Готовый перевод The Tyrant and the Obsessed ABO / Хитроумная ловушка: Как приручить безумного Альфу: Глава 10

Се Увэнь слегка замедлил шаг, и в этот момент на душе у него было смутно.

Короче говоря, ощущения были донельзя паршивыми.

Габриэль бросил взгляд на Элизу, и в его серебристо-серых зрачках мелькнул холодок:

— Элиза, в следующем месяце у него задание, он не сможет прийти.

Элиза легонько стукнула его кулаком по плечу:

— Загружать заданиями человека в его законный отпуск — ты слишком суров со своими подчиненными, к тому же он омега.

Она перевела многозначительный взгляд на Се Увэня:

— Ничего страшного, Шервин, я не держу зла за прошлое. Теперь, когда я рядом, он не посмеет тебя вот так обижать!

Эта фраза, с виду дружелюбная, на самом деле была не чем иным, как открытым заявлением о своих правах и откровенной провокацией.

Выражение лица Габриэля мгновенно омчилось:

— Элиза, ты пьяна.

Система 999 взвизгнула в его голове:

— Тьфу! Мерзавец! Притащил нынешнюю невесту и устраивает тут показуху!

Се Увэнь с самого момента известия о внезапной помолвке Габриэля сохранял полнейшее спокойствие и не испытывал никакого недовольства по поводу этой вклинившейся между ними невесты. Политический брак двух влиятельных семей — оба участника были связаны по рукам и ногам, и у него не было ни малейшего интереса разыгрывать драму с умоляющими слезами и горькими упреками.

Поэтому он решительно и чисто оборвал все двусмысленные отношения, дистанцировался от Габриэля и вернулся исключительно к субординации.

Он считал себя бывшим на зависть тактичным, но никак не ожидал, что, не успев даже предъявить претензии кому-либо, столкнется с открытой провокацией.

Его взгляд чуть дрогнул, но теперь в глазах, устремленных на девушку, сквозило лишь легкое сочувствие. Он с улыбкой заговорил, расставляя все точки над i:

— Мисс Уинстон беспокоится о моем статусе омеги? Успокойтесь, если бы между мной и им действительно что-то было, то за эти семь лет совместной жизни мы, пожалуй, успели бы сделать абсолютно всё…

Осекшись на полуслове, он воочию наблюдал, как прекрасное лицо Элизы Уинстон на мгновение исказилось, и она резко повернулась к Габриэлю:

— То, что он сказал, правда?

Габриэль окинул ее ледяным взглядом и промолчал.

Элизу пронзило внезапным холодом, и разум, помутившийся от безумной ревности, мгновенно вернулся к ней. Этот взгляд был ей знаком — так он предупреждал ее, когда она переходила границы.

Когда она впервые узнала о помолвке между их родами, она была на седьмом небе от счастья и просто не верила своему невероятному везению — выйти замуж за звездного красавца-генерала Габриэля. Отец тоже неоднократно наставлял ее, скольких трудов стоило добиться этого брака, ведь, по слухам, Габриэль изначально —

Нет-нет, важна не предыстория, а будущее!

Ее внезапно охватил липкий страх, сменившийся раскаянием за собственную несдержанность.

Габриэль медленно сжал руки в кулаки, поднял глаза на Се Увэня, и взгляд его стал еще сложнее, словно в нем мерцало что-то потаенное. Голова его была напряжена, а голос прозвучал глухо:

— Шервин…

Се Увэнь вдруг почувствовал всю абсурдность происходящего.

Странная Элиза. Недосказавший Габриэль. А какую роль во всем этом отводили ему самому? Чертова бывшая пассия?

Они что, решили разыграть здесь слезливую мелодраму?

Нахлынувшее чувство нелепости заставило его осознать, насколько детскими были его только что сказанные в порыве пикировки слова. К чему мелочно цепляться к какой-то девчонке? Поистине лишенный всякого достоинства поступок. Пренебрежительно махнув рукой и чувствуя полное угасание интереса, он произнес:

— Да так, шутка. Я к нему равнодушен. Заранее поздравляю вас обоих со скорой свадьбой, приятного вечера, до свидания.

Отойдя уже довольно далеко, он все еще спиной чувствовал два прожигающих взгляда — мягких, но наполненных такой властностью, что игнорировать их было практически невозможно.

Се Увэнь залпом осушил остатки вина. В его темно-зеленых глазах клубились мрачные, нечитаемые эмоции.

