Готовый перевод The Girl I Like Is Your Girlfriend / Та, кого я люблю — твоя девушка: Глава 13

Гэ Минвэй поняла её недосказанный смысл.

Лето заканчивается с умолкшим звоном цикад.

Лето ещё не закончилось.

Уголки губ Гэ Минвэй дрогнули в улыбке, мягкой, словно струящийся лунный свет.

Взаимопонимание между двумя людьми проистекает либо из долгого совместного проживания, либо из душевного резонанса.

Будь Чжуан Наньсин её подругой, она наверняка стала бы её лучшей подругой.

Увы, они — соперницы в любви.

Соперницы в любви, к которым даже при всём желании невозможно испытывать ненависть.

Чжуан Цинюй подёргала Гэ Минвэй за край одежды и сладко позвала:

— Тётя-врач!

Гэ Минвэй погладила её по голове, и её голос прозвучал мягко:

— Здесь больше не больница, можешь не звать меня тётей-врачом.

— А как мне тебя звать?

Чжуан Наньсин протянула палец и легко ткнула девочку в лоб:

— А меня как ты зовёшь? Как по-твоему, как её нужно называть?

Чжуан Цинюй посмотрела на Гэ Минвэй в светло-голубой рубашке и брюках, затем перевела взгляд на Чжуан Наньсин в светло-голубой рубашке и юбке. Вспомнив картинки в книжке, где папа и мама тоже были одеты: один в брюки, а другая в юбку, её маленькая головка закрутилась с бешеной скоростью, и до неё внезапно дошло:

— Дядя!

Гэ Минвэй никак не ожидала такого поворота, она не знала, смеяться ей или плакать:

— Так не называют, я такая же девочка, как и твоя тётя...

Хотя нет, стоп, она чуть было не запуталась: как ни назови, это никак не может быть дядей!

Возможно, Чжуан Наньсин тоже нашла это забавным — её плечи мелко подрагивали от смеха, — и она принялась поправлять Чжуан Цинюй:

— Лучше зови свою тёчу-врача просто тётей, можно даже — красивой тётей.

Сообразив, что оговорилась, а тётя при этом совсем не рассердилась, Чжуан Цинюй с видом знатока кивнула:

— Тогда буду звать красивой тётей.

Гэ Минвэй кивнула:

— Пусть будет так, как сказала твоя тётя.

Маленькая головка ещё не успела переварить устаревшую информацию, как Чжуан Цинюй выпалила:

— Хорошо, дядя... Ой, то есть, я хотела сказать, хорошо, красивая тётя.

Гэ Минвэй бросила взгляд на Чжуан Наньсин. Ей показалось или Чжуан Наньсин и впрямь была очень рада оговорке Цинюй?

Чэнь Линьвань изображал глубокую и скрытую меланхолию целую вечность, пока не почувствовал, что Чжуан Наньсин должна была уловить его замысел. Воссоздав в памяти сцену, отрепетированную уже раз сто, он медленно открыл глаза.

По его задумке, следовало сначала проявить заботу о Гэ Минвэй, заставив Чжуан Наньсин приревновать, а затем как бы невзначай перевести взгляд на саму Чжуан Наньсин, чтобы та заметила его тоску, почувствовала, как тяжело ему с ней расставаться, и поняла: он вынужден быть с Гэ Минвэй исключительно под давлением матери.

Что до Гэ Минвэй, то она ведь ничего не знает об их с Чжуан Наньсин прошлом и сочтет его просто хорошим другом. Возможна легкая ревность, но с этим он потом легко справится, как следует её успокоив.

План просто безупречен, подумал Чэнь Линьвань.

Он медленно повернул голову направо и мягко произнес:

— Минвэй...

Взгляд уперлся в пустое сиденье: ?.. Куда это подевалась Гэ Минвэй?

(Погруженный в собственные фантазии Чэнь Линьвань тогда настолько увлекся размышлениями, что все внешние звуки автоматически отфильтровались его ушами.)

Чэнь Линьвань повернул голову налево и увидел, как его белая и красная розы стоят рядом, оживленно беседуя и улыбаясь друг другу.

Чэнь Линьвань: В смысле?! Разве так должно быть?

