Готовый перевод Thanks for the Invite, the Movie Queen and I Succeeded / Кинодива выбрала меня: история любви после перерождения: Глава 14

Эти слова явно на что-то намекали: речь шла об университетских временах, о том, как прежняя владелица тела подвергалась травле и издевательствам со стороны других студентов.

Обнаружив, что Нин Юй повсюду таскается за Му Цюянь, словно какой-то психопат, Мин Цзюэ распорядилась пустить по университетской сети слухи об этом, правда, добавив кое-где от себя пару капель яда.

К примеру, утверждалось, будто Нин Юй бегает не только за Му Цюянь — она увивалась за любыми симпатичными омегами, меняя их как перчатки по нескольку раз на дню.

Тут-то всё и взорвалось: от желающих подкараулить Нин Юй у входа и обрушить на неё потоки брани или затащить после уроков в чащу парка, чтобы отлупить, не было отбоя. В конце концов прежняя хозяйка тела была вынуждена перевестись в другую школу.

Мин Цзюэ, судя по всему, ничуть не забыла об этой истории и снова радостно улыбнулась.

— Ладно, пожалуй, я пока попробую поступить так, как ты предлагаешь.

Нин Юй тотчас почувствовала, как груз с её плеч бесследно исчез. Взглянув на глаза Мин Цзюэ, она заметила, что те по-прежнему сияли ясным и чистым светом, словно только что промелькнувший глубокий и мрачный взгляд был всего лишь её иллюзией.

— На этом всё. В саду слишком холодно, я пойду.

Нин Юй выдернула руку, втянула голову в плечи и направилась обратно.

Уже растянувшись на мягком, уютном одеяле, она с опозданием осознала, что её спина насквозь промокла от пота.

Нин Юй прекрасно понимала: мимолетное преображение Мин Цзюэ секунду назад вовсе не было галлюцинацией.

Что здесь вообще происходит? Раздвоение личности?

Подумав, что её мысли заходят куда-то совсем не туда, Нин Юй легко постучала себя по лбу, но тут же забыла про огромную шишку на макушке и принялась судорожно втягивать воздух, свернувшись калачиком под одеялом.

В оригинальном романе ничего не говорилось о том, что главная героиня страдала раздвоением личности — в худшем случае её манера вести дела отдавала замашками властной генеральной директрисы.

Она даже попыталась расспросить никчемную Систему. Как и подобало бессовестной программе, та оказалась совершенно бесполезной: на любые вопросы о сюжете отвечала полным незнанием и лишь требовала, чтобы она продолжала придерживаться амплуа стервозной альфы.

Система произнесла:

— Пожалуйста, не бойтесь, уважаемая хозяйка! Достаточно накопить побольше баллов, и вы сможете приобрести любые приспособления в торговом центре, а ваша безопасность будет обеспечена наилучшим образом.

Нин Юй слегка перевела дыхание. По крайней мере, ей досталась не самая убогая Система: в местном магазине имелось абсолютно всё, а про оружие и говорить нечего. Даже если бы ей пришлось выживать в эпоху зомби-апокалипсиса, с таким арсеналом выживание стало бы сущим пустяком.

— Но ведь это ты, паршивая Система, втащила меня сюда!

Система снова принялась строить из себя милашку:

— Уважаемая хозяйка, мне очень жаль.

В тишине раздался отчетливый стук в дверь. Нин Юй помассировала голову: неужели снова главная героиня?

Но стоило распахнуть дверь, как перед ней предстало знакомое, яркое и прекрасное лицо.

Му Цюянь подняла принесенные с собой пирожные, склонила голову набок и улыбнулась:

— Угощаю госпожу Нин десертом, не соизволит ли она составить мне компанию?

Сладкий и шелковистый пудинг таял во рту, и Нин Юй, зажав губами маленькую ложечку, с довольным видом уплетала угощение за обе щеки.

Сидевшая напротив Му Цюянь расположилась на красном бархатном диване. Держа в руках изящное и красивое пирожное из белых персиков, она крошечными кусочками откалывала его и отправляла в рот. Верхний слой белого персикового слоеного торта покрывала толстая шапка взбитых сливок, кое-где украшенная разноцветными шоколадными драже.