Неизвестно откуда вынырнувший Ланбо жизнерадостно закинул руку ему на плечо, чуть не сбив с ног:

— Эй, дружище, сюрприз!

В этот самый момент придворный церемониймейстер зычно объявил:

— Великий владыка Империи, император Ланселот III и Ее Величество императрица, а также принц Хирса прибывают!

Створки дверей распахивались одна за другой. Под всеобщие поклоны император Ланселот III вместе с императрицей Бай Вэй появились перед собравшимися и заняли свои места. Хотя в Империи действовал закон о моногамии, императору разрешалось иметь двух жен. Однако Ланселот III был редким однолюбом: увидев в юности императрицу Бай Вэй, он был поражен ее неземной красотой и с тех пор хранил верность единственной возлюбленной. Они жили в глубокой гармонии и произвели на свет лишь двоих сыновей и дочь — принца Ноя, принцессу Кэлань и принца Хирсу.

К несчастью, принц Ной пропал без вести в ранние годы, а принцесса Кэлань скончалась от простуды десять лет назад. Таким образом, во всей императорской семье остался лишь один-единственный наследник — Бай Лее. Ланселот III баловал его едва ли не до безумия и даже пожаловал ему фамилию императрицы, назвав Бай Лее.

И сегодня отмечалось совершеннолетие единственного принца Империи — событие транслировалось на всю звездную систему, возвещая о взрослении юного принца.

Ниже сияющего золотого трона располагался еще один, хрустальный — он стоял ниже императорского престола, но возвышался над рядами министров, что наглядно подчеркивало особое положение принца.

Нынче вечером принц Хирса облачился в парадный алый военный мундире, а его короткие светло-золотые волосы словно впитали в себя сияние солнца. Преимущества смешанной крови проявились в Бай Лее воистину абсолютным образом. Восседая на хрустальном троне и с легким равнодушием взирая на толпу внизу, он излучал врожденное, благородное изящество.

В этот момент сердца почти всех присутствующих омег забились исступленно и часто. До чего же прекрасен принц! Его красота заставляла чувствовать себя ущербными даже тех омег, чья слава строилась на безупречной внешности. Особенно после того, как он проявил себя как альфа, его черты лица стали еще более резкими и выразительными, а эталонная красота гармонично сочеталась с подавляющей аурой прирожденного лидера!

Бай Лее не произнес ни слова, однако яростные нотки альфа-феромонов, несущие в себе запах пороха, внезапно вырвались из его кокона. Это был обязательный ритуал совершеннолетия для каждого наследника престола: высвободить собственные феромоны, чтобы одновременно запугать министров и заставить всех присутствующих навсегда запечатлеть в памяти этот аромат.

Там, где проносился шлейф пороховых феромонов, люди один за другим прижимали правую руку к груди и склоняли головы в знак покорности.

Габриэль внутренне содрогнулся: какое мощное давление феромонов!

Склоняя голову вместе со всеми в знак подчинения, он мысленно вздохнул, уже предчувствуя кровавые бури Седьмой звездной системы, которые неизбежно разразятся после восшествия принца Хирсы на престол.

Император-альфа S-класса, обладающий воинственным феромоном разрушения... приведет ли он Империю к процветанию, яркому и опасному, подобно кипящему маслу, или же к полному краху?

Се Увэнь тоже нахмурился. Когда волна феромонов Бай Лее прокатилась по залу, в затылочной части его шеи, где давным-давно были повреждены железы, вдруг возникло странное ощущение — словно зуд и покалывание при заживлении старой раны...

Тем временем придворный церемониймейстер уже громогласно зачитывал вступительную речь. После череды восхвалений и дифирамбов в адрес великих заслуг императорского рода Ланселот церемония наконец перешла к кульминации:

— А теперь мы просим Его Высочество наследного принца Хирсу выбрать партнера для первого танца!

Едва смолкли эти слова, как в зале оживились практически все — наконец-то!

Главное событие вечера!

Партнер по первому танцу означал будущую супругу или супруга наследника — таково было негласное правило, признанное во всей Империи Белого Орла.

В этот момент Мени и Сицзэ, которых народ считал наиболее вероятными кандидатами в супруги наследника, стояли примерно на равном удалении друг от друга. Рядом с ними толпились другие омеги, снедаемые амбициями: а вдруг выбор принца падет на них? Все они с нервным предвкушением вглядывались в ослепительную фигуру золотоволосого юноши на возвышении.

Бай Лее поднялся. Широкоплечий, долговязый и статный, он одним этим движением произвел потрясающий визуальный эффект. Никто бы и не подумал, что за столь мягким выражением лица скрывается маленький безумец. Неспешным шагом он направился в сторону толпы.

