Готовый перевод He and His Stomach (Farming) Fen Nan / Рецепт любви: Фермерский уют и исцеление: Глава 5

Лю Чжинань торопливо наклонился и обеими руками взял тяжелую связку крошечных помидоров:

— Можно через Вичат? У меня с собой нет наличных.

Старик бросил на него взгляд, сочтя вопрос несколько странным:

— Дам я тебе связку помидоров, стану я с тебя еще деньги брать? Бери и ешь, кто сюда ни заглянет — всем даю, не для того же столько овощей вырастил, чтобы их не ели.

Лю Чжинань впервые слышал подобное. Разве выращенное не должно продаваться? Мытым-перемытым, изысканно и дорого упакованным, разложенным на полках супермаркета с четкими ценниками.

— Я должен заплатить вам.

Старик не стал его слушать и продолжил уткнувшись носом в землю выпалывать сорняки:

— Деревня у нас простая, без таких заморочек. Хоть у соседа слева, хоть у соседа справа всегда можно тарелку зелени раздобыть.

Ему пришлось уйти, держа в руках эту связку маленьких помидоров. Они были только что с грядки, прохладные, но почему-то казались горячими, обжигая ладонь и пробуждая в глубине души какое-то теплое, согревающее чувство доброжелательности.

Добравшись до посёлка, он по подсказке Ян Ли отыскал ту самую бакалейную лавку. На вывеске с красными буквами на белом фоне красовалось название: Лавка Чжуна.

Хозяйка лавки стояла у входа и болтала с кем-то, щелкаючи семечки. Заметив гостя, она тут же приветливо окликнула его:

— Красавчик, чего купить?

Лю Чжинань вытащил из кармана брюк записку:

— Мне нужно кое-что из вещей.

Хозяйка:

— Давай, протягивай руку.

Лю Чжинань протянул руку, и хозяйка ссыпала в его ладонь горсть оставшихся у нее семечек.

— Со вкусом сливочного масла.

После всего пережитого за этот день Лю Чжинань уже почти привык к здешнему радушию и легко улыбнулся:

— Спасибо, хозяйка.

За эти два дня он, кажется, слишком много раз сказал спасибо.

Хозяйка отряхнула руки от шелухи, взяла записку, пробежала ее глазами и нырнула в тесную, забитую до отказа лавку, чтобы собрать ему всё необходимое.

Лю Чжинань остался ждать у входа, прислонившись к косяку и неторопливо, с ленивым выражением в опущенных глазах, щелкая семечки.

К тому моменту, как он расправился с горстью семечек, хозяйка в доме уже почти всё подобрала. Таз, швабра, кастрюли, миски и всякая всячина кучей завалили весь пол.

Хозяйка подсчитала общую сумму на калькуляторе и добровольно уступила в цене:

— Берешь много, я тебе подешевле посчитаю.

Выведя итоговую сумму, она даже сбросила копейки.

Головной болью для Лю Чжинаня стало то, как всё это добро перетащить обратно — у него всего две руки, и за два-три раза он вряд ли управится.

Хозяйка:

— У меня есть мотороллер, одолжу прокатиться.

Лю Чжинань:

— Я не умею.

Хозяйка:

— ...........

По ее разумению, это был обязательный навык, ведь у них тут даже бабушки лет семи-восьмидесяти умели управлять трехколесниками.

Лю Чжинань смущенно кашлянул. В конце концов, в худшем случае он будет перетаскивать всё понемногу каждый день.

— Эй-эй-эй, Чэнь-младший! — хозяйка вдруг окликнула кого-то на дороге.

Лю Чжинань обернулся и как раз вовремя увидел остановившийся черно-белый сельскохозяйственный пикап.

Из машины выпрыгнул крепкий мужчина с резкими, мужественными чертами лица. Лю Чжинань задержал на нем взгляд на пару секунд.

Красивый деревенский парень.

— Тетя Сунь, — поздоровался Чэнь Чжэн, переводя взгляд на Лю Чжинаня, стоявшего за ее спиной.

Хозяйка радостно затараторила:

— Какая удача! Этот красавчик накупил у меня целую гору вещей, а сам, представляешь, даже трехколесный велосипед водить не умеет и теперь ломает голову, как всё это увезти.

Чэнь Чжэн тихо хмыкнул, в глубине его глаз мелькнула усмешка, отчетливо долетевшая до слуха Лю Чжинаня.

