Готовый перевод My Teacher Isn't Human / Учитель не человек!: Глава 13

— Хьюз, умоляю… пощади меня! — Стрейд понимал: стоящий перед ним мужчина — вовсе не добрый самаритянин. Количество загубленных им душ было куда внушительнее, чем у самого Стрейда. И если Хьюз явился сюда, то вовсе не ради того, чтобы вершить правосудие над теми, кого погубили в городке Мишетон, а лишь затем, чтобы притащить обратно свою добычу — Стрейда, посмевшего сбежать.

Если жизнь можно купить, отбросив всякую гордость и просто вымаливая её, то почему бы и нет?

Однако стало ясно: некая таинственная фигура в этом городке заставила Хьюза изменить планы. Он ни за что не позволит Стрейду покинуть это место живым.

— Не волнуйся. Пока наш загадочный гость не останется доволен, ты будешь жить. Что же касается тех, кто носит фамилию Винчестер… за то, что они посмели вмешаться в дела моей игрушки, я с ними расправлюсь. Ну что, Эйвери, ты ведь счастлив? — чем мягче звучал голос Хьюза, тем зловещее становилась его улыбка. Казалось, он во всём старается угодить Сариэлю, чьего имени даже не знал. Но какая Хьюзу от этого выгода?

— Господин Хьюз… — Стрейд почти распластался на земле, выглядя таким же жалким и истрёпанным, как брошенная ветошь.

— Ты ведь знал, к чему всё придёт. Зачем же тогда пытался сбежать от меня, Эйвери? — Хьюз всё ещё помнил, как впервые увидел этого щенка: с миловидным личиком, как он жалобно молил о превращении. Такой мелкий… такой слабый человек… почему же он сбежал, не дождавшись завершения ритуала?

— Ха-ха. — Услышав этот вопрос, Стрейд, уже отбросивший остатки самоуважения, вдруг рассмеялся. Словно махнув на всё рукой, он смело поднял взгляд на вампира-графа, именуемого Хьюзом. — Потому что с самого начала вы собирались не просто обратить щенка, а завести себе новую забаву, верно? Люди ведь тянутся к свободе. Когда я узнал об этом, то понял: такие условия труда слишком отличаются от ожидаемых. Уж лучше быть учителем в начальной школе… Гх-а!

Стрейд не успел договорить: в его лицо впечатался шипованный сапог. Острая боль и головокружение от потери крови лишили его последних сил даже на то, чтобы и дальше изображать безразличие.

— О, прошу прощения, кажется, я прервал вашу беседу.

В пустом, на первый взгляд, складе внезапно раздался чужой голос. Хьюз и Стрейд невольно перевели взгляды на дверной проём, на того, кто так неожиданно там возник. Перед ними предстало знакомое, мягко улыбающееся лицо.

— Учитель… Кэрролл…

Даже несмотря на то, что из-за кровавой пелены перед глазами Стрейд видел всё как в тумане, он чувствовал то же самое, что и при первой встрече с Сариэлем — необъяснимую притягательность, против которой невозможно было устоять.

Обагрённая кровью рука Стрейда потянулась в сторону Сариэля. Он полз, из последних сил волоча тело по земле, лишь бы оказаться хоть немного ближе. Сейчас он не жаждал впиться в него, как зверь, в безумной надежде испить крови — им двигало лишь желание ухватиться за более могущественного покровителя.

Но едва Стрейд пошевелился, как вампир с силой вдавил его в пол. Шипованная подошва сапога безжалостно вгрызалась в плоть, словно Хьюз стремился раздавить не только его волю к действию, но и саму способность мыслить.

— Прошу прощения, уважаемый незнакомец, что из-за моей оплошности эта мерзость оскорбила ваш взор.

— Какое разочарование. — Сариэль прикрыл глаза и принялся протирать снятые очки. Тон его голоса не оставлял сомнений в том, насколько он разочарован. Снова надев очки, он продолжил: — Повидав так называемых низших вампиров, я преисполнился любопытства к их аристократии. Мне очень хотелось узнать, что же они из себя представляют. Увы… разочарование полное… Что низшие, что высшие — все вы ведёте себя как дикие звери. Интересно, те, кто стоит выше вас, так же пропитаны этим зловонием тьмы и крови?

Да, именно любопытство.

Когда Сариэля называли Ангелом Луны, он часто, сменив облик, лечил людей в Мире Святого Света. Это делалось не из доброты, а из чистого любопытства к человеческой природе.

Попав на Землю и выбрав профессию историка, он руководствовался всё тем же любопытством к новому миру.

Интерес к Сэму был вызван не только его трагической судьбой и острым умом — главной причиной оставалось любопытство к демонической крови, текущей в его жилах.

К остальным членам семьи Винчестер он присматривался лишь потому, что ощущал от них слабый отголосок ангельской ауры.

И в этот склад он явился не только чтобы предотвратить расправу над Винчестерами — им снова двигало любопытство.

Когда он ещё находился в аду Мира Святого Света, один демон, презиравший его, когда-то бросил ему в лицо:

— Сариэль, тебя отвергли высшие силы. Знаешь почему? Потому что ты рождён для тьмы. Взять хотя бы твоё проклятое любопытство — однажды ты вскроешь человека, чтобы препарировать и изучить его до мельчайших деталей! В конце концов, чем любопытство отличается от похоти? В тебе горит неутолимая жажда, твои крылья обречены почернеть!

