никто не смел сделать и шага.

Если брать статус и весовую категорию в шоу-бизнесе, оставшиеся четыре участника, вместе взятые и умноженные на пять, не дотягивали бы до его уровня.

Почувствовав, как атмосфера становится ощутимо натянутой, Тао Юань торопливо вмешался:

— Босс, может, пойдём на грим? Закончим пораньше — быстрее вернёмся в отель отдыхать.

Тань Юйши не подтвердил и не опроверг его слова, лицо его оставалось непроницаемым. Внезапно он снова обратился к Гу Хэну:

— Я могу посмотреть кадры, которые вы только что сделали для фанатов?

От этих слов четыре девушки дружно ахнули, не в силах скрыть изумления.

Они задерживались здесь после съёмок именно ради того, чтобы хоть краем глаза взглянуть на своего кумира.

И если не считать Сяо Мучэна, остальные звёзды со своими фанатами перекинулись парой слов, но ни у одного не возникло мысли глянуть на их снимки.

Гу Хэн тоже не ожидал подобной просьбы. Подумать только, да перед такой заботой кто угодно устоять не сможет! Он торопливо жестом пригласил его:

— Конечно-конечно! Все исходники скинуты на ноутбук, прямо здесь.

Тань Юйши присел за ноутбук, напрямую подключенный к камере. Гу Хэн потянулся было перелистывать кадры, но Юйши мягко остановил его:

— Я сам. Клавиши «влево» и «вправо», верно?

— Да-да, именно.

— Хорошо.

Гу Хэн полагал, что тот просто бегло пролистает фотографии ради приличия. Однако Тань Юйши вновь поразил всех до единого: он внимательно, снимок за снимком, просмотрел кадры первых четырёх фанаток и даже сделал пару точечных замечаний по свету и ракурсам. В завершение он добавил:

— В целом отлично. Постарайтесь отретушировать их поаккуратнее: девушки всё-таки впервые участвуют в подобном.

Гу Хэн готов был прямо на месте пасть перед ним ниц от восхищения. Судя по выражениям лиц четырёх фанаток, те находились примерно в аналогичном экстазе.

Остальные звёздные гости переглядывались с откровенным смущением.

Но поделать ничего не могли: отыгрывал ли Тань Юйши образ идеального, заботливого айдола или делал это от чистого сердца, проявлял он куда больше чуткости, чем все они вместе взятые.

Шоу ещё даже не начали снимать, а иерархия и разница в классе уже проявились во всей красе.

Тань Юйши не отрывал взгляда от экрана. Его палец лёгким касанием перелистнул кадр.

На мониторе появился последний участник.

У Тао Юаня глаза на лоб полезли.

Снимок, это синеволосое недоразумение... Да это же тот самый «браток-с-извинениями» из аэропорта! Кто же ещё?!

— Босс, он... — Тао Юань уже собрался стукнуть на него, как вдруг заметил, что пальцы босса плавно скользнули по тачпаду, приближая лицо парня.

По правде говоря, называть его «братком-с-извинениями» рука не поднималась — глядя на эту рожу, хотелось не извинений требовать, а возносить благодарности богине Нюйва за то, что вылепила столь безупречную красоту на радость человеческим глазам.

Заметив, что Тань Юйши задержался на этой фотографии дольше обычного, Гу Хэн забеспокоился:

— Что-то не так? Плохо получилось?

— Нет. Очень хорошо.

Лицо Юйши оставалось абсолютно непроницаемым. Он ровно, без спешки переключал кадры — один за другим. В его темных, как бездна, зрачках отражался силуэт синеволосого юноши, меняющего позы на снимках.

Он досмотрел серию до самого конца, так и не высказав в адрес этого фаната ни единого замечания.

http://bllate.org/book/34781/4339937