Тот крепче сжал пальцы в кармане брюк. Подумаешь! Не уметь здесь управлять трехколесником — это что, великий позор?!

— Ладно, я подброшу его.

С этими словами Чэнь Чжэн наклонился и принялся перегружать вещи в кузов пикапа. Заметив это, Лю Чжинань поспешно шагнул вперед:

— Я сам.

Чэнь Чжэн приподнял брови и бросил на него взгляд:

— Ручки-ножки тонкие, отдыхай.

Лю Чжинань:

— ........

Вообще-то это он купил все эти вещи, почему же в итоге он превратился в стороннего наблюдателя?

Чэнь Чжэн действовал быстро, и в два счета всё оказалось в кузове грузовичка. Он устроился на водительском месте, завел мотор и заметил стоявшего перед машиной Лю Чжинаня:

— Хочешь забраться в кузов к своим пожиткам?

Лю Чжинань потер нос и только после этого уселся на пассажирское сиденье. Ему впервые довелось ехать в подобной машине: высокая посадка, широкий обзор, вот только комфорта маловато.

Чэнь Чжэн крутанул руль, бросив на собиравшегося с мыслями попутчика короткий взгляд:

— Я Чэнь Чжэн, твой сосед.

Лю Чжинань не ожидал, что это и есть тот самый сосед, о котором говорил Ян Ли:

— Привет, я Лю Чжинань, твой новый сосед.

Чэнь Чжэн коротко хмыкнул и добавил:

— Добро пожаловать в Цинтунвань.

В салоне повисло молчание. Спустя какое-то время Лю Чжинань, уставившись на цементное полотно дороги перед ними, произнес:

— Спасибо за вчерашний суп из свиных ребрышек с лотосом. Очень вкусно.

Чэнь Чжэн:

— Любишь корень лотоса?

Лю Чжинань:

— Да так. Больше нравится крахмалистый сорт, а хрустящий не очень люблю.

Чэнь Чжэн слегка кивнул:

— Как раз немного осталось в кузове, я тебе потом выдам.

Лю Чжинань уже бросил попытки препираться и отказываться, тем более что он утаил от соседа факт собственного неумения готовить:

— Ладно.

Сельскохозяйственный пикап стремительно мчался по проселочной дороге и, миновав бескрайние волны рисовых полей, остановился у ворот двора Лю Чжинаня.

Чэнь Чжэн выпрыгнул из машины и помог занести все вещи внутрь. Глядя на выступившие у соседа на лбу капельки пота, Лю Чжинань почувствовал неловкость.

Он вернулся в дом и принялся рыться в вещах — прибыв сюда, он почти ничего с собой не взял, и в конце концов отыскал лишь нераспакованную подарочную коробку.

Чэнь Чжэн во дворе уже собирался уходить, когда Лю Чжинань вышел из дома.

В руках он держал длинную черную коробочку. Прикусив губу, он протянул ее гостю:

— Это тебе.

Чэнь Чжэн приподнял бровь, взял коробку и открыл ее. Внутри лежала синяя галстук-бабочка с ромбовидным узором.

Лю Чжинань купил его себе на день рождения, вещь обошлась недешево, и он всё жалел ее надевать, но сейчас только это выглядело достаточно прилично для подарка.

Чэнь Чжэн захлопнул крышку, не удержался от смешка и, подняв глаза на Лю Чжинаня, счел ситуацию забавной:

— Ты серьезно думаешь, что мне пригодится эта хрень?

Лю Чжинань посмотрел на него, встретившись взглядом с его темными глазами.

— Я что, в майке и шортах буду нацеплять на шею эту штуку?

После этих слов в голове Лю Чжинаня почему-то живо возникла именно такая картина, и он, не удержавшись, прыснул со смеху.

Чэнь Чжэн тоже от души посмеялся над ним, швырнул коробку с галстуком обратно ему на грудь и бросил:

— Брось свои городские замашки. У нас в глуши нравы простые, мы не занимаемся обменом любезностями ради ответных подарков.

Лю Чжинань кивнул и с улыбкой ответил:

— Хорошо, я постараюсь привыкнуть как можно быстрее.

Чэнь Чжэн:

— Я пошел. Оставил тебе на кухонной плите немного корня лотоса, захочешь еще — скажи, дома есть, живем через стенку, мне не трудно.

