Готовый перевод The Spider in My Palm / Паучий принц: Искушение в ином мире: Глава 3

Глава 2. Первоисточник

Мир Иного — книга, которую Айзэ читал вчера перед сном.

Сюжет в общих чертах сводился к тому, что двое братьев и девчонка отправились втроем бить монстров (нет), но в самый разгар похода старший брат черствеет душой и вместе с девчонкой забивает до смерти младшего брата и чудище.

Айзэ из глубины души чувствовал, что автор во время написания этой книги испытал какое-то потрясение и знатно кукухой поехал, из-за чего персонажи романа тоже вышли двинутыми. Иначе концовка не оказалась бы настолько искаженной, а степень её безысходности была такова, что Айзэ, дочитав до конца, так и норовил влепить автору в лицо свежую лепешку коровьего навоза. И надо же такому случиться — столь ущербное по своей морали произведение еще и опубликовали, воистину не было справедливости на небесах!

Айзэ перевел полный сочувствия взгляд на Байлуна, который вел его за собой, осторожно пробираясь наружу.

Байлун Хёрст, двадцати семи лет от роду. Помимо только что названного им самим звания мечника, он являлся прямым членом правящей семьи Оракской империи. В десятилетнем возрасте у него обнаружилась способность слышать божественные откровения Бога Света, с тех самых пор за ним закрепился титул избранника Бога Света. Оправдывая все ожидания, он вырос благочестивым верующим, обладал мягким и добрым характером, был честным человеком с обостренным чувством справедливости, а данным им обещаниям и клятвам неизменно следовал — слово его всегда равнялось делу.

Если бы не превратности судьбы, этот избранник Бога Света и баловень небес унаследовал бы престол Империи Окла, взял в жены такую же кроткую и добрую царицу, произвел на свет парочку прелестных детишек и под благословением Бога Света прожил долгую жизнь.

Вот только на беду он встретил своенравную и эгоистичную обедневшую аристократку Иветт. Влюбившись в Иветт, приходившуюся ему подругой детства, этот подающий надежды и блестящий молодой человек свернул со светлой дороги на кривую дорожку — да так далеко по ней зашел, что в итоге расплатился собственной маленькой жизнью.

Да уж, Байлун был тем самым жалким младшим братом из книги, невезучим малым, которого сгубили горячо любимая девчонка и обожаемый старший брат-близнец.

На самом деле Айзэ очень симпатизировал этому персонажу. Когда в конце романа автор уморил Байлуна, Айзэ переживал страшнейшим образом. Этот персонаж казался чуть ли не единственным адекватным человеком во всей книге, и читатель до последнего надеялся на какой-нибудь неожиданный поворот сюжета. Но автор, похоже, задался целью отравить читателям жизнь и прикончил единственного хорошего парня.

Однако раз он сам теперь угодил в этот роман, значит ли это, что ему под силу изменить судьбу этого несчастного бедолаги?

Айзэ как раз размышлял об этом, как вдруг шедший впереди и совсем близко Байлун протянул руку, преграждая ему путь, слегка повернул голову и приложил палец к губам, призывая к тишине. Жестом велев Айзэ присесть на корточки, Байлун показал знаком: впереди творится что-то неладное.

В тот самый миг у Айзэ волосы на затылке встали дыбом.

В конце концов, это место было логовом Мрачного Паука. Из слов Байлуна он уже знал, что по какой-то причине монстра в его обители не оказалось, но столкнуться с Мрачным Пауком нос к носу в данную минуту было бы худшим из несчастий!

Огромные размеры чудища легко угадывались по необъятной паутине, опутавшей внутренности логова. К тому же Айзэ читал оригинал и прекрасно помнил книжное описание Мрачного Паука: будучи демонизированным пауком, он не только обладал смертельным ядом, но и не уступал людям в интеллекте, отличаясь крайней изворотливостью.

Кроме того, в отличие от обычных пауков, яд которых крылся лишь в жвалах, концы всех его лап представляли собой остро заточенные клинки, насквозь пропитанные ядом. Во время охоты чудовище вонзало эти клинки в тело жертвы и одновременно впрыскивало токсин, из-за чего каждое его движение становилось смертельно опасным.

