Готовый перевод The Prim and Proper Tang Monk and His Proper Monsters / Профессор с двойным дном: Искушение ледяного демона: Глава 15

Чэнь И тихонько усмехнулся.

Сюй Чжэнъян проигнорировал его и сказал Юй Сую:

— Ну ладно, пока.

Юй Суй ответил:

— До встречи.

Сюй Чжэнъян не стал говорить лишнего: все взрослые люди, нет нужды разводить разговоры. Предупредил — а уж как дальше дела пойдут, не ему, Сюй Чжэнъяну, контролировать.

На следующий день Чэнь И непонятно где раздобыл номер Сюй Чжэнъяна и прямо позвонил ему:

— Брат, хочешь узнать, что у меня вчера было с тем красавчиком?

Сюй Чжэнъян равнодушно бросил:

— Не хочу.

На том конце провода Чэнь И некоторое время смеялся:

— Не притворяйся, ты же вчера так за него заступался.

Сюй Чжэнъян хмыкнул:

— Сам-то знаешь, что ты за человек? То, как ты крутишься и развлекаешься — твое дело, но ты хоть соображай, по зубам ли тебе те друзья, что крутятся возле нас, а то потом будет неловко.

— Если бы ты тогда забрал меня к себе, сейчас бы я не шастал повсюду, вредя другим, верно?

При виде фигуры и внешности Сюй Чжэнъяна у Чэнь И даже вчера снова вспыхнуло желание, и, привыкнув вести себя развязно, он на миг сболтнул лишнего. К счастью, он быстро сообразил и перевел тему:

— А если это Юй Суй сам ко мне липнет и проходу не дает? Это ведь уже не моя проблема.

Сюй Чжэнъян тихо усмехнулся в трубку — так издевательски, что у Чэнь И даже уши запылали. Но этого показалось мало, и Сюй Чжэнъян произнес:

— Да с чего ему к тебе липнуть?

Чэнь И, общенациональный кумир с годовым доходом за сотню миллионов, почувствовал себя так, словно его подвергли допросу с пристрастием: слова про мою внешность и мои деньги застряли во рту — было стыдно произнести их вслух. Пришлось искать способ отступления:

— Тебе что, совсем не интересно, о чем мы так долго болтали с этим красавчиком?

— Он спросил меня, не испытываю ли я отвращения к гомосексуалам.

В трубке послышались короткие гудки...

Сюй Чжэнъян взял и сбросил вызов...

Прежние дела Юй Суя и Чэнь И Сюй Чжэнъяна не волновали и были ему совершенно неинтересны — у него и без того хватало головной боли из-за баскетбольного клуба и старейшего главы семейства.

К счастью, те дни бесконечных смотрин канули в прошлое. И дело было вовсе не в том, что он согласен был продолжать: просто старик больше не смел ничего ему устраивать, прекрасно понимая, что от этого непутевого прохиндея только репутация портится.

В следующий раз Сюй Чжэнъян пересекся с Юй Суем, когда Гу Жунци позвонил и попросил об одном одолжении. Сюй Чжэнъян с легкостью согласился и на следующий день поехал на машине в научно-исследовательский институт, следуя инструкциям.

Черная машина припарковалась у главных ворот. Охранник, еще помнивший Сюй Чжэнъяна, поприветствовал его и с улыбкой спросил:

— Ждете профессора Юя?

Сюй Чжэнъян приподнял уголки губ и ответил:

— Ага.

Когда Юй Суй вышел и увидел Сюй Чжэнъяна, он на мгновение замер и спросил:

— А где Гу Жунци?

Сюй Чжэнъян переспросил:

— Разве Гу Жунци тебе ничего не говорил?

Юй Суй покачал головой:

— Нет.

Начальство поручило Гу Жунци задание, но у него на сегодня было крайне важное личное дело, так что ему пришлось просить о помощи своего хорошего друга Сюй Чжэнъяна. Вот только он побоялся, что Юй Суй сочтет это за обременение, и поэтому ничего ему не сказал.

Сюй Чжэнъян, обладая живым умом, быстро раскусил намерения Гу Жунци и полушутя сказал Юй Сую:

— Не удивляйся, сегодня я просто твой водитель.

Юй Суй никак не ожидал, что ему выпадет шанс остаться с Сюй Чжэнъяном наедине. Сев в машину, он на какое-то время выпал из реальности, словно душа покинула тело.

