Готовый перевод Playing Tricks / Игры с подвохом: Глава 1

Мужчины — удивительные углеродные формы жизни, среди которых непростительно часто встречаются идиоты и похотливые самцы.

Цяо Хуайцин держал в зубах тонкую пакетированную пластинку с презервативом и небрежно гонял её вверх-вниз, отчего ровные белоснежные зубы ритмично поскрипывали о пластик.

Обстановка в почасовом номере за восемьдесят юаней за четыре часа блеском не отличалась. Из всей мебели — одна лишь двуспальная кровать.

Судя по тому, что простыня под подушкой была изодрана в клочья, у предыдущих постояльцев тут кипели нешуточные страсти. Горничная, видимо, решила, что надёжно спрятала изъян, но Цяо Хуайцин, подложив подушку под спину, чтобы не сдирать кожу о жёсткую спинку кровати, заметил дыру с первого же взгляда.

Завидую. Вот уж кто-то оторвался от души.

Что до мужика, застрявшего сейчас в ванной — плотного, кряжистого, ростом от силы метр семьдесят пять, — то его, по оценкам Хуайцина, хватит от силы минут на десять.

Шум воды затих. Спустя пару мгновений из ванной вывалился хозяин номера в небрежно запахиранном халате. Выставив напоказ отвисшие складки на груди — видимо, искренне считая это сексуальным, — он с масленой ухмылкой взгромозддился на кровать и пополз к своему главному трофею этого вечера:

— Заждался, крошка?

Парень, опиравшийся на изголовье, отложил телефон, вынул изо рта презерватив и уставился на него в упор тёмными, немигающими глазами:

— Ничего страшного. Скоро ты мне всё компенсируешь.

Мужчина тяжело сглотнул.

Сколько лет он флиртовал в сети, но такой красавчик-пассив сам напросился на встречу впервые. Поначалу он подозревал, что на аватарке чужое фото, но, руководствуясь принципом «нахаляву и уксус сладок», всё же пришёл.

И сорвал куш.

Парень выглядел так, будто сошёл с ретушированного снимка: каждая черта лица по отдельности ласкала взгляд, а вместе они складывались в ту самую редкую, незабываемую красоту. Выглядел он совсем юным, совсем ещё студентом.

Впрочем, судя по тому, как ловко он флиртовал, о невинности речи не шло — перед ним был тёртый калач.

Тем лучше. Похотливый ангелочек — идеальное сочетание.

Сам мужчина свои возможности оценивал трезво: кончить за пару минут — позор на всю жизнь. Поэтому, чтобы потянуть время, он решил завязать разговор:

— Говоришь, учишься ещё? На художника? И что обычно рисуешь?

Вопрос сопровождался попыткой погладить парня по щеке. Нащупав гладкую, нежную кожу, мужик невольно повёл пальцами ниже...

Цяо Хуайцин перехватил его запястье, чуть склонил голову и прижал его ладонь к своему лицу, задорно мигнув:

— Да всё подряд. В последнее время хочется нарисовать что-нибудь эротическое, да вот беда: практики маловато, позы не знаю... Научишь меня?

От восторга мужик густо покраснел:

— Ха! Конечно научу! Чуть позже... хе-хе... А что ещё любишь?

Цяо Хуайцин приложил палец к губам, будто наивный ребёнок, глубоко задумавшийся над ответом:

— Хм... Ещё фанатею от знаменитостей.

— Фанатеешь? — мужик аж просиял. — Вот так совпадение! Я же на телевидении работаю! Моя дев... э-э, то есть коллега — продюсер программ. У неё связей среди звёзд — пруд пруди. Чей автограф хочешь? Достану!

— Правда? Вот это да! — Цяо Хуайцин перевёл палец на его сальные, толстые губы и медленно провёл по ним, оставляя тепло кожи. — Заранее спасибо, братец.

Мужик обомлел, и дыхание его заметно участилось.

Расценив, что момент настал, Цяо Хуайцин снова взял пакетик с презервативом, приоткрыл рот, высунул кончик языка и провёл им снизу вверх по упаковке, оставив влажный, откровенный след:

— Я больше не могу терпеть... Хочу тебя, братец...

Мужик судорожно вздохнул — от этого «братца» у него окончательно сорвало башню. Забыв обо всём на свете, он набросился на парня, грубо срывая с него халат:

— Сейчас всё будет! Всё дам!

Парень тихо простонал и капризно протянул:

— Нежнее, братец...

— Что, уже невтерпёж? Сейчас так застонешь — весь дом услышит! — Мужик жадно уставился на обнажившееся белое плечо, едва не брызгая слюной от вожделения, и потянулся щупать дальше.

Цяо Хуайцин запахнул халат и, изобразив смущение, отвернулся. При этом его проницательный взгляд непринуждённо скользнул по паховой зоне собеседника.

Матерь божья... Пробник губной помады. Переоценил я его. Тут и трёх минут не наберётся.

Заметив его движение, мужик, вообразив себя нежным любовником, сложил губы бантиком и потянулся за поцелуем:

— Ты чего, крошка? Братик тебя напугал? Давай, братик поцелует, не бойся...

На лоснящихся от жира губах красовалась небритая щетина.

Цяо Хуайцин ушёл из дома, даже не поужинав. А этот жмот при встрече пожалел денег хотя бы на перекус и сразу потащил его в этот клоповник. Желудок и так крутило от голода, а от такой картины Хуайцина едва не вывернуло наизнанку.