Но главное заключалось в другом: прозвище Мрачный Паук закрепилось за ним не только из-за бессчетных погубленных жизней, но и из-за врожденной стихии — элемента тьмы.

Паутина, которую плел Мрачный Паук, несла в себе стихию тьмы и обладала чудовищной едкостью. Стоило хоть капле попасть на кожу и тут же не прибегнуть к исцеляющей магии света, как паутина начинала разъедать плоть прямо с места соприкосновения, и сбить её было бесполезно.

В голове Айзэ внезапно промелькнула дурная мысль.

Весь путь, что Байлун вел его наружу, был усеян следами сожженной паутины. Да и в самом центре логова мечник решился на дальнейшие действия лишь после того, как выжег паутину. Но ведь Айзэ с самого момента своего пробуждения после перемещения в этот мир без какой-либо защиты теснейшим образом соприкасался со всеми этими паутинами Мрачного Паука, и тем не менее...

Айзэ невзначай стер грязное пятно с рук о штаны и при свете, исходившем от короткого меча Байлуна, быстро оглядел свои ладони. Кожа выглядела нежной и гладкой — кажется, даже лучше, чем в его родном мире.

Он вдруг что-то вспомнил и завел руку за спину, снова ощупывая свою одежду.

В отличие от первого раза, когда он нащупал лишь лохмотья и счел себя жутко невезучим, теперь у Айзэ закралось смутное догадливое предчувствие. Только в этот момент до него с большим опозданием дошло, почему при первой встрече Байлун поинтересовался, нет ли у него на теле защитных артефактов.

По логике вещей, человека, повалявшегося в паутине на все лады, должно было разъесть до самых костей...

Но кроме того, что одежда Айзэ превратилась в жалкие лохмотья, на всем его теле не было даже царапины.

...Погодите-ка...

Разве в оригинале Байлун, углубившись в логово Мрачного Паука для зачистки... вернулся с пустыми руками?

Айзэ внезапно задрожал.

Почти в тот же самый миг со стороны, куда всё это время настороженно смотрел Байлун, выступила чья-то фигура. Это был высокий темноволосый мужчина в легких доспехах того же фасона, что и у Байлуна. В одной руке он держал короткое копьё, а в другой — легкий круглый щит.

При виде этого человека Айзэ отчетливо заметил, как стоявшая прямо перед ним спина Байлуна расслабилась.

— Симон! — Байлун тут же шагнул вперед, направляясь к нему. — Ты меня напугал до смерти! Только посмотри, кого я нашел — удачливого выжившего!

Молодой мечник подался в сторону, позволяя брату-близнецу заглянуть себе за спину.

Широко раскрытые глаза Айзэ встретились взглядом с Симоном Хёрстом.

Точно, этот легковооруженный рыцарь приходился Байлуну братом-близнецом — одним из главных виновников, в конце концов погубивших собственного брата.

Роман начинался с того, что оба брата взяли в Гильдии Искателей Приключений задание на истребление Мрачного Паука. Они просидели здесь в засаде целый месяц, полностью изучив повадки и распорядок дня монстра, а затем клещеобразным охватом ворвались в самую сердцевину паучьего логова.

Им еще повезло: когда они пробрались в центр логова, сытый Мрачный Паук как раз сладко спал. Братья ударили одновременно сильнейшими приемами, и застигнутый врасплох монстр оказался в заведомо проигрышном положении. И хотя он яростно сопротивлялся и бился с братьями триста раундов (нет), противостоять ключевому преимуществу стихии он не смог и под градом сокрушительных атак Байлуна откинул копыта.

Судя по всему, Симон появился здесь потому, что, зайдя в логово с другого фланга и точно так же ничего не обнаружив, он решил сделать круг и соединиться с Байлуном.

