Готовый перевод Married After Blind Date With Baby [Rebirth] / Перерождение: С племянником под мышкой — прямиком в замужнюю жизнь: Глава 10

Ся Цзиньцзюэ не смог сдержать улыбки и чмокнул мальчишку в макушку:

— Ха-ха-ха, конечно же, я это услышал! Ну почему ты такой милый, малыш? В мире не существует никакого чтения мыслей.

— Ультрамен тоже ненастоящий.

— Папа, замолчи! — Ся Чао, казалось, был готов пережить крушение мира. Он отчаянно подпрыгивал, пытаясь закрыть папе рот, чтобы тот перестал нести чепуху. — Чтение мыслей точно существует, и Ультрамен настоящий! Супер-Пельмешка наверняка втайне расправляется со злодеями!

Глядя на невероятно решительный взгляд ребенка, Ся Цзиньцзюэ не смог побороть искушение поддразнить его. В уголках его губ заиграла лукавая усмешка.

Ся Чао испуганно округлил глаза, первым делом зажал уши и затряс головой, словно погремушкой. Убегая, он кричал:

— Не слушаю, не слушаю! Папа — злюка!

«Бах!» — дверь на кухню захлопнулась.

Когда пришло время ужинать, на столе красовалась тарелка с салатом из хауттюйнии. Она стояла прямо перед Ся Цзиньцзюэ, не скрывая своей злокозненной сущности.

— Уэ-э...

Как только Ся Цзиньцзюэ присел, его тут же накрыло «ароматом», который разносился на десять ли, и в животе всё перевернулось.

— Ты... — Ся Цзиньцзюэ дрожащим пальцем указал на Ся Чао. — Какое же у тебя коварное сердце.

Лицо Ся Чао выражало крайнюю степень довольства. Он уверенно подцепил детскими палочками порцию хауттюйнии и собрался положить её в чашку Ся Цзиньцзюэ:

— Папа, а ты веришь в свет?

Ся Цзиньцзюэ молниеносно перехватил свою чашку. Он всё понял: кого угодно можно обидеть, но только не повара, особенно единственного в доме.

— Верю.

Минуту спустя:

— Папа, а в мире правда есть чтение мыслей? — с ангельским выражением лица поинтересовался ребенок.

Ся Цзиньцзюэ уплетал рис, как ураган: он не хотел оставаться в одном пространстве с хауттюйнией ни на секунду дольше.

— Есть.

— Папа, а Ультрамен настоящий? — ребенок продолжал хлопать глазками.

Ся Цзиньцзюэ ответил механически:

— Настоящий.

— Папа, а Супер-Пельмешка...

Не успел ребенок договорить, как Ся Цзиньцзюэ уже наловчился выпаливать ответ:

— Супер-Пельмешка сегодня тоже повсюду помогает слабым и наказывает злодеев.

Ся Чао удовлетворенно расплылся в широкой улыбке:

— Папа, ты такой хороший, я тебя больше всех люблю.

Ся Цзиньцзюэ:

— Хе-хе.

Ну и сыночек-послушник.

Закончив ужин, Ся Цзиньцзюэ занялся мытьем посуды, а Ся Чао взял поводок и отправился выгуливать Бяо-гэ:

— Папа, мы с Бяо-гэ пошли!

— Хорошо, будь осторожен, — высунувшись из кухни, крикнул Ся Цзиньцзюэ.

Ся Чао показал ему жест «ОК» и, закрыв дверь, спустился вниз.

На полпути к раковине Ся Цзиньцзюэ чуть не поскользнулся. Посмотрев вниз, он увидел, что пол невесть откуда залит водой. Он поспешно открыл дверцу шкафчика и наклонился, чтобы осмотреть трубы. Ся Цзиньцзюэ не был профессиональным мастером, поэтому провозился долго, но так и не понял, в чем проблема, зато успел намочить часть одежды.

— Фух... — Ся Цзиньцзюэ вытер пот со лба. Он решил, что профессиональную работу лучше оставить профессионалам — такие деньги он не заработает.

Взяв телефон, он увидел несколько непрочитанных сообщений, и все они, как ни странно, были от Не Фучуна.

Ся Цзиньцзюэ приподнял бровь: и правда, стоит только вспомнить человека — он тут же объявляется.