— Ого-го, представление начинается! Шервин, исход нашего пари вот-вот решится! Интересно, кого же выберет Его Высочество? — возбужденно дергал Се Увэня за рукав Ланбо, предвкушая зрелище.

— Попрошу убрать руки с моей шеи.

Полковник Ланбо ничуть не смутился его холоднокровности и, закинув руку ему на шею с видом лучшего друга, наклонился ближе, чтобы разглядеть его поближе:

— Братец, мы столько времени плечом к плечу сражались на передовой, что я вечно забываю, что ты омега. О боже, да какой послушный и мягкий омега сможет без единого изменения в лице свернуть кому-нибудь шею…

— Ланбо Люсиус, — холодным тоном прервал его молодой черноволосый мужчина, смахивая чужую лапу со своей шеи. — Будь я нормальным омегой, твои действия сейчас квалифицировались бы как классическое сексуальное домогательство, и мне хватило бы одного звонка, чтобы упрятать тебя за решетку.

— Ого, — утрированно отдернув руки, протянул Ланбо. — Дружище, в тебе и впрямь проснулось что-то от благородной девицы-омеги.

— Пока я не схватился за сердце и не заорал о помощи, полиция, немедленно катись отсюда, — холодно бросил Се Увэнь.

— Крошка, до чего же ты прелестен… — глаза Ланбо изогнулись в лукавых полумесяцах. — Ты мне нравишься все больше и больше. Кстати, раз уж мы здесь, не подумать ли тебе о том, чтобы потанцевать со мной всю ночь напролет и вывести наши отношения на новый уровень? Ну, знаешь, превратиться из корешей в супругов?

[О-о-о-о, черт-черт-черт, я так и знал! Мои глаза меня не обманули, он определенно к тебе неравнодушен! Хозяин, ты такой ходячий соблазн, обожаю тебя!] — заливался трелями в голове 999, а на его электронном дисплее одна за другой всплывали ухмыляющиеся рожицы.

Лицо Се Увэня потемнело:

— Отвали.

Он слишком хорошо знал этого павлина Ланбо, который только и умел, что распускать хвост почем зря.

— Какая бессердечность, — с улыбкой протянул Ланбо. — Но кто виноват, что я люблю тебя именно таким — говорящим одно, а думающим о другом.

[Хозяин, глянь-ка, у Габриэля аж кулаки побелели! Кажется, он ревнует! А-а, и твой бывший жених Майлен — он так стиснул руку своему фавориту, что у того кожа покраснела~!] — 999 отчаянно подпрыгивал в глубинах сознания, размахивая оптоволокном и наблюдая за драмой так увлеченно, будто собирался использовать проводки вместо фанатских светящихся палочек на концерте. [Да начнется же битва гаремов!]

Что за бред тут творится.

В голове Се Увэня гудело от поднятого шума. И если у него творился полный бедлам, то местным омегам было ничуть не легче: шаги Бай Лее не были ни быстрыми, ни медленными — образцовая, почти учебная грация и невозмутимость, но самих омег от напряжения едва не клонило в обморок. Некоторые уже ослабели настолько, что повисли на плечах компаньонов, отчаянно обмахиваясь веерами из перьев.

Кого же выберет Его Высочество? Кого?!

Видя, как принц приближается в их сторону, Мени крепче сжал веер в руке, а Сицзэ сохранял внешнее спокойствие, хотя выпрямленная в струнку спина выдавала его напряжение. Если не произойдет непредвиденного, будущая пара наследника выберется из этой двоицы.

И тут случилось невероятное.

Шаг Бай Лее внезапно изменил траекторию, и он направился прямо к группе альф-офицеров. Офицеры остолбенели в полном единении: это направление было совершенно неправильным!

Альфы, оказавшиеся лицом к лицу с приближающимся Бай Лее, были готовы наложить в штаны от страха: Ваше Высочество! Одумайтесь, умоляем! У альфы с альфой нет будущего!

К счастью, шаги золотоволосого принца не замедлились — он просто прошел мимо них.

И под всеобщими изумленными взглядами всего зала молодой принц непринужденно пересек толпу и выудил из ее глубин абсолютно ошарашенного черноволосого подполковника.

На глазах у изумленной публики достопочтенный принц Хирса слегка склонил голову и протянул руку ладонью вверх — классическое, безупречное до последнего нюанса приглашение на имперский танец для двоих одного пола.

http://bllate.org/book/34310/4229112