Сметя ножом сливки и шоколад на порцию Нин Юй, Му Цюянь неторопливо доела половину своего пирожного и только тогда остановилась.

Её движения за едой нельзя было назвать медленными, но они выглядели поистине изящными.

Судя по всему, она только что приняла ванну — в воздухе еще вились легкие влажные нотки вперемешку с тонким ароматом геля для душа. Нин Юй принюхалась и нашла этот запах исключительно приятным.

Впрочем, если сравнивать, то терпкий аромат кедра в тот день все равно нравился ей куда больше.

Щеки Нин Юй пылали, а в голове носились дикие мысли о всякой чепухе. К счастью, освещение в комнате было тусклым, янтарно-желтым, так что её раскрасневшееся лицо оставалось в тени.

Му Цюянь была облачена в длинный фиолетовый пеньюар, подпоясанный на талии длинной шелковой лентой. Из-под ткани виднелись лишь гладкие, белые и нежные голени ниже колен.

Опасаясь, как бы та не замерзла, Нин Юй торопливо поднялась и взяла с края кровати тонкое шерстяное одеяло.

Однако не успела она повернуться, как знакомое разгоряченное тело с силой навалилось на нее сзади, причем на этот раз давление оказалось куда сильнее.

У Нин Юй на мгновение потемвело в глазах, и в ту самую секунду, когда она рухнула на пол, в голове мелькнула лишь одна мысль:

Похоже, шишка на моем лбу не сойдет теперь целую неделю.

Му Цюянь прижала ее к полу точно в такой же позе, как и в ту ночь, и, проведя рукой вверх по ее спине, замерла возле шеи...

Если говорить точнее — замерла возле железы Нин Юй.

Она коснулась тонкого, казалось бы, совершенно хрупкого пластыря-блокатора и принялась настойчиво тереть его кончиками пальцев, отчего по всему телу Нин Юй пробежали мурашки, а кровь бросилась в голову.

Натужно сглотнув, Нин Юй с трудом повернула голову и процедила:

— Ты что творишь?!

Лицо Му Цюянь оставалось холодным и отстраненным. Смотря на нее сверху вниз, она процедила:

— Ничего особенного. Просто хочу проверить одну свою догадку.

— Какую еще догадку? Прижала меня к полу, смотри, я ведь и позвать кого-нибудь могу!

Му Цюянь глухо рассмеялась:

— Собралась звать на помощь? И что ты закричишь — караул, домогаются?

В таком положении, когда одна находилась над другой, они действительно выглядели не слишком прилично, особенно Му Цюянь в одном лишь пеньюаре. Сидя верхом на спине у Нин Юй, она слегка задрала подол халата, обнажая полоску белоснежных бедер.

Будучи единственным зрителем столь прекрасного зрелища, Нин Юй, однако, была абсолютно лишена соответствующего настроения.

— Ой, у меня же запястья ужасно болят! Звезда Му, старшая сестричка Му, умоляю, ослабь немного хватку. Я клянусь лежать тихо и не шевелиться, делай со мной что хочешь, проверяй как пожелаешь, я слова против не скажу!

Му Цюянь покачала головой:

— Нет уж, ты девица ненадежная, веры тебе нет.

С этими словами она снова принялась тереть блокирующий пластырь.

Цель Му Цюянь была предельно простой: убедиться, действительно ли Нин Юй — та самая личность из отеля.

Тогда она погрузилась в тяжелый сон, толком не разглядев лица нападавшей, а смутные воспоминания о голосе уже начали стираться. Единственным надежным доказательством оставался запах феромонов.

Аромат феромонов каждого представителя альф и омег уникален и неповторим.

Пьянящий, вызывающий трепет во всем теле запах виски прочно засел в воспоминаниях о той ночи и не выветривался до сих пор, будучи куда отчетливее стершихся из памяти образов.

Край пластыря слегка задрался, и Му Цюянь, наклонившись еще ниже, с удвоенным усердием принялась его отковыривать.

Ее внимание оказалось полностью поглощено стремлением как можно скорее докопаться до истины, из-за чего она упустила из виду лежавшую до этого тихо и неподвижно Нин Юй.

http://bllate.org/book/34567/4263906