Готовый перевод Transmigrated as the Villainous Original Wife, I Ended Up with the Gong's White Moonlight / Став злобной женой, я сбежал с «белой луной» главного героя: Глава 6

Палата № 12 — отдельное одноэтажное здание, принадлежащее исключительно Юй Цину.

Перед домом раскинулся цветочный сад, а задний двор выходил прямо к озеру, поэтому половина больничного крыла была построена прямо на воде.

Сюй Юй ввез Юй Цина внутрь и невольно поморщился.

До перемещения в книгу на базе, где жил Сюй Юй, даже на складах в голодные годы полки ломились от товаров, а здесь...

В помещении площадью более двухсот квадратных метров не было ничего, кроме огромной кровати, металлической тумбы высотой по пояс да пары медицинских приборов.

Сюй Юй опустил взгляд на Юй Цина. Пыльно-белые больничные халаты в санатории меняли ежедневно, так что шкаф для одежды действительно не требовался... Вспомнив, что у прежнего хозяина тела в резиденции семьи Хо была гардеробная вдвое больше этой палаты, Сюй Юй подумал:

Прежний владелец тела и Юй Цин совсем не похожи на омег одного типа.

Сюй Юй подсознательно всё ещё не воспринимал себя как омегу.

Юй Цин развернул кресло-коляску, наконец-то заполучив возможность вволю смотреть на лицо Сюй Юя, но его выражение вновь внезапно потускнело.

— Братец А-Юй уходит?

Сюй Юй задумчиво помолчал и покачал головой:

— Нет, ещё рано...

Хотя было вовсе не рано: за панорамными окнами, выходившими на озеро, закатное небо полыхало, словно огонь — Сюй Юй пробыл в санатории Саньшуй уже почти два часа.

То зондируя почву, то заигрывая, Сюй Юй чуть было начисто не забыл о главном деле.

Сделав шаг вперёд и присев на корточки, Сюй Юй впервые поравнялся взглядом с Юй Цзином.

Юй Цин замер, Сюй Юй на секунду тоже опешил, но тут же продолжил начатое.

Правой рукой он осторожно отвёл в сторону прядь рыжих волос, падавших на щеку Юй Цина, и медленно заправил её за ухо. Чуть сместив два пальца вниз, он снял с левой ушной раковины Юй Цина красный кристалл и тут же привычным движением закрепил его на собственном ухе.

Красный кристалл — одно из средств связи этой эпохи.

— Пароль.

Сюй Юй напомнил Юй Цзину, у которого покраснели кончики ушей, а глаза увлажнились. Тот смущался и робел, доведённый до крайности устроенными над ним поддёвками.

Юй Цин пришёл в себя, кивнул и моргнул, отчего чистые капельки влаги присмачивали верхние и нижние ресницы, после чего выдал целую череду символов.

Сюй Юю даже не пришлось вводить их вручную: интерфейс Звездной сети в поле его зрения был разблокирован.

Опираясь на воспоминания прежнего владельца тела, Сюй Юй нашёл вспомогательную ссылку, которую тот за деньги велел внедрить в окно трансляции, просматриваемой Юй Цзином.

Удалив её в один клик и мимоходом отключив саму трансляцию, он ещё трижды перепроверил, тщательно ли зачищены все следы.

Лишь после этого Сюй Юй по-настоящему успокоился.

Перемещение в книгу не было осознанным желанием Сюй Юя, раз уж он попал сюда, ему хотелось прожить эту жизнь достойно.

А раз так, пока всё можно было исправить, он вовсе не собирался взваливать на свои плечи груз невинной жизни, как это сделал прежний хозяин тела.

Юй Цин, вполне возможно, всё равно скончается от болезни, как в оригинальном сюжете, но умереть от его руки он не должен.

— В ссылку, которую я тебе прислал, была встроена дрянь. Я её ударил, больше не ищи и не смотри её. Мм?

У Сюй Юя не было дурной привычки считать окружающих дураками. Напускная чистота и наивность Юй Цина — будь они правдивыми или фальшивыми — пока еще не могли повлиять на принципы и методы работы, которых Сюй Юй придерживался всегда.

Юй Цин кивнул, ответив сладким, мягким голодным и послушным тоном:

— Хорошо, я буду слушать брата А-Юя.

Сюй Юй с довольной улыбкой тронул уголками губ красный кристалл на ухе, но тут же замер.

— Ты не против, если я взгляну на твою медицинскую карту?

