Он позволил Шэнь И докладывать, разумеется, не пытаясь утаить это от сидевших за столом людей. Прислуживавший до этого в столовой слуга удалился еще до того, как он заговорил.
— Второй господин сегодня в семь часов вечера устраивает дегустацию вина у Золотого Озера. Он пригласил множество знатных семей и купцов, передал приглашение для господина, а в придачу прислал еще и человека — говорит, в качестве спутницы для господина, уверяю, вам непременно понравится…
Таковы были слова той стороны, и Шэнь И не смел самовольно ничего менять. Лишь глядя на все более леденеющее выражение лица своего господина, он понимал, что на сей раз Шэнь И окончательно вывел человека из себя.
— Подумать только, даже спутницу прислали. Это значит, тебе обязательно нужно явиться. При таком раскладе я не поверю, если это не вражья застава на обеде.
Сун Фу отрезал кусочек трески, отправил его в рот и протянул с вздохом Шэнь Цюэ:
— Сказав это, он словно о чем-то вспомнил, и перевел взгляд на Шэнь И: — Эй, кстати, а где спутница? Надеюсь, ее опять не подыскали по образу и подобию той самой белоснежной луны из слухов?
— Человек все еще в машине, внутрь ее не пустили. Но судя по словам второго господина, ошибки быть не должно.
Шэнь И тоже чувствовал некомофрт: подобного рода поручения вечно доставались ему. Горячую картошку еще можно было куда-нибудь сбросить, а от этой заразы так просто не избавишься.
— Белоснежная луна?
Вэнь Бай нанизал на вилку сразу пять кусочков стейка. Выражение его лица сейчас в точности напоминало ту самую крестьянку, что поедает дыню в ожидании сплетен — глаза так и сияли.
— Ты не знаешь? Давай я тебе просвещу.
Стоило зайти об этом речь, как Сун Фу тут же оживился. Он оттолкнул в сторону тарелку с треской, сделал глоток кофе и приготовился вести рассказ. Шэнь Цюэ бросил на него мимолетный взгляд, но останавливать не стал.
Шэнь Цюэ — гений среди гениев, прославившийся в юные годы, с выдающейся внешностью и прекрасным происхождением, он был поистине идеальным кандидатом в возлюбленные из девичьих снов. У него имелось бесчисленное множество поклонников, и особенно тяжелой эта ситуация была в пору его поступления в университет, когда ему приходилось выслушивать по меньшей мере пять признаний в любви ежедневно, а его имя постоянно висело на доске объявлений кампуса.
Молодые господа и барышни из тех кругов буквально дежурили у ворот учебного заведения на суперкарах, засыпая его цветами и подарками — и каждый раз придумывали что-то новенькое. Однако излишнее внимание способно вызвать у человека вполне реальное физическое отвращение.
Тогдашний Шэнь Цюэ еще не был столь умудренным опытом хитрецом, а потому придумал единственный пришедший в голову выход: сговорившись с несколькими друзьями, он выдумал образ белоснежной луны, в которую якобы был влюблен с юных лет. Каким бы безупречным ни был этот вымышленный идеал, прибавив к нему свойственную людям способность домысливать все самостоятельно, они тогда благополучно всех провели.
Хотя фотографий так и не появилось, слухи ползли все шире, а те, кто приходил признаваться в чувствах, получали от самого Шэнь Цюэ личное подтверждение. Так это дело из разряда сомнительных превратилось в неоспоримый факт, заслужив для некоего человека репутацию законченного однолюба.
Впрочем, подобный метод хорош лишь на короткое время, но с годами многие начали вынашивать совсем иные замыслы. К тому же влияние и власть Шэнь Цюэ неуклонно росли, и всегда находились те, кого снедала зависть и кто желал присосаться к чужому успеху.
Те, кто намеренно пробирался в его постель, подстраивал случайные встречи, подсылал любовников ради собственной выгоды и даже делал пластические операции по лекалам из слухов — даже его собственный дядюшка, неустанно жаждавший его смерти, пускал в ход подобные уловки. Назвать все эти детали просто нелепыми было бы слишком мягко.