Лю Чжинань проводил его до калитки и посмотрел, как пикап въезжает во двор, отделенный от его собственного лишь тонкой стеной.

Вернувшись на кухню, он действительно обнаружил у плиты пучок испачканного в иле корня лотоса. И тогда Лю Чжинань принял твердое решение: с сегодняшнего дня он станет человеком, влюбленным в жизнь — он начнет готовить!

*

Сполоснув пикап от грязи из шланга прямо во дворе, Чэнь Чжэн так вспотел, что сразу отправился в дом принять душ.

Когда он вышел, вытирая волосы банным полотенцем, до него донесся какой-то странный запах. Нахмурившись, он перевел взгляд на черного лабрадора, примостившегося на коврике для обуви у двери.

— Ты что, в кастрюлю навалил?

Черный лабрадор обиженно посмотрел на него и, виляя хвостом, поднялся на лапы.

Чэнь Чжэн цокнул языком и, принюхиваясь, принялся искать источник амбре. Это дерьмо, чтоб его, и есть?! Не зря он заподозрил Босса: если от этой вони не разит собачьими экскрементами прямо в доме, значит, у них поблизости взорвался уличный туалет.

Обойдя весь дом, Чэнь Чжэн так и не обнаружил источник зловония.

Босс дважды гавкнул и бросился к выходу. Спустя пару минут до Чэнь Чжэня донеслись крики из соседнего двора:

— Чья это собака?!

Услышав это, Чэнь Чжэн торопливо вышел во двор, наступил на кирпич и, уцепившись руками за верхний край, легко взлетел на кирпичную кладку забора.

Он увидел, как Лю Чжинань забрался на ветку дерева магнолии, а Босс бесновался внизу, не переставая лаять на него.

Зрелище позабавило Чэнь Чжэня. Этот человек всегда казался таким отстраненным и холодным, а оказывается, боится собак.

Он окликнул пса:

— Босс, ко мне.

Лабрадор тут же жалобно заскулил и отошел от дерева.

Лю Чжинань шумно выдохнул, не спеша слез, и, заметив на заборе соседа, высказал с упреком:

— Твоя собака?

Чэнь Чжэн кивнул:

— Угу.

Лю Чжинань:

— Нельзя ли ее приструнить? Я лежал у себя во дворе, грелся на солнышке, как она влетела внутрь и чуть меня не цапнула.

Чэнь Чжэн:

— Босс отроду не кусается.

Лю Чжинань зыркнул на него:

— А что тогда значило, когда она ворвалась и принялась заливаться лаем?

Уголки губ Чэнь Чжэня дрогнули в усмешке. Присев на корточки прямо на заборе, он пристально уставился на Лю Чжинаня во дворе:

— А не допускаешь ли ты мысли, что она решила, будто ты тут пытаешься сварить экскременты?

Глава 5

Этот едкий запах действительно доносился из дома Лю Чжинаня — на его плите как раз варился подаренный Чэнь Чжэном корень лотоса.

Чэнь Чжэн и сам признавал за соседом талант уникума: умудриться превратить корень лотоса в нечто столь омерзительное! Глядя на обуглившуюся до состояния угля массу в кастрюле, он скривил губы в улыбке:

— Скажи, не исключено ведь, что этот корень лотоса считает свою смерть на редкость бессмысленной?

Лю Чжинань кашлянул за его спиной:

— Первый раз готовлю, всегда бывают неудачи.

Чэнь Чжэн тихонько рассмеялся, сам принялся наводить порядок на загроможденной кухонной столешнице, забросил кастрюлю и тарелки в раковину, щедро плеснул моющего средства губкой и в два счета всё перемыл, а напоследок так протер стол, что на нем не осталось ни единой капли влаги.

Лю Чжинань стоял рядом в полной растерянности, не зная, за что ухватиться, и мог лишь смотреть, как этот мужчина хозяйским движением наводит идеальный порядок в его доме.

Хочешь не хочешь, а приходилось признать: этот парень не только хорош собой, но и в быту просто мастер на все руки.

Закончив уборку, Чэнь Чжэн выдавил на ладони немного жидкого мыла, тщательно растер и смыл пену, после чего обернулся к нему:

— Пойдем, поешь у меня.

http://bllate.org/book/34665/4278918