— Байлун?!... Слава богу! Я зашел в подземное логово этой твари с другой стороны, ничего не отыскал, зато услышал крики — как же я перепугался! — с хмурым видом пожаловался Симон, а затем перевел взгляд на Айзэ: — Это и есть тот самый выживший, о котором ты говорил? Глянь на его одежду — м? Этот парень случайно... не прихватил с собой какой-нибудь защитный артефакт?

Айзэ рефлекторно покачал головой:

— Я не знаю...

— Не знаешь??

Почти допросный тон заставил Айзэ проникнуться к этому человеку еще большим неприязнью, однако Байлун заступился за него, заслонив собой.

— Ох, Симон, место здесь явно неподходящее для подобных разговоров, — произнес он. — Кажется, он потерял память о том, как вообще здесь очутился. Давай-ка лучше поскорее отсюда уберемся!

Симон на мгновение замер, а затем кивнул:

— Следуй за мной.

Разобравшись с недовольством брата, Байлун обернулся к Айзэ с извиняющейся улыбкой и знаком пригласил следовать за ними.

Пройдя за братьями пару шагов, Айзэ внезапно оглянулся и бросил задумчивый взгляд в темную глубь пещеры.

Прошло около часа, прежде чем они покинули логово Мрачного Паука и добрались до временного лагеря братьев.

Опасаясь обнаружения со стороны паука, братья не смели разбивать лагерь на поверхности. К счастью, в глубине топей то тут, то там попадались подземные пещеры разных размеров. Выбрав грот с неприметным входом, они укрепили его барьерными камнями, купленными в Ассоциации Алхимии, и обустроили там временную базу.

Стоило вернуться в лагерь, как оба брата заметно расслабились.

Рыцарь сбросил копье и щит со свойственным ему движением, бросив на Байлуна выразительный взгляд. Тот на секунду замер, а затем поманил Айзэ:

— Тебе, наверное, неудобно в такой одежде? Послушай, я могу одолжить тебе смену белья. Если пройти отсюда немного вперед, там есть чистый источник. Мы всё зачистили по пути сюда, так что дорога безопасна — сходи туда и приведи себя в порядок.

Приняв протянутую одежду, Айзэ молча поднял глаза на Симона, который пристально наблюдал за ними со стороны, а затем перевел взгляд на Байлуна. Похоже, этим двоим требовалось о чем-то пошептаться... и содержание их беседы на девяносто девять процентов касалось его персоны.

Возможно, своим молчанием он заставил Байлуна подумать, будто тот боится идти в одиночку, и мягкий, честный мечник тут же озарил лицо фирменной улыбкой, успокаивая его:

— Если что-то случится, сразу зови нас — твой голос мы услышим непременно.

Эта шутка определенно удалась в плане разрядки обстановки, и даже наблюдавшего за сценкой Симона тронула легкая улыбка. А вот сам объект шуток, Айзэ, почувствовал себя несколько неловко, поэтому, прижав одежду к груди, он молча вышел.

Следуя указаниям Байлуна, Айзэ выбрался из подземной пещеры, прошел немного вперед и сразу заметил обещанный «чистый источник» — небольшое оконце, наполненное прозрачной водой. По сравнению со множеством мелких луж, попадавшихся по дороге, эта вода действительно выглядела куда чище.

Камни у кромки пруда сохраняли сырость, видать, недавно прошел дождь, но Айзэ, прекрасно сознававший, насколько отвратительно он сейчас выглядит, уже не обращал на это внимания. Сложив чистую одежду на камень, он стяг с себя прожженные насквозь и превратившиеся в лохмотья футболку и шорты.

К счастью, его одежда истлела до такого состояния, иначе пришлось бы тратить время на долгие и нудные объяснения.

Вода в пруду оказалась неглубокой, накопившись, судя по всему, из-за дождей. Поскольку Байлун назвал это место пригодным для купания, Айзэ без всяких опасений шагнул внутрь.

Стоило погрузиться в чистую воду, как с его губ сорвался глубокий, полный облегчения вздох.

Попал ты в другой мир или нет, а купание в воде — это величайшее наслаждение в жизни!

http://bllate.org/book/34760/4290986