У Сариэля было не только любопытство, но и неутолимая жажда победы. Он не позволил предсказанию того демона сбыться: никогда не резал людей на части и в финальной битве встал на сторону ангелов.

Правда ли это?

Неизвестно, было ли это следствием разложения в аду, но иногда Сариэль не мог вспомнить: в тот момент, когда он выбрал сторону ангелов, им двигал свет в душе или та самая жажда?

В глазах Хьюза, существа, именуемого вампиром, вокруг этого загадочного незнакомца вдруг начали сгущаться черные субстанции, похожие на дым или туман, но спустя мгновение они бесследно исчезли.

— Прошу прощения. — Очнувшись от короткого забытья, Сариэль поправил очки и посмотрел на Хьюза. — Господин Эйвери Стрейд — преступник, виновный в серии убийств в городке Мишетон. Можно ли передать его полиции? — Убрав всю свою ауру, Сариэль стоял там, ничем не отличаясь от обычного школьного учителя, и в то же время оставаясь непостижимым.

— Если это ваше желание, господин, то этот мусор принадлежит вам. — Хьюз толкнул сапогом распростёртого на полу Стрейда, отправив того к ногам Сариэля. — Но какая польза от полиции? Не лучше ли отдать его тем доблестным охотникам на демонов-добровольцам? Семья Винчестер ведь уже давно охотится за ним. — На глазах у Сариэля Хьюз предпочёл больше не упоминать о своих планах покончить с Винчестерами.

— А что насчёт тебя? — Сариэль стоял на месте, улыбка исчезла с его лица. Его взгляд, лишённый эмоций, впился в Хьюза, словно колючки. — Я бы не хотел, чтобы в ближайшее время кто-то узнал о моём существовании.

— Я буду молчать. — Хотя эта давящая мощь заставила Хьюза почувствовать небывалую тяжесть, он не был таким щенком, как Стрейд, и не собирался пасовать перед одним лишь взглядом.

— А есть ли смысл оставлять тебя в живых? Чтобы ты плодил новых щенков? Или новых забав? — Сариэль начал медленно снимать очки.

— Я… я… у меня есть много коллекционных вещей, ха-ха… многие из них — бесценные сокровища! И ещё много… много того, что я сам не могу постичь. Если всё это окажется в ваших руках, это определённо… э-э… господин… господин…

После того как очки были сняты, его чёрные глаза выглядели совершенно обычно. Но стоило кому-то посмотреть в них, как он ощущал лишь холод — пробирающий до костей, ледяной холод. Хьюз хотел пошевелиться, но не мог даже пошевелить пальцем, словно его тело сковал лёд. Постепенно, помимо физических ощущений, его начали покидать слух, обоняние, вкус, зрение… всё вокруг словно застыло.

Он ничего не чувствовал, кроме собственного сознания, пульсирующего от ужаса…

И, наконец, даже грязная душа этого жестокого вампира беззвучно заледенела.

Глядя на вампира-графа, превратившегося в подобие статуи, Сариэль надел очки и вытянул указательный палец правой руки. На кончике пальца вспыхнуло пламя — красно-чёрное. Одного прикосновения к переносице Хьюза хватило, чтобы его крепкое вампирское тело в тот же миг рассыпалось чёрным пеплом.

— Похоже, поставить барьер перед началом дела — отличная идея. Только так можно по-настоящему насладиться использованием своей силы! — Сариэль потёр переносицу и продолжил бормотать себе под нос: — Люди говорят, что гимнастика для глаз помогает предотвратить близорукость.

Затем Сариэль слегка шевельнул пальцами, и прозрачный барьер, окутывавший весь склад, превратился в крошечную магическую печать у него на ладони.

— А теперь ты. — Сариэль сделал несколько шагов и подошёл к Стрейду. — Я знаю, что ты в сознании. Мой контроль силы всё ещё на высоте, я никогда не наношу лишних повреждений. Жди здесь, пока не заявятся твои так называемые охотники на нечисть. — Закончив, Сариэль бросил миниатюрную печать на Стрейда и, развернувшись, собрался уходить.

— Э?

В тот самый миг, когда Сариэль обернулся, он заметил, что в кучке пепла, оставшейся от Хьюза, что-то блеснуло! Даже одежда вампира сгорела дотла, так что же могло уцелеть в огне адского пламени?

Сариэль подошёл, наклонился и поднял спрятанный в пепле предмет, внимательно разглядывая его в руке.

Это были простые карманные часы. Старинные, самая обыкновенная модель, если не считать странных круглых узоров на поверхности. Никаких аномалий — часовая и минутная стрелки исправно шли. К тому же Сариэль чувствовал, что от них не исходит никакой известной ему энергии: ни светлой, ни тёмной. Вообще никакой.

Может, дело в материале, из которого они сделаны?

Сариэль был полон вопросов по поводу этих выживших часов, но ответов найти не мог. В итоге он решил, что это просто очередная коллекционная безделушка Хьюза. С любопытством поглядывая на загадочную вещь, он сунул часы в карман и вышел со склада.

http://bllate.org/book/34776/4292938