Разве всё их внимание не должно быть приковано ко мне?

Наблюдая за их идиллией, Чэнь Линьвань не удержался и подал голос:

— Минвэй...

Чжуан Наньсин первой повернулась на звук. Ему не показалось — на её лице читалось легкое раздражение от того, что её прервали.

Гэ Минвэй медленно повернула голову и посмотрела на Чэнь Линьвань:

— Ты проснулся?

Чэнь Линьвань кивнул:

— Угу. — И тут же поправился: — А, нет, я и не спал.

Чжуан Наньсин, скрестив руки, прислонилась к оконному проёму:

— А я уж думала, ты уснул.

Гэ Минвэй согласно кивнула.

Чэнь Линьвань: ?..

Выходит, я тут разыгрывал целый спектакль, а они думали, что я сплю?!

Чэнь Линьвань решил, что Чжуан Наньсин наверняка ревнует, раз её тон звучит с таким ехидством. Внутренне злорадствуя, он решил подлить масла в огонь.

Откашлявшись, он произнес:

— Минвэй...

Чжуан Цинюй зевнула и уткнулась в объятия Гэ Минвэй, мгновенно перетянув на себя всё её внимание и прервав недосказанные слова Чэнь Линьваня.

Гэ Минвэй обняла девочку:

— Спать захотела?

Чжуан Цинюй чувствовала, будто на её веки повесили по маленькому камешку, которые неумолимо тянули их вниз. Сонным, мягким голоском она пролепетала:

— Хочу спать.

Гэ Минвэй была совершенно не в силах сопротивляться такому милому зрелищу:

— Тебя поносить на ручках, тётя?

Чжуан Цинюй кивнула:

— Люблю тётю, от тёти так вкусно пахнет. Потоскай меня на ручках, ладно?

Гэ Минвэй растаяла от этих слов до полного умиления и закивала:

— Хорошо-хорошо, тётя поносит.

Взгляд Чжуан Наньсин переместился на них двоих, а на лице застыло невероятно нежное выражение.

Чэнь Линьвань почувствовал что-то неладное.

Почему у него возникло странное ощущение, будто он смотрит на молодую семью?

Наверное, перепил, подумал он, яростно мотнув головой, чтобы вытряхнуть эту нелепую мысль из головы.

Он поднялся с места и направился к ним трём.

Чэнь Линьвань хотел потрепать Чжуан Цинюй по макушке:

— Цинюй, спать собралась?

Чжуан Цинюй отвернулась, избегая его прикосновения.

Рука Чэнь Линьваня неловко замерла в воздухе, и он тихо кашлянул, пытаясь сгладить неловкость.

Бросив взгляд на темнеющее небо за окном, он обратился к Чжуан Наньсин:

— Уже так поздно, тебе одной с Цинюй будет тяжело добираться. Давай я вас провожу?

Чжуан Наньсин нахмурилась:

— Разве ты не пил?

Чжуан Цинюй, уже почти засыпавшая, услышав это, широко распахнула глаза:

— Дядя Чэнь, разве вы не слышали? Пьешь за рулем — не води, водишь — не пей. Так поступать нельзя!

Чэнь Линьвань почесал нос: сегодня его уму-разуму учил ребёнок.

Он медленно перевёл взгляд на Гэ Минвэй, надеясь попросить её проводить Чжуан Наньсин с дочкой.

Встретившись с мягким взглядом Гэ Минвэй, его давно дремавшая совесть вдруг дала о себе знать. Ему стало немного стыдно, но он всё же озвучил свою мысль:

— Минвэй, помоги мне проводить Чжуан Наньсин с дочкой.

Не дожидаясь ответа Гэ Минвэй, Чэнь Линьвань добавил сам себе:

— Ну вот и договорились.

С этими словами он развернулся и ушёл.

Он думал, что Гэ Минвэй не догадывается о его мелких манипуляциях, но на самом деле та давным-давно всё раскусила, просто притворялась незнающей.

Впрочем, то, что она знала об этом заранее, вовсе не означало, что сейчас она не мысленно клеймила его: вот же бессовестный тип.

