Готовый перевод Remember to Hide It From Your Boyfriend / Тайный роман: Двойная сделка с призраками: Глава 5

Шэнь Ци всё ещё смотрел в сторону, куда удалился Линь Жохуай, и произнёс равнодушным тоном:

— Не нужно, иди развлекайся.

— Я не развлекаюсь.

— Занимайся своими делами.

— Тоже нет…

Шэнь Цинъи замолк на полуслове, сообразив, что старший брат заманил его в ловушку, и попросту сбросил вызов.

Неподалёку медленно приближался Линь Жохуай в аккуратном костюмчике. Поразмыслив о том, что вкусы Шэнь Ци ему неизвестны, он взял один стакан напитка комнатной температуры, а второй — со льдом.

Он решил, что Шэнь Ци наверняка выберет не холодный, а значит, стакан со льдом достанется ему самому. Апельсиновый сок здесь был исключительно свежевыжатым, совсем не похожим на тот, что продавали на улице, — он едва успел распробовать его минутку назад.

Линь Жохуай с радостной улыбкой обратился к нему:

— Господин Шэнь, какой стакан выберете?

Шэнь Ци приподнял веки. Когда взгляд упал на сок комнатной температуры, лицо Линь Жохуай оставалось открытым и приветливым, но стоило ему перевести взгляд на стакан со льдом, как уголки губ Линь Жохуая напряглись, и он принялся исподтишка, с опаской наблюдать за ним.

С полуулыбкой на устах Шэнь Ци произнёс:

— Я возьму со льдом.

Линь Жохуай:

— …

Шэнь Ци забрал стакан с ледяным апельсиновым соком. Поверхность пластика приятно холодила ладонь. Не удостоив Линь Жохуая даже беглого взгляда, Шэнь Ци припал к трубочке, сделал большой глоток, изрядно испачкал губы и тут же провёл по ним языком.

Шэнь Ци отвёл взгляд:

— Слишком холодно, пить невозможно.

Линь Жохуай замер, резко обернувшись: Шэнь Ци уже вовсю продолжал пить из того же стакана. Вспышка раздражения шевельнулась где-то внутри, но пришлось её подавить — выходит, он просто издевался над ним?

Было немного обидно, но оставалось лишь стерпеть.

Мысленно он мысленно выругался: ну и вредный же тип.

Неудивительно, что тот до сих пор одинок. Стоило оглядеться — вокруг едва ли нашёлся бы хоть кто-то, кто осмелился бы заговорить с Шэнь Ци, что наглядно доказывало, насколько скверным характером тот обладал в повседневной жизни.

Шэнь Ци прикончил бо́льшую часть сока. Напиток оказался донельзя кисло-сладким, и он поморщился, однако, заметив боковым зрение угрюмое лицо Линь Жохуая, едва заметно, словно в насмешку, изогнул губы.

Линь Жохуай сообразил, что торта от Се Юйшэня он, судя по всему, так и не дождётся. К счастью, Шэнь Ци тоже не стал задавать лишних вопросов; иначе как бы он оправдывался? Чем больше промахов он совершит, тем хуже для него самого. Срок контракта составлял всего три месяца, и прошёл едва ли месяц — ради денег стоило потерпеть.

Кстати говоря, не пора ли ему подать заявку на надбавку и премию?

Считается ли забота о Шэнь Ци здесь за выполнение обязанностей?

Линь Жохуай тут же выудил телефон и отправил сообщение Се Юйшэню. Ответа не последовало, но он ничуть не тревожился.

Не прошло и десяти секунд, как Се Юйшэн коротко отбил: считается.

Когда Шэнь Ци снова перевёл на него взгляд, унылое выражение лица Линь Жохуая вмиг сменилось сияющей, солнечной улыбкой. Казалось, недавнее мрачное настроение испарилось без следа, и он даже заулыбался, услужливо осведомившись, не желает ли тот ещё апельсинового сока.

— …

Линь Жохуай продолжил:

— Или, может, какой-нибудь другой напиток? Хотите чего-нибудь перекусить? Я принесу.

Шэнь Ци опустил веки, разглядывая человека, примостившегося на корточках возле его инвалидного кресла:

— И сбежишь без оглядки?

— Ну что вы, я вовсе не собираюсь уходить, останусь с вами, — с мягкой улыбкой ответил Линь Жохуай.

Шэнь Ци ничего не ответил, продолжая молча сверлить его взглядом.

Вскоре подошло несколько почтенных пожилых людей завязать беседу. Линь Жохуай не имел подходящего статуса и, проявив завидную рассудительность, встал позади инвалидного кресла Шэнь Ци, тихо стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

Шэнь Ци легко постукивал пальцами по подлокотникам, любезно отвечая старикам, но боковым зрением продолжал следить за Линь Жохуаем, который то нервно теребил пальцы, то с наивной детской любознательностью широко раскрывал глаза, походя на прилежного школьника на уроке.

Когда эта компания стариков удалилась, Шэнь Ци пару секунд изучал его взглядом:

— Хоть слово понял?