Юй Цин тут же покачал головой:

— Не против.

Сюй Юй бросил беглый взгляд на только что открытый файл с историей болезни и снова перевёл глаза на Юй Цина.

— Холодно? Плохо себя чувствуешь? Болит?

Юй Цин искривил губы в улыбке и твёрдо покачал головой:

— Нет.

Сюй Юй тихонько фыркнул, поднялся на ноги, выпрямился во весь рост, и его слегка развеселившийся голос долетел сверху до ушей Юй Цина:

— Поймался... Маленький лжец!

Перед лицом Сюй Юя, уже одной ногой ступившего на порог великого аптекаря, лгать о собственном состоянии — разве можно было надеяться, что он не заметит изъяна?

Юй Цин чувствовал себя отвратительно, ему стало хуже сразу после того порыва ветра.

Шагнув ближе, Сюй Юй подхватил стоявший у Юй Цина на коленях ланч-бокс и поставил его на пол. Повернувшись боком, он обвил правой рукой плечи Юй Цина, а левой подхватил под коленки и поднял его с инвалидного кресла.

Сделав с десяток шагов, он уложил его на кровать.

Сложив две подушки вместе в качестве спинки, Сюй Юй аккуратно подтянул одеяло, укрывая Юй Цина.

— Будучи столько лет первой красавицей Южных Пределов, ты что, не отложил себе никакого капитала? Нанять кого-то для постоянного ухода просто необходимо.

Сюй Юй машинально поворчал пару раз и замолчал: Юй Цин не был ни его пациентом, ни родственником, так что у него не было ни прав, ни нужды читать нравоучения.

С момента их встречи Юй Цин впервые не успевал за ходом мыслей Сюй Юя.

Его глаза широко раскрылись, в них стояла такая пустота, что было невозможно догадаться, о чём он думает.

Сюй Юй наконец-то почувствовал укол совести за то, что дразнил ребёнка, и невольно пояснил:

— Я не ругаю тебя в плохом смысле.

Напротив, ему казалось, что Юй Цин, слегка покрививший душой, стал ещё милее, реальнее и больше похож на живого человека.

— А?

Юй Цин пришёл в себя и одарил Сюй Юя озадаченным взглядом.

Словно говоря: разве ты меня ругал? Я же такой послушный, как ты можешь меня ругать.

— Ничего... Посмотри передачу, отвлекись.

Сюй Юй наугад открыл трансляцию какой-то программы и подключил её к проектору палаты.

Тут же в трёх метрах от больничной койки возник оживший трёхмерный голографический мир.

Бескрайняя равнина, резвящиеся детёныши диких зверей — научно-популярная передача «Мир животных: Остров Оз».

В палате зазвучали музыка, звериный рык, человеческие голоса...

Но уголок у внутренней стороны больничной койки от этого казался ещё более тихим и уединённым.

Сюй Юй плюхнулся на металлическую тумбу у кровати и принялся изучать медицинскую карту, которая обновлялась ежедневно на главной странице его коммуникатора.

Дочитав страницу до конца, Сюй Юй, не отрывая глаз от экрана, бросил Юй Цinu:

— Смотри передачу.

— Ох...

Юй Цин тихо откликнулся, продолжая упорно пялиться на Сюй Юя, лишь изредка поглядывая на него краем глаза каждые несколько секунд.

Сюй Юю вскоре стало не до того, что Юй Цин украдкой на него глазеет. Он с сосредоточенным видом листал страницы, слегка нахмурив брови, а затем осознанно вернул лицу беспристрастное выражение.

В медицинской карте состояние Юй Цина со дня поступления в больницу было описано предельно подробно.

Результаты оказались намного хуже, чем предполагал Сюй Юй, но чтобы выносить окончательные суждения, одной этой карты было недостаточно.

— Что это такое?

Почти три часа потребовалось Сюй Юю, чтобы прочитать двухлетний журнал болезни Юй Цина.

Задав вопрос, он протянул руку, снял с уха красный кристалл и протянул его Юй Цину.

Юй Цин склонил голову набок, чуть приподнял подбородок, и его сияющие глаза уставились на Сюй Юя.

Сюй Юй понял его без слов, улыбнулся уголками губ и, протянув руку, средним и безымянным пальцами отвёл красные пряди с щеки Юй Цина, обнажая ухо, после чего аккуратно вернул кристалл на место.