Вспомнив слова Чэнь И из телефонного разговора, Сюй Чжэнъян немного подумал и решил, что воспользоваться случаем и расставить все точки над i было бы неплохо. Он слегка опустил стекло и сказал:

— Юй Суй, у меня нет предрассудков против гомосексуалов.

Юй Суй повернул голову в его сторону, но их взгляды не встретились — Сюй Чжэнъян смотрел прямо перед собой, сосредоточенно ведя машину. Голос его звучал открыто и прямо:

— Если кто-то западет мне в душу, мне все равно, мужчина это или женщина. Но к чувствам я отношусь очень осторожно. Такие вещи, как искренность, сложно давать обещания... Если говорить на чистоту, я очень скуп на эмоции, но ты мне не противен.

Сюй Чжэнъян изначально не собирался в этом всем разбираться, однако понял, что молчание лишь доставляет человеку лишние хлопоты.

А в голове у Юй Суя, словно в старом механизме со стершимися за годы зубьями, шестеренки очень медленно перемалывали слова Сюй Чжэнъяна.

Низким голосом Сюй Чжэнъян произнес:

— Понял меня, Юй Суй?

Раздался входящий вызов. Сюй Чжэнъян ответил по беспроводной связи, и Гу Жунци спросил, забрал ли он человека, добавив, что по возвращении угостит его ужином. Собеседник звучал необычайно радостно. Сюй Чжэнъян поинтересовался в чем дело, и выяснилось, что вернулся его партнер и нужно ехать встречать его в аэропорт — вот оно что.

Сюй Чжэнъян на редкость терпеливо поддерживал пустой разговор битый час, слушая болтовню приятеля о его романтических делах. Даже Гу Жунци в какой-то момент потрясенно осознал: с чего это Сюй Чжэнъян сегодня такой благодушный и слушает всю эту чепуху?

Машина выехала на скоростное шоссе, и только тогда Сюй Чжэнъян сбросил вызов.

— Далековато, — первым заговорил Юй Суй.

Они встретились взглядами в зеркале заднего вида. Отбросив в сторону любовные вопросы, Юй Суй все-таки был тридцатилетним мужчиной, и с этого взгляда — неуловимого, едва заметного — казалось, будто все можно начать с чистого листа.

Сюй Чжэнъян лениво ухмыльнулся:

— Ничего страшного, я потом вернусь и сдеру с Гу Жунци побольше компенсации.

Юй Суй улыбнулся, словно его позабавили эти слова. Сюй Чжэнъян заметил это в зеркало заднего вида: очень похоже на тот раз, когда они пили чай в дождливый день — тогда Юй Суй, опустив глаза, заваривал чай, а услышав что-то забавное, молча приподнимал уголки губ.

Они немного поболтали: начали с упомянутого Гу Жунци старого заведения у поворота на Бэйцюань, перешли на общую альма-матер, а напоследок коснулись недавних новостей и актуальных событий. Темы сменялись стремительно, причем последней уделили чуть больше внимания, а обо всем остальном упомянули вскользь.

Ни один из них не пытался выдавливать из себя слова: каждый высказывал свои мысли, подхватывал беседу по желанию, а не желая говорить — просто погружался в молчание или переключался на другое. Разговор получился коротким, но легким и приятным.

Когда болтовня прекратилась, Сюй Чжэнъян включил автомагнитолу, пустив тихую, неторопливую старую песню.

Съехав с шоссе, машина проехала еще километров семь-восемь по ухабистой Таньшиской дороге. Чем дальше они ехали, тем глуше становились места. Так гонять хорошую машину было просто кощунством: днище время от времени с лязгом скребло по грунту, и Юй Сую даже становилось жаль автомобиль, но Сюй Чжэнъян ни капли не переживал, лишь изредка спрашивал, сюда ли ехать или туда, и верное ли они держат направление.

Когда они углубились в чащу леса, дорогу машине преградил контрольно-пропускной пункт. Пропустили в итоге только Юй Суя, а Сюй Чжэнъян сказал, что подождет снаружи. Юй Суй не стал разводить лишних церемоний и, кивнув, согласился.

Сюй Чжэнъян отогнал машину к обочине, опустил спинку кресла, устроился поудобнее, лег и принялся играть в «Доудичжу» в телефоне.

Ожидание затянулось больше чем на четыре часа. Заметив, как к главным воротам подвозят Юй Суя, Сюй Чжэнъян вернул спинку в вертикальное положение и приподнялся. Из той машины вышли двое: мужчина лет сорока на вид и девочка-подросток.

http://bllate.org/book/34352/4234405