Готовый перевод The Right Way for 1.5m and 2.2m to Date / Разница в 70 сантиметров: Любовь великана и крошки: Глава 6

И в самом деле, старый имбирь острее, а старый тренер коварнее. Мифунэ Нюдо измывался над Тоётоми Яёи на все лады. Поначалу Тоётоми Яёи ещё мог оказывать ему сопротивление в открытую, но со временем его просто вымотали до такой степени, что сил не осталось вовсе.

Приседания под водопадом, бег за водой с тяжёлыми мешками на спине, причём принесённую воду ему пить не разрешалось — её нужно было отдавать тем окаянным старшеклассникам, да ещё и среди ночи поднимали по тревоге и заставляли отрабатывать удары. Тоётоми Яёи скрежетал зубами всякий раз, когда вспоминал те деньки.

Ещё никогда в жизни с ним так не обращались.

Впрочем, спустя почти месяц тренировок Мифунэ Нюдо согнал всех юниоров вместе и велел им явиться на тот самый обшарпанный корт.

Около двух десятков человек выстроились по периметру. Мифунэ Нюдо, как и прежде, восседал на своём пне, смачно прикладываясь к фляге с выпивкой. Вскоре напротив сетки выстроились выбывшие ранее старшеклассники.

Замысел Мифунэ Нюдо сводился к простому: до рассвета побеждает та сторона, у которой на поле останется больше людей.

Сейчас было три сорок утра. На дворе стояло начало ноября, рассветало не слишком рано — по устоявшемуся расписанию солнце обычно поднималось где-то между пятью десятью и пятью тридцатью.

Выходит, продержаться требовалось два с половиной часа?

Если подсчитать, юниоров было чуть меньше, зато старшеклассники в белых футболках густой толпой заполнили всю противоположную половину корта так плотно, что даже замахнуться ракеткой представлялось затруднительным.

Похоже, юниорам всё-таки будет чуточку проще, прикинул Мицуя Акуто, окинув взглядом соперников.

Однако Мицуя Акуто просчитался. Старшеклассники оставили в передней линии всего пять человек, а все остальные плотной толпой сгрудились у задней линии, освободив пространство для первой пятёрки.

Юниоры же, напротив, собирались играть каждый сам за себя.

При столь очевидном неравенстве сил они наверняка закипят от праведного гнева.

Некоторые из юниоров с наиболее скверным характером уже начали орать на Мифунэ Нюдо. В ответ тот просто швырнул в них два десятка теннисных мячей.

Чего он вообще добивается? Мицуя Акуто никак не мог взять в толк. Почти месячный адский курс тренировок не заставил его бросить сбор данных, хотя теперь он сосредоточился в основном на таких же юниорах, как он сам. Этот тренер Мифунэ Нюдо, при всей своей суровости и странности методов, добился главного: после такой подготовки уровень каждого из них претерпел качественный скачок. Огромные массивы информации превращались в голове Мицуи Акуто в удобный для расчётов поток данных. Шёл непрерывный сбор, классификация, сопоставление и выводы, в результате которых у него в уме сформировалась целая таблица с характеристиками этих игроков.

Вот только по прибытии сюда все их вещи отобрали, разрешив брать на тренировки только инвенياتар, связанный с теннисом, так что под рукой не оказалось ни бумаги, ни ручки для записей. А то, что держишь в голове, имеет свойство со временем стираться.

Пока он размышлял об этом, товарищи по команде один за другим налетали друг на друга, пытаясь отбить мяч, в итоге упускали то, что должны были взять, и получали штраф за вылет с поля.

Всё из-за этого?

— Пять человек остаются у сетки, остальные отправляются стоять по углам. Как только передняя линия устанет, устроим замену, — раздался голос Тоётоми Яёи. Мицуя Акуто прервал свои мысли, первым шагнул в угол, и остальные быстро сгруппировались следом, оставив просторную площадку свободной.

Все пятеро оставшихся на поле были лучшими игроками из своих школ, а по мастерству они ничуть не уступали старшеклассникам на противоположной стороне, а то и превосходили их. Очень скоро первая пятёрка старшеклассников оказалась выбита.

В то время как юниоры успевали отбивать по четыре мяча на человека с пугающей лёгкостью, старшеклассники продолжали суетиться и совершать ошибки. Мицуя Акуто уже отчётливо видел момент их поражения.