Пробежавшись глазами по содержанию сообщений, он уже было коснулся пальцами клавиатуры, чтобы ответить, как вдруг раздался звонок.

— Не Фучун.

Ся Цзиньцзюэ уставился на экран, думая, не слишком ли этот человек тороплив?

Не дождался ответа на сообщение и сразу позвонил.

— Алло.

— Это я, — низкий голос Не Фучуна донесся из телефона, словно пронизанный электрическими разрядами.

Иначе как объяснить, почему у Ся Цзиньцзюэ вдруг закололо в ушах и к лицу прилила жара?

— Я знаю. Что-то случилось? — Ся Цзиньцзюэ взял себя в руки, стараясь говорить как можно спокойнее.

— У тебя сейчас есть время? Я хотел бы официально зайти и поблагодарить тебя. — Не Фучун, услышав голос Ся Цзиньцзюэ, догадался, что тот, должно быть, не читал его сообщений.

В них Не Фучун как раз и писал, что надеется на визит, чтобы лично выразить признательность ему и Ся Чао за спасение Не Чжаоюя из рук работорговцев.

Ся Цзиньцзюэ уже давно забыл об этом случае. Как и сказал Не Фучун, когда помогал кому-то в прошлый раз, — это пустяковое дело. Он верил, что любой другой человек, обнаружив работорговцев, поступил бы так же.

— Вы ведь уже благодарили меня в полицейском участке, не стоит быть таким официальным.

Не Фучун проявил упрямство, словно машина, не способная понять сложную команду:

— Будь добр, сообщи свой адрес.

Ся Цзиньцзюэ:

— ...

Он сразу разглядел еще один недостаток Не Фучуна — «упрямство».

Тяжело вздохнув, Ся Цзиньцзюэ сдался: если он не согласится, Не Фучун, возможно, не отстанет. Он отправил адрес.

Устало повалившись на диван, Ся Цзиньцзюэ потер виски: «Ну и сложный же мужчина».

Его взгляд случайно упал на захламленный журнальный столик, сваленные в кучу подушки и книги, разбросанные по углам. Он заглянул в спальню — постель напоминала собачью нору. Повернувшись, он глянул на лежанку Бяо-гэ и понял: нет, у собаки было даже чище, чем у него.

Ся Цзиньцзюэ подскочил, словно спринтер, захлопнул дверь спальни и принялся лихорадочно запихивать вещи в ящики.

Любой, кто увидел бы это, не преминул бы похвалить его: «Настоящий мастер очистки поверхностей».

«Динь-дон!»

Неожиданный дверной звонок заставил глаза Ся Цзиньцзюэ округлиться. Он в спешке поправил подушки и пригладил волосы, растрепавшиеся от такой суеты.

В момент поворота дверной ручки он натянул профессиональную улыбку:

— Добрый вечер.

Мужчина, стоявший в проеме, походил на небольшую гору, перекрывающую свет из коридора. Его руки были нагружены вещами, на предплечьях вздулись вены, а мышцы играли под кожей.

Ся Цзиньцзюэ не мог оторвать взгляд, пока голос мужчины не раздался сверху:

— Ся Чао нет дома?

— О, он ушел гулять с собакой, — Ся Цзиньцзюэ пришел в себя, досадуя на то, что засмотрелся на чужие руки. — Почему ты не взял с собой маленького Чжаоюя? — Он перевел тему, озираясь по сторонам в поисках малыша.

Не Фучун вошел вслед за Ся Цзиньцзюэ:

— У Чжаоюя небольшая простуда.

— Серьезно? — Ся Цзиньцзюэ достал новые запасные тапочки и поставил их у ног Не Фучуна.

Он присел на корточки, и Не Фучун, опустив взгляд, смог рассмотреть неприлично белую шею юноши. Передняя пола белой рубашки по какой-то причине намокла, и, когда Ся Цзиньцзюэ выпрямился, ткань плотно прильнула к коже, проступив розовым пятном.

Не Фучун резко отвел взгляд, чувствуя, как загорелась шея.

К счастью, его кожа была довольно смуглой, а коридор слабо освещен, так что Ся Цзиньцзюэ совсем не заметил его странного состояния.

— Несерьезно. Врач сказал, через пару дней приема лекарств он поправится, — Не Фучун некоторое время блуждал взглядом по воздуху, прежде чем остановить его на обстановке дома.