Юй Цин изогнул губы в улыбке и ответил на недавний вопрос Сюй Юя:

— Озская кошка, длинношёрстная крылатая кошка. Это редкий двухцветный белоснежный пушистый детёныш с разным цветом глаз.

В этот момент виртуальный детёныш озской кошки как раз резвился на полу палаты, подпрыгивая то тут, то там.

Мгновение спустя этого малыша целиком проглотила огромная пасть, полная зубов, не дав ему издасть даже слабого писка.

Юй Цин продолжил объяснять:

— Брат А-Юй, не смотри, что сейчас он такой слабый, когда вырастет, станет очень сильным.

— О... — рассеянно протянул Сюй Юй.

Оперевшись левой рукой о край кровати и подперев подбородок, он тоже уставился на экран.

Действительно, взрослая озская кошка из документального фильма впечатлила Сюй Юя — это был несомненный владыка дикой природы планеты Оз.

Огромное существо размером с небольшой дом было разорвано ею всего одним ударом лапы.

— Бах!

Брызнул фонтан крови — из затылка взрослой озской кошки вылетел заряд, и грозный хозяин планеты Оз, ещё секунду назад внушавший ужас, пал жертвой высоких человеческих технологий.

Ни Сюй Юй, ни Юй Цин никак не прокомментировали увиденное.

Передача воспроизводилась автоматически, одна серия сменяла другую, и величие звёздного неба приоткрывало перед Сюй Юем лишь ничтожно малую свою часть.

Благодаря этой передаче и воспоминаниям прежнего владельца тела он составил приблизительное представление о звёздных владениях Империи Черного Дракона.

Империя Черного Дракона принадлежала к Звездному Домену Цзыюнь и являлась одной из трёх великих межзвёздных держав. Она существовала уже почти десять тысяч лет, средняя продолжительность жизни её граждан составляла триста лет, технологии были развиты, а торговля процветала. Лишь в звездных секторах, граничащих с Морем Хаоса Звезд, то и дело вспыхивали вооруженные конфликты.

Чем ближе к землям Императорской Звезды Цзывэй находились звёздные территории, тем стабильнее и процветающе они были.

Разумеется, стабильность и процветание касались исключительно человеческого общества; прочие же виды, по мере расширения ареала обитания людей, неизбежно подвергались ударам и истреблению различной степени тяжести.

Озские кошки с планеты Оз уже много лет числились в имперском списке вымирающих видов.

Взгляд Сюй Юя вновь скользнул с экрана телевизора на профиль Юй Цина.

— Ты точно уверен, что не хочешь спать?

Сюй Юй отлично чувствовал течение времени: сейчас речь шла уже не о том, поздно ли — до рассвета оставались считанные часы.

Юй Цин задал встречный вопрос:

— А брат А-Юй хочет спать?

Сюй Юй не стал отвечать на этот вопрос. Скосив глаза на небо за панорамным окном, он произнёс:

— Мне пора идти.

Пусть это произошло не специально, но Юй Цин приютил его на всю ночь.

Первую ночь после перемещения в книгу.

Удивительно тихую, спокойную и комфортную.

Но с тем, с чем предстояло столкнуться, всё равно нужно было встретиться лицом к лицу, и время возвращаться, чтобы разрубить гордиев узел, уже подошло.

— Ох, — тихо откликнулся Юй Цин, больше не пытаясь говорить слова на прощанье и уговаривать его остаться.

У него не было ни единой причины поступать так, да и подходящих поводов просить Сюй Юя задержаться он не нашёл.

— Спасибо, брат А-Юй.

— Спасибо тебе...

Слова Юй Цина и Сюй Юя частично совпали.

Сюй Юй поднялся и левой рукой легонько похлопал по одеялу, под которым лежал Юй Цин.

— Будет время — я загляну к тебе ещё.

Однако Юй Цин вовсе не выглядело более счастливым от этих слов, он лишь тихо ответил:

— Хорошо.

Сюй Юй подхватил опустевший ланч-бокс и направился к двери.

Пройдя чуть больше двух десятков шагов до выхода, он остановился и отпер замок.

Вышел и прикрыл за собой створку.

В тот самый миг, когда дверь почти захлопнулась, её задержал носок чёрного кожаного ботинка.

Это был Сюй Юй.

Толкнув дверь, Сюй Юй вернулся к кровати.

Юй Цин поднял голову, их взгляды столкнулись.

Прозрачно-красный и глубокий черный.

Сюй