— Ничего не понял, — честно признался Линь Жохуай. — Зато ваш голос звучал так красиво. Когда вы со мной разговариваете, совсем по-другому звучите.

Стук пальцев Шэнь Ци мгновенно затих. Он слегка поджал губы, чуть приподнял подбородок и посмотрел на него. Глубокие глазницы таили непроглядную тьму бездонной воронки, готовую затянуть неосторожного на дно.

Линь Жохуай ощутил трепет в груди от этого взгляда, но, считая себя правым, просто улыбнулся в ответ.

К счастью, Шэнь Ци продержался так всего пару секунд. Помолчав немного, он равнодушно бросил:

— Я поднимусь наверх отдохнуть.

Линь Жохуай проследил за движением его пушистых ресниц:

— Могу помочь связаться с вашим помощником, какой у него номер телефона?

— Он не поехал со мной.

Линь Жохуай уловил скрытый подтекст. Обеими руками он ухватился за ручки инвалидного кресла — те были на редкость добротными и даже на ощупь казались тяжелыми:

— Тогда я провожу вас наверх.

Едва слова сорвались с губ, он толкнул кресло вперёд. Раздался резкий щелчок: колеса намертво заклинило, и верхняя половина туловища Шэнь Ци резко подалась вперёд.

— Ой!

Реакция Линь Жохуая опередила мысли: он молниеносно обошёл кресло спереди и успел поймать Шэнь Ци. От рухнувшего на него веса плеч и груди Линь Жохуаю едва не защипало глаза от слёз.

Сидя в кресле, этого было не заметить, но стоило столкнуться нос к носу, как стало очевидно: Шэнь Ци явно не пренебрегал тренировками. Широкие плечи, крепкая спина и потрясающее телосложение создавали заметную разницу в габаритах.

С замирающим сердцем Линь Жохуай помог ему выпрямиться. Шум вышел знатный, и все окружающие тут же уставились на них с явным осуждением на лицах. Заметив происходящее, госпожа Се подошла ближе:

— Жохуай, что ты творишь? Как ты умудрился уронить господина Шэня?

Понимая свою вину, Линь Жохуай не стал оправдываться и честно ответил:

— Я не уронил, просто не заметил, что колеса заблокированы.

Госпожа Се злилась куда больше, чем переживала:

— Ты всё такой же непутёвый, вечно суетишься и делаешь всё спустя рукава… Господин Шэнь, позвольте я попрошу кого-нибудь проводить вас наверх.

Сцена их общения выглядере крайне странно. В глазах Шэнь Ци Линь Жохуай походил на младшую невестку, ещё даже не переступившую порог чужого дома.

Не удостоив никого из присутствующих ответом, Шэнь Ци сухо бросил:

— Пойдёмте, господин Линь.

Попытка госпожи Се проявить гостеприимство провалилась. На мгновение её лицо исказилось от досады, но она тут же натянула дежурную улыбку:

— Что ж, тогда пусть Жохуай проводит.

Именно этот случай позволил Линь Жохуаю осознать, до чего же неповоротливой штукой оказалось это инвалидное кресло. Дело было даже не в том, что оно не сдвигалось с места — оно безумно утомляло, видимо, он просто не умел им правильно пользоваться.

Стоило им войти в лифт, как Линь Жохуай невольно бросил взгляд на ноги спутника: в тот момент, когда он ловил падающего мужчину, Шэнь Ци нечаянно задел его своей пятой точкой, но тот не выказал ни единой реакции.

Зато собственные ягодицы порядком ныли от соприкосновения с жёстким краем чужих кожаных туфель.

Телефон в кармане брюк коротко виззнул. Украдкой взглянув на Шэнь Ци, который, казалось, задрёмал с закрытыми глазами, Линь Жохуай торопливо вытащил аппарат.

[Шеф (Се Юйшэн): Держи его при себе.]

Апартаменты Шэнь Ци расположились на верхнем этаже: просторные, полностью укомплектованные всем необходимым, настолько огромные, что поначалу Линь Жохуай чуть не забрёл не туда и, сделав круг через открытую террасу по небесному саду, лишь чудом вернулся обратно.

Очутившись внутри, Шэнь Ци с каменным лицом язвительно процедил:

— Какая у тебя, оказывается, тяга к прекрасному.

Линь Жохуай не осмеливался признаться в правде:

— С террасы открывается чудесный вид, вышел прогуляться.

— Ты сделал два круга.

Надо же было додуматься накручивать круги ради собственных премиальных…

Линь Жохуай тут же нашёлся:

— Вид слишком хорош, захотелось полюбоваться подольше.

Атмосфера из нейтральной плавно перетекла в ледяную, сгустившись до неловкой тяжести.

В этот момент Шэнь Ци получил сообщение.

[Шэнь Цинъи: Брат, я вернулся, ложись спать пораньше.]