Спустя час у старшеклассников осталось меньше половины людей, но даже эта половина всё ещё значительно превосходила числом юниоров, в то время как с их стороны за это время заменили всего двоих.

С учётом игроков у сетки на поле оставалось восемьнадцать юниоров.

Хватит с них.

Тоётоми Яёи потёр пот со лба полочкой одежды. Жест этот сам по себе выглядел весьма лихо, но в исполнении Тоётоми Яёи от него веяло лишь умилением — возможно, из-за его детской комплекции и пухлых детских щёчек.

Зато тело его сплошь покрывали раны. О простых ссадинах и говорить нечего — на суставах вроде локтей и коленей красовались сплошные синяки, коленки были замотаны марлей, а на голени выделялся длинный рубец. Он уже начал затягиваться, но коричневато-бурая корка резко контрастировала с нежной белизной кожи.

Наверняка та банда из Хётей снова завоет от жалости, когда увидит.

Впрочем, у Тоётоми Яёи было предчувствие, что всё скоро закончится.

И не только этот матч, но и адские тренировки.

Мифунэ Нюдо почесал спину, на мгновение задержал взгляд на Тоётоми Яёи, а затем бегло окинул глазами тех, кто стоял за ним.

За этот почти месяц совместной жизни он успел досконально изучить способности каждого и даже выделил для себя несколько перспективных ребят.

Больше всего его поразил этот сорванец по имени Тоётоми Яёи.

При первой же встрече тот нагло бросил вызов его авторитету, но, осознав пользу тренировок, сумел проглотить гордость и сосредоточиться на развитии собственных навыков, даже несмотря на то, что заставлявший его становиться сильнее человек растоптал его достоинство и задел за живое.

На редкость рассудительный, невероятно умный и обладающий огромным потенциалом парень. Всего за несколько дней его мастерство вышло на принципиально иной уровень, а база оказалась на редкость прочной. При этом в досье, присланном Куробе Юкио, значилось, что Тоётоми Яёи взял в руки ракетку всего год назад.

Что за чудовищный талант!

Подобные способности вызывают у менее одарённых, но упорных игроков жгучую зависть и злость: высоты, на достижение которых другим требуется десяток лет, он покорял всего за год.

Наверное, многих бесят такие люди — те, кто топчет чужие старания и даже не замечает этого.

Небо постепенно светлело. Мицуя Акуто взглянул на часы: уже пять семнадцать. Скоро прозвучит команда остановиться.

На поле всё ещё оставалось немало игроков. Тоётоми Яёи только что сменили, выпустив вперёд Ириэ Канату. Ириэ Каната не отличался высоким ростом, но всё же был заметно выше Тоётоми Яёи — по крайней мере, дотягивал до метра шестидесяти восьми. У него была точёная фигура, а круглые очки в тонкой оправе придавали ему вид прилежного отличника, который наверняка пропадает в каком-нибудь литературном кружке. Однако этот парень действительно являлся одарённым спортсменом игрового профиля. Благодаря лёгкому телосложению Ириэ Каната двигался непринуждённо и изящно, демонстрируя молниеносную скорость.

На стороне юниоров оставалось одиннадцать человек, потерявших до этого лишь двоих. Противнику пришлось куда хуже: там жалко жались друг к другу всего шесть-семь человек. Если ничего не случится, победа останется за юниорами.

Мицуя Акуто перевёл взгляд на Мифунэ Нюдо. Тот сладко зебнул и поднялся на ноги.

— Всё! На этом закончили! — рявкнул Мифунэ Нюдо.

Услышав это, старшеклассники рухнули на землю, тяжело и прерывно дыша.

— Вы теперь прошли отбор, — Мифунэ Нюдо повернулся к юниорам, пошарил рукой сзади и вытащил из-под себя старинный ключ бронзового оттенка.

Он приподнял ключ, разглядывая его, а затем швырнул Тоётоми Яёи.

Тоётоми Яёи поймал его, брезгливо поморщился и тут же перекинул стоявшему позади Муцу Юухо.

Провалился тут под чьей-то задницей, гадость какая.

— А теперь вам пора отсюда убираться. Идите до конца дороги, — он указал на лесную тропинку слева. Она была вся в выбоинах и ухабах; во время тренировок им случалось пробегать мимо, но до самого конца пути они ещё ни разу не добирались.