Совершенно не похож на того человека, с которым она познакомилась в самом начале. Или, вернее сказать, перед ней наконец предстало его истинное лицо.

Гэ Минвэй и вправду когда-то искренне любила его, и именно из-за этой любви, узнав его гнилое нутро, испытала ещё большее отвращение. Но теперь его присутствие было необходимо, чтобы отбиваться от матери.

В конце концов, раз уж Чэнь Линьвань — та ещё сволочь, то и она не ангел, а потому пользовалась им без всяких угрызений совести.

Зато к Чжуан Наньсин, которую Гэ Минвэй мысленно занесла в категорию хороших людей, у неё было совсем другое отношение.

Чжуан Наньсин попыталась отказаться от помощи:

— Такой поздний час, зачем тебе, девушке, так утруждаться и провожать нас. Я и сама прекрасно доберусь с Цинюй.

Гэ Минвэй возразила:

— А ты разве не девушка? К тому же с ребёнком. Я отвезу вас.

— Не стоит, правда.

Гэ Минвэй стояла на своём:

— Ничего страшного. Я отвезу.

Видя её упорство, Чжуан Наньсин кивнула:

— Ладно-ладно, тогда побеспокоим Минвэй.

Гэ Минвэй подумала, что Чжуан Наньсин ужасно легко сходится с людьми. Та совершенно забыла об их статусе соперниц в любви и непринужденно уселась рядом с ней, ведя себя очень тепло:

— Минвэй, ты такая хорошая.

Гэ Минвэй смотрела на Чжуан Наньсин, позволяя её чистому свету окутать себя.

Она позволила себе на мгновение соприкоснуться с этим прекрасным сиянием.

Гэ Минвэй чувствовала себя мотыльком, который стремится к свету Чжуан Наньсин, но в то же время боится его — боится, что от этого света погрязнет на дне, бросится в огонь и погибнет безвозвратно.

Нужно стараться еще сильнее, думала Гэ Минвэй, как можно скорее вырваться из этой клетки, ведь в конце концов я рождена для свободы!

— Минвэй, — позвала её Чжуан Наньсин.

— М? — Гэ Минвэй очнулась от раздумий.

Чжуан Наньсин протянула руки и забрала Чжуан Цинюй из её объятий:

— Поехали домой.

— Угу.

Уходя, Гэ Минвэй оглянулась на мгновение: Чэнь Линьвань слегка склонил голову, глядя в сторону выхода — неизвестно, на кого именно он смотрел.

Впрочем, это уже не имело никакого значения.

Если он смотрел на Гэ Минвэй, то в её планах на будущее этому человеку места не было.

Если же он смотрел на Чжуан Наньсин, то Гэ Минвэй только что слегка подкорректировала свои планы, вписав туда Чжуан Наньсин — с твердым намерением открыть той глаза на гнилую натуру Чэнь Линьваня.

На улице поднялся сильный ветер, взметнув опавшую листву и заглушив стрекотание цикад, надежно укрыв несбыточные тайные мечты Гэ Минвэй, о которых она никому и никогда не рассказывала.

Гэ Минвэй вела свою машину, отвозя Чжуан Наньсин с дочкой домой. Когда до дома Чжуан Наньсин оставалось совсем чуть-чуть, с неба неожиданно закапали крупные капли дождя, вмиг залепив лобовое стекло. Включив дворники, Гэ Минвэй сосредоточенно вглядывалась в дорогу.

В дождь дорожные условия ухудшились, и путь, который занял бы от силы пять минут, растянулся целых на пятнадцать.

Дом Чжуан Наньсин находился в коттеджном посёлке неподалеку от центра города. У ворот их остановил охранник, но стоило Чжуан Наньсин выглянуть с заднего сиденья и окликнуть его, как тот узнал её лицо и пропустил машину внутрь.

Чжуан Наньсин попросила Гэ Минвэй припарковаться у входа в её особняк:

— Дождь слишком сильный, оставайся ночевать у меня.

Гэ Минвэй уже собиралась отказаться, как Чжуан Наньсин надула губы, изображая жалобное выражение лица:

— Такой поздний час, да еще в такую ливень, я волнуюсь, если ты поедешь одна.

http://bllate.org/book/34128/4201728