За тонкой, лишённой всякой звукоизоляции дверью раздались торопливые шаги. Несколько человек стремительно приближались к номеру.

Сальная физиономия мужика уже почти уткнулась ему в щёку.

Ну наконец-то.

Цяо Хуайцин хмыкнул, мгновенно сменил выражение лица, цапнул эту свиную рожу всеми пятью пальцами и, будто баскетбольный мяч, со всей дури впечатал её в подушку!

В то же мгновение морда мужика перекосилась. Сдавленный за щёки, с выпученными от ужаса глазами и выпяченными губами, он стал похож на раздувшуюся золотую рыбку.

На руках Хуайцина натянулись рельефные мышцы — результат регулярных и дисциплинированных тренировок в зале.

Против такого дряблого, заплывшего жиром любителя дешёвых похождений у этого увалистого борова не было ни единого шанса.

— Дружище, лапшу на уши другим вешай, а сам-то в сказки не верь, — процедил Цяо Хуайцин.

Он снова зажал презерватив в зубах и с размаху сплюнул его прямо в жирную физиономию.

— С твоим-то отростком рассчитывать на папочкин размерчик XL? Да я лучше пальцем перебьюсь.

Мужик багровел, но вместо унижения почувствовал лишь дикий азарт. Коверкая слова выпяченными губами, он пробормотал:

— М-м-м... А ты дикий. Давай, матерись дальше, братцу нравится...

Цяо Хуайцин церемониться не стал. Разомкнув пальцы, он с отмаши звонко прописал ему сочную пощёчину:

— Нравится, говоришь?

Мужик, зажав щёку, закивал как сумасшедший:

— Да, да! Давай ещё! Бей!

Цяо Хуайцин с удовольствием шёл ему навстречу и всыпал ещё четыре отменных леща. Наблюдая, как и без того опухшая рожа превращается в сдобную булку, он скалился в хищной ухмылке:

— Ты тут так лихо развлекаешься... А Жэнь Сяосюань в курсе?

Мужик, только что млевший от кайфа, при звуках этого имени мгновенно одеревенел. На смену похоти в его глазах пришёл липкий страх:

— Т-ты... Откуда ты знаешь мою девушку?!

Не успел он закончить фразу, как за дверью пискнул электронный замок, и в номер ворвалась целая делегация.

Заводила — девица с заплаканными, красными от ярости глазами — с порога зашлась в крике:

— Пэн Гаофэй, ты, проклятый педик! Захотел из меня сделать жену-ширму?! Тьфу на тебя! Слава богу, я вовремя увидела твою гнилую нутро!

За её спиной толпились подружки с камерами наготове, непрерывно щёлкая вспышками и наперебой подхватывая брань:

— Бессовестный гей! Только в гробу от тебя толк будет!

— Сяосюань с тобой два года встречалась! Как у тебя совести хватило её дурачить?!

— Мерзость! Скотина! Все мужики — козлы!

Цяо Хуайцину очень хотелось обернуться и сказать: «Эй, девчата, меня-то за компанию не гребите!», но светить лицом перед камерами не входило в его планы. Поэтому он просто спустил халат с плеч, повернулся боком и продемонстрировал плоскую грудь — исключительно чтобы доказать свой пол и оставить для них неопровержимое доказательство грехопадения её жениха.

Пэн Гаофэй от неожиданности потерял дар речи. Заметавшись, он орал:

— Не снимайте! Не надо! Сяосюань, я всё объясню! Это он... он мне что-то подсыпал!

При этом он судорожно пытался натянуть халат обратно на Хуайцина:

— Ты, тварь бесстыжая! Оденься немедленно! Не вводи мою девушку в заблуждение!

Цяо Хуайцин пропускал его вопли мимо ушей. Дождавшись, пока подруги Жэнь Сяосюань сделают достаточно снимков, он окончательно скинул халат, быстро влез в свои вещи, засунул нераспечатанную упаковку презервативов в карман и перед выходом хлопнул Сяосюань по плечу:

— Про пропуск на фан-встречу не забудь. Своё задание я выполнил, так что бывайте.

Жэнь Сяосюань прикусила губу и схватила его за рукав:

— Погоди... Вы же с ним ничего не успели?

Хотя с парнем-геем было покончено навсегда, ей всё равно было бы тошнотно, если бы этот красавчик переспал с её бывшим.

Уж больно хорош он был собой — и лицом, и фигурой превосходил многих известных актёров. Вряд ли хоть один гей устоял бы перед таким предложением...

— Подними планку, госпожа Жэнь, — отозвался парень, и первая иллюзия о его «утончённости» мгновенно разлетелась в дребезги. — На такое свиноподобное недоразумение я бы и за приплату не зарился. Не изображай из себя святую, добродетель проявляют иначе.

Он качнул головой, откинул щёлку и направился к двери:

— Я накачиваю эти ягодицы на приседаниях каждый день не для того, чтобы обслуживать подобное. Нашёл тоже, из пушки по воробьям палить.

Цяо Хуайцин качнул головой, откинул челку и направился к двери.

— Моё заведение открыто строго от восемнадцати сантиметров. Всё, что ниже — пролетает мимо кассы.

http://bllate.org/book/34781/4313498