Тоётоми Яёи издал презрительный смешок, подобрал ракетку и зашагал прочь, не оглядываясь и не выказывая ни малейшего сожаления.

В следующий раз я обязательно тебя одолею. Сказано это было едва слышно, но Мифунэ Нюдо всё равно расслышал. Он лишь усмехнулся и вновь принялся громко отчитывать старшеклассников.

Шум за спиной постепенно затих. Дорога становилась всё круче, местами превращаясь в откровенно опасный спуск, так что приходилось сбавлять шаг и осторожно съезжать вниз, придерживаясь за стволы деревьев.

Значит, мы спускаемся с горы?

Шли, казалось, целую вечность. Утренняя дымка рассеялась, солнце уже висело прямо над головой, и только тогда вся группа из двадцати пяти человек добралась до пункта назначения.

Перед ними стояла небольшая хижина, на внешней стене которой красовались три криво намалёванные лодчонки — донельзя небрежно, словно рисунки детсадовца.

Муцу Юухо шагнул вперёд и распахнул дверь.

Всё оказалось именно так, как и говорил Сайто Итару: они вернулись в молодёжный лагерь U-17.

Лагерь жил своей прежней бурной жизнью, на каждом корте вовсю шли тренировки, но вот для них, обитателей лагеря проигравших, свободных площадок не нашлось.

Пропустив несколько задних кортов, процессия остановилась у корта номер один.

Нагловато.

Десять элитных игроков первого корта, проводивших тренировку, замерли.

Вероятно, их капитан шагнул вперёд, окинул взглядом чёрную форму новичков и сразу всё понял.

В U-17 существует правило: если игроки в чёрной форме бросают вызов, отказать им нельзя.

Тоётоми Яёи, глядя на этих чистеньких ребят, с которых не сошло ни единой капли пота, даже глаза от зависти прищурил.

Как же хочется в душ!

Хотя в горах они тоже мылись, времени на это отводилось мизер — едва успевали ополоснуться в речке, как приходилось возвращаться к тренировкам, а волосы толком и не промыть при умывании.

Шутка ли! Быстрая мойка подходит только тем, у кого стрижка под ноль. А с его шевелюрой до плеч каждый помыв превращался в целое наказание: после воды шевелюра сохла ужасно долго. И если он не подхватил воспаление лёгких, то исключительно благодаря отменному здоровью.

Разобьём их — и сразу в душ. И не просто помоемся, нас ждут горячая еда, послеобеденный чай, общежития с кондиционерами и самое современное тренировочное оборудование. Голос Тоётоми Яёи звучал негромко, но сказанное вдохнуло новую жизнь в каждого неудачника из команды проигравших.

Перед глазами у них словно забрезчило светлое будущее, и в нос уже ударил аппетитный запах свежей стряпни из столовой.

Нужно всего лишь победить их?

Игроки первого корта зябко ёжжились, ощущая себя жертвами хищника, пока потрепанные обитатели лагеря проигравших смотрели на них хищными, голодными улыбками.

Гейм! Счёт 4-1, впереди Тоётоми.

Тоётоми Яёи глубоко вдохнул, высоко подбросил жёлто-зелёный мяч и взмахнул ракеткой.

Мяч ударился о землю прямо у пятки соперника, даже не отскочив, а покатился назад, оставив на корте отчётливый чёрный след.

Стоит признать, при всей своей миниатюрности Тоётоми Яёи обладал редким сочетанием мощи и техники: такая колоссальная сила удара совершенно не вязалась с его хрупким телосложением.

Это было настоящее избиение.

Обитатели первого корта считались сильнейшими во всём лагере, если не считать основной состав сборной, однако даже этим признанным мастерам пришлось невероятно тяжело под натиском Тоётоми Яёи.

Гейм! 6-3, побеждает Тоётоми.

4-1, победа лагеря проигравших! Переход на первый корт!

Вся поверхность корта номер один была испещрена чёрными полосами от мячей.

Просто кошмар какой-то, — промолвил капитан первого корта, обращаясь к капитану второго корта, которого только что в пух и прах разнесли.

Играть с ним — такое ощущение, будто тебя сейчас прикончат.

http://bllate.org/book/33939/4176338