Готовый перевод Kicked Out, Then Married Back Home / Изгнанник герцогского дома: Возвращение в объятия: Глава 9

Дело было не в том, что у Ци Хуая некому было поручить дело, просто те, кто привык ему служить, как бы глубоко ни прятались, всегда рисковали быть обнаруженными.

С Сюй Янем дело обстояло иначе. Сюй Янь с детства рос в горах, всем сердцем предавался боевым искусствам, а его мастерство и вовсе было непостижимо. Даже если кто-то прознает, что у него есть такой старший соученик, истинное положение дел Сюй Яня никому не удастся выяснить наверняка.

Сюй Янь обладал честным и благородным нравом, его помыслы принадлежали просторам вселенной, и если бы Ци Хуай не приходился ему младшим соучеником, он ни за что не стал бы браться за подобное.

И тем не менее, уходя, он всё же произнес:

— Я-то всё устроил, как надо, но вот думаю: Цзян Цинян в конце концов — девица из знатного рода, а дедушка по материнской линии у Ци Чжиняня — Маркиз Циннин, к тому же у него есть тетушка, что служит боковой наложницей-княгиней у наследного принца. Вдруг ее к этому часу уже забрали домой родственники?

Ци Хуай тихо рассмеялся, и в этом смехе сквозила сплошная насмешка.

— Ну и ладно! — Сюй Янь понял, что тот, пожалуй, снова чересчур всё усложняет. Из всех этих обитателей высоких ворот и глубоких особняков разве найдешь хоть одного простого? Он прекрасно знал, что сам груб и прост, во всех этих тонкостях разобраться не сможет, да и возиться не хотел, поэтому просто и непринужденно поднялся на ноги: — Пойду-ка еще раз гляну, нехорошо будет, если вдруг что-то пойдет не так.

— Благодарю вас, старший соученик. — Ци Хуай проводил его до беседки.

Сюй Янь взмахнул полой халата, отмахнулся спиной, даже не обернувшись, и прямо так спустился с горы.

Силуэт Сюй Яня постепенно растворился вдали, а Ци Хуай так и остался стоять среди снега. Стоял жуткий холод, но он был одет легко, даже накидку из меха не захватил — на нем виднелось лишь белое даосское одеяние. На первый взгляд оно казалось простым, но на деле для него использовался лучший сучжоуский атлас, поднесенный ко двору в качестве дани. С виду на ткани не было ни единого узора, однако по всей ее поверхности проступали серебристые скрытые теснения — мастерице-вышивальщице требовался целый месяц, чтобы изготовить всего один такой отрез.

И лишь стоя здесь, среди снега, можно было едва заметить слабое сияние, исходившее от одежд.

Время от времени налетал холодный ветер, смешанный с тонким ароматом зимней сливы, полы одеяний развевались. Он стоял неподвижно, с отрешенным выражением лица, а его глаза напоминали черные камни на дне прозрачного ручья. Когда он возвышался там, на круче, это полностью оправдывало оценку, которую давали ему люди в миру:

Бессмертный изгнанник.

Возвращаясь же в город: возле переулка Шиси, где прежде никто не смел задерживаться подолгу, теперь яблоку было негде упасть — всё вокруг оказалось запружено народом.

То, что Цзян Цинян некогда оклеветала Герцога Ин, а младший молодой господин Поместья герцога Ин на самом деле являлся безродным ублюдком неизвестного происхождения — пусть это еще не гремело на весь Цзинду, но те, кому полагалось знать, уже были в курсе. Находились и те, кто не мог протиснуться в первые ряды, а потому сбивался в винных домах и чайных, где шумно обсуждали последние новости.

Люди устроены так: прежде многие искренне верили, что Ци Чжинянь изначально вовсе не был сыном Ци Хуая, а мать и сын лишь пользовались милостью семьи Ци или Великой принцессы.

Но нынче всё изменилось: каждый норовил выкрикнуть проклятие маленький ублюдок громче предыдущего.

Сначала зеваки не смели вести себя столь вольно, но, заметив, что люди из Резиденции Великой принцессы не делают им замечаний, толпа окончательно потеряла всякий страх. Не было таких нелепостей, до которых они бы не додумались, и таких слов, которые не осмелились бы произнести.

Ци Чжинянь и Цзян Цинян, оказавшиеся в самом эпицентре бури, держались еще относительно стойко.

А всё потому, что Ци Чжинянь до сих пор не мог прийти в себя. За все эти годы он не раз видел сны: а что, если он и впрямь сын Ци Хуая? Того самого Ци Хуая, столь элегантного, прославленного и похожего на небожителя Ци Хуая, в которого он вложил все свои сыновние чувства и благоговение.