Линь Жохуай понятия не имел о привычках Шэнь Ци: требовалось ли укладывать его спать на кровать, набирать ли ванну, зажигать ли ароматические свечи или благовония? В конце концов, у богачей вечно полно странных причуд. Кстати, где вообще сиделка Шэнь Ци? Помощника поблизости не наблюдалось — неужели все заботы ложились на плечи Шэнь Цинъи?

Он понятия не имел, что ему делать здесь, однако уходить было нельзя. Чем дольше он пробудет здесь, тем щедрее окажутся премиальные и бонусы. Впрочем, главная цель состояла вовсе не в этом, а в том, чтобы дать Се Юйшэню и Шэнь Цинъи достаточно времени и пространства для уединения.

Но Шэнь Ци уже выставил его за дверь:

— Можешь идти.

Казалось бы, причин оставаться больше не осталось. Питая робкую надежду, Линь Жохуай жалостливым взглядом уставился на него:

— …Можно я побуду здесь ещё немного?

Шэнь Ци ничуть не удивился. Нажав кнопку на панели управления, он медленно подкатил кресло к панорамному окну. Надвигавшиеся вдали свинцовые тучи заволокли половину небосвода, недвусмысленно предвещая скорую грозу.

— Господин Линь, нашему с вами уединению в одной комнате неизбежно сопутствуют сплетни. Надеюсь, вы это понимаете.

Во взгляде Шэнь Ци не было и следа тепла — казалось, он насквозь видел его распутные, легкомысленные намерения изменить партнёру, да ещё и с бывшим женихом собственного младшего брата в придачу.

— …

Воображение у этого инвалида работало отменно, только вот что он мог сделать в таком положении… Подавив желание высказать всё в лицо, Линь Жохуай изобразил безупречную улыбку:

— Вовсе нет. Я пришёл сюда исключительно ради того, чтобы присмотреть за вами по просьбе Шэнь Цинъи. Все вокруг оценят моё благородство и желание помочь, а вовсе не станут придумывать небылицы о каких-то неуместных отношениях между нами. К тому же подобные фальшивые слухи наносят ущерб нашей репутации, и мы всегда можем подать на клеветников в суд.

Выпалив всё на одном дыхании и едва не задохнувшись, Линь Жохуай шумно втянул воздух.

Шэнь Ци промолчал. Чётко очерченные брови и глаза даже не дрогнули, но внезапно он протянул руку и слегка ослабил узел на галстуке. Линь Жохуай невольно вздохнул, завороженный этим простым движением.

Словно не замечая крошечных перемен на лице собеседника, Шэнь Ци произнёс:

— Я ведь ничего такого не сделал, господин Линь.

Чувствуя лёгкую неловкость, Линь Жохуай опустил взгляд и покосился на настенные часы:

— Можно я побуду здесь до десяти, а потом уйду?

Красивое круглое число, звучало вполне прилично.

Шэнь Ци не стал возражать, молчаливо соглашаясь. Подкатив кресло к столику, он приподнял крышку, намереваясь зажечь оставшиеся внутри ароматические свечи.

Но зажигалка осталась на прикроватной тумбе.

Ловя малейшие изменения настроения хозяина, Линь Жохуай тут же сорвался с места, принёс её, и в момент передачи случайно задел пальцами тыльную сторону ладони Шэнь Ци. Кожа под ними оказалась ледяной, совсем не похожей на живое человеческое тело.

Кондиционер в холле охлаждал воздух до состояния ледяного погреба, да ещё и этот сок со льдом впридачу — не заболел ли тот?

В конце концов, этот человек — старший брат Шэнь Цинъи. Если Се Юйшэн решит проявить слепую привязанность ко всем близким своего возлюбленного, не падёт ли вина на него самого? Премиальные уполовинятся, и ему придётся молча сносить эксплуатацию капиталиста.

Перспективы вырисовывались мрачные. Прикинув, что лучше проявить заботу, Линь Жохуай решил воспользоваться прекрасной возможностью сблизиться и мягко выразил участие:

— Не спешите меня выгонять. Давайте я укрою вас пледом? Хотите горячей воды? Выпейте обязательно, у вас руки совсем ледяные.

Шэнь Ци мысленно вновь и вновь прокручивал в голове его фразу: «Ты позаботишься обо мне?» Взгляд мужчины поднялся вверх, и в чёрно-белых глазах недвусмысленно читался вопрос: с какой стати тебе о мне заботиться?

Но Линь Жохуай не стал настаивать — его поведение и впрямь выглядело несколько дерзким, всё-таки перед ним родной брат соперника. Впрочем, если тот заболеет, вину всё равно свалят на него:

— Может, я всё-таки принесу плед?

Видя его упорство, Шэнь Ци смягчился:

— Возьми тот, что лежит на диване.

На спинке дивана аккуратно покоилась коричневая клетчатая накидка. На ощупь она оказалась необыкновенно мягкой; в этот момент Линь Жохуай невольно вспомнил похожую шаль своей покойной бабушки. Все его движения сразу стали намного нежнее, и он на автопилоте подошёл и бережно укутал ноги Шэнь Ци.

http://bllate.org/book/34024/4187787