Это была квартира с долгой историей: штукатурка на потолке местами отслоилась, в низких углах стен виднелись детские рисунки, полные простодушия и воображения. Деревянные рамы окон облупились, краска облезла, а щеколды от старости пришли в негодность, поэтому Ся Цзиньцзюэ просто держал окна открытыми круглый год. Снаружи зеленели деревья, розово-белые цветы распускались один за другим, и лепестки влетали на балкон, словно ожившая картина.

Вещи в доме были старыми, но ухоженными — чувствовалось, что хозяева их берегут. Слева в гостиной стоял Г-образный книжный шкаф. С высоты своего роста Не Фучун сразу заметил, что верхние полки забиты книгами: кулинарные рецепты, пособия по воспитанию детей, классическая литература. Присмотревшись ниже, он даже увидел Гражданский и Уголовный кодексы.

Не зря учитель — охват тем впечатляет.

Не Фучун спросил:

— Учитель Ся преподает обществознание?

— Нет, — Ся Цзиньцзюэ удивился: неужели он выглядит как учитель обществознания? — Я преподаю английский.

В глазах Не Фучуна мелькнуло изумление, которое Ся Цзиньцзюэ тут же подметил, изогнув брови:

— Выгляжу не очень похоже?

Да нет, дело было в стереотипах. По представлению Не Фучуна, учителя английского всегда одевались модно, предпочитали машины марки B, а в повседневной речи то и дело вставляли иностранные фразы. Ся Цзиньцзюэ не подходил ни под одно из этих описаний — скорее уж он походил на учителя китайской словесности.

Не Фучун открыл рот, колеблясь, стоит ли сказать что-то вежливое. Увидев, как ответ читается на его лице, а сам мужчина пытается решить, соврать или нет, Ся Цзиньцзюэ не смог сдержать улыбки — почему-то это показалось ему милым.

«Садись куда хочешь, дома небольшой беспорядок, не обращай внимания», — Ся Цзиньцзюэ взял у него пакеты и усадил гостя на диван.

Не Фучун внутренне выдохнул:

— Не беспорядок, очень уютно.

Все было почти так, как он себе представлял: дом Ся Цзиньцзюэ и Ся Чао был пропитан теплом повседневности, в ярких тонах, где беспорядок гармонировал с порядком, а у каждой вещи была своя уникальная история.

— Правда? — Ся Цзиньцзюэ на самом деле искренне считал, что в его доме неплохо. Жизнь есть жизнь, небольшой бардак — это нормально, ведь они живут не в выставочном зале.

— Да, мне здесь нравится, — выпалил Не Фучун.

Ся Цзиньцзюэ, стоявший у холодильника и достававший напитки, внезапно покраснел до самых ушей. Этот человек то вел себя как непробиваемый мужлан, то «бил прямо в лоб» — эти американские горки его эмоций заставали врасплох.

— Кхм, — Ся Цзиньцзюэ прочистил горло и сделал вид, что спокоен: — Молоко, апельсиновый сок или кола? Прости, мы с Ся Чао не пьем чай, дома нет заварки.

Не Фучун:

— Подойдет просто кипяченая вода.

Когда щеки наконец остыли и пришли в норму, Ся Цзиньцзюэ закрыл холодильник и протянул Не Фучуну бутылку минералки:

— Такая пойдет?

Не Фучун протянул руку:

— Пойдет, спасибо.

Их руки одновременно коснулись бутылки: черная и белая, контрастные оттенки кожи, одна — грубая, другая — нежная, одна — широкая, другая — тонкая. Контраст был разительным.

Дыхание Ся Цзиньцзюэ сбилось: неужели руки этого мужчины настолько больше его собственных? Казалось, он мог бы легко обхватить ими его ладонь.

Не Фучун же подумал: «Вот уж поистине руки человека науки — изящные, боюсь даже держать, как бы мозоли на руках не натерли ему красноту».

— Как состояние твоего отца? — Ся Цзиньцзюэ быстро отдернул руку и, сев напротив Не Фучуна, начал разговор о жизни.

Не Чжаоюя похитили, потому что дедушка внезапно слег с расстройством желудка и не смог присматривать за ним сам. Слышал, потом его от истощения даже в больницу увезли.

Упомянув об этом, Не Фучун машинально нахмурился:

— После трех дней капельниц стало намного лучше.

http://bllate.org/book/34297/4226895