Именно таким он и воображал себе отца.

Но в этот миг все оставшиеся иллюзии рухнули окончательно.

То, что совершила матушка в прошлом, и те слова Великой принцессы — всё это непрестанно крутилось у него в голове и звенело в ушах. Он испытывал одновременно жгучий стыд, горькую боль и полное оцепенение.

Поэтому, какими бы злыми ни казались речи окружающих, они больше не доходили до его сознания — его разум просто был не в состоянии вместить что-либо еще.

Что же до Цзян Цинян, то она почти лишилась чувств от потрясения.

Госпожа Линь, на плечи которой легла обязанность выпроводить их вон, вместе с несколькими другими матушками подхватила Цзян Цинян под руки, волоча ее вместе с Ци Чжинянем наружу. Стоило им удалиться от переулка Шиси, как вокруг стало собираться всё больше зевак, и вид этого зрелища заставил госпожу Линь помрачнеть.

Хотя Великая принцесса и заявляла, что ей плевать на людские толки, толпа вокруг собралась поистине огромная. В Цзинду никогда не испытывали недостатка в любителях посудачить о чужих секретах, к тому же во дворце хватало праздношатающихся великих и малых наложниц — кто знает, как они будут за спиной потешаться над их Великой принцессой!

Посчитав, что пора заканчивать, она незаметно подала знак стражникам. Те сразу всё поняли и бросились разгонять толпу.

Госпожа Линь и остальные конвоировали обоих, направляясь к менее людному месту, как вдруг позади разнесся вопль:

— Госпожа!! Госпожа моя!!

Госпожа Линь вздрогнула и обернулась: какая-то пожилая матушка уже стремелой бросилась к ним. Крепко обхватив потерявшую рассудок Цзян Цинян, она горько зарыдала. Ци Чжинянь очнулся от ее криков, опустил глаза и пробормотал:

— Матушка Фань...

— Маленький господин!! — матушка Фань одной рукой прижимала к себе Цзян Цинян, а другой обняла Ци Чжиняня, заливаясь горькими слезами. — Ох, маленький господин, натерпелись же вы мук! Это старая рабыня ни на что не годна, ни на что не годна!

Лишь теперь госпожа Линь припомнила, что эта матушка Фань была кормилицей Цзян Циня, и когда та впервые вошла в особняк, с ней прибыла лишь эта старая служанка.

Госпожа Линь только собиралась заговорить, как матушка Фань уже перевела на нее взгляд. Залившаяся слезами женщина внезапно рухнула на землю, вцепилась в ноги госпоже Линь и запричитала:

— Госпожа Линь, умоляю, замолвите словечко перед Великой принцессой! Наша госпожа не со зла преступила черту, она вовсе не умышленно обманывала государственного герцога и Великую принцессу, она...

Жители близлежащих домов вытаращили глаза, навострив уши. Встревоженная госпожа Линь сообразила, что посторонним не следует слышать подобные вещи.

Разозлившись, она высвободила ногу из цепкой хватки и гневно бросила:

— И что это заведение из себя представляет?! У вашей госпожи есть скрытые причины? А у нашего государственного герцога и Великой принцессы, по-вашему, причин не было? Вы водили их за нос больше десятка лет! Вы же сами знаете, как Великая принцесса относилась к вашей госпоже и молодому господину!

— Да-да-да! Госпожа Линь, смилуйтесь, умоляю, попросите за нас Великую принцессу! Наша госпожа не смеет надеяться на прощение Их Высочеств и государственного герцога, она молит лишь об одном шансе, лишь о том, чтобы...

Не желая больше слушать ее причитания, госпожа Линь вновь бросила взгляд на стражников, и один из них тут же шагнул вперед, с силой оттаскивая старуху.

Разве могла немощная матушка Фань тягаться силой со стражником? Попытавшись подняться, она снова ринулась вперед —

— Матушка, — окликнул ее Ци Чжинянь.

Матушка Фань замерла. Все еще стоя на коленях, она обернулась к нему.

Ци Чжинянь уже полностью пришел в себя. Увидев морщины и тревогу на лице матушки Фань, он почувствовал острую боль в груди, и его глаза покраснели. Он шагнул вперед, чтобы поднять матушку Фань, и та, видя, что сам юноша спешит ей помочь, не посмела оставаться на коленях. Тихо вымолвил Ци Чжинянь:

— Матушка, не нужно больше слов. Это мы с матушкой совершили ошибку.

http://bllate.org/book/34680/4280980