— Вот оно как~
Выслушав рассказ Сун Фу, Вэнь Бай разделался с последним кусочком стейка на вилке. Во взгляде, которым он окинул Шэнь Цюэ, промелькнуло задумчивое выражение.
— Получается, ярлык белоснежной луны больше не работает, раз столько людей норовят подсунуть господину Шэню любовников?
Отправив в рот еще пару мини-томатов, Вэнь Бай смаковал то, как они лопаются на языке.
— Угу, — неопределенно кивнул Сун Фу. Хотя Вэнь Бай выглядел весьма простодушно, говорил он прямо в точку, к тому же его ангельское личико обладало столь обманчивой внешностью, что любой принял бы его за хрупкого и нежного юношу.
— Мы же не можем следом за белоснежной луной выдумать еще и любовника? Нынешних старых лис уже не так-то просто провести.
Чего Сун Фу не озвучил вслух, так это того, что даже те, кто прежде питал слабость к Шэнь Цюэ, переменили свое отношение — не то что любовником, они были готовы даже на одну лишь ночь в его объятиях.
Пальцы Шэнь Цюэ отбивали дробь по плейсматсу. Он действительно еще не придумал, как разрешить эту проблему: в последнее время случаи, когда на банкетах ему пытались подсыпать зелье или подсунуть людей, участились в разы, от подобного просто невозможно было уберечься.
Не успел он упорядочить свои мысли, как услышал прямолинейное и беззаботное заявление некоего человека:
— Белоснежная луна — фальшивка, а любовник вполне может оказаться настоящим.
— Где мы тебе сейчас сыщем человека с безупречной репутацией, который согласился бы стать его любовником? К тому же любовник как минимум должен быть хорош собой. Даже если такой найдется, еще поди спроси, согласится ли на это наш дорогой господин.
Сун Фу пожал плечами с видом человека, который пытается сказать: ты вообще понимаешь, о чем говоришь?
Едва затихли его слова, как Шэнь И, Шэнь Эр и Шэнь Сань переглянулись. Все их взгляды сошлись на Вэнь Бае.
Разве готовый кандидат не сидит прямо перед ними?
Даже Шэнь Цюэ не удержался и бросил взгляд на Вэнь Бая. Рука, до этого расслабленно лежавшая на столе, сейчас сжалась в кулак — он отчетливо чувствовал, что сейчас цель, ради которой он привел этого человека сюда, отдаляется с каждым мгновением.
На заданные Сун Фу вопросы Вэнь Бай ответил без тени смущения, указав на самого себя:
— Я.
Ты?!
Сун Фу уставился на Вэнь Бая, и выражение его лица из изумленного постепенно превратилось в задумчивое. Почему ему вдруг показалось, что эта затея вполне может увенчаться успехом?
— Ну да, я. — Вэнь Бай отложил вилку и принялся загибать пальцы: — Репутация чистая, внешность привлекательная, к тому же…
Он повернул голову к сидевшему неподалеку Шэнь Цюэ:
— Господин Шэнь, как считаете, если я стану вашим любовником, это же неплохо?
— Кхе…
Шэнь Цюэ никак не ожидал от него такой прямоты и торопливо опустил чашку с чаем.
— Что такое, я недостаточно хорош?
На лице Вэнь Бая застыло невинное выражение, в то время как в мыслях он уже ликовал: ходячий банк крови, огромное поместье, слуги, безмятежная жизнь ленивой рыбы — я иду!
— Нет, просто… — Шэнь Цюэ слегка замялся. Согласиться на то, чтобы Вэнь Бай стал его любовником, и впрямь было лучшим выходом на данный момент: боевая мощь парня на высоте, он сумеет постоять за себя в любой передряге. Но все же это казалось не совсем честным по отношению к нему, да и расходилось с их изначальной договоренностью.
— Сяо Бай, ты действительно все обдумал?
— Угу-угу, стоит господину Шэню сказать мне направо, я ни за что не пойду налево. Я еще умею драться, есть, спать, изготавливать гробы, да и постель согреть могу… Хотя тепла от меня, пожалуй, маловато, но это ведь не проблема.
http://bllate.org/book/33985/4183043
Сказали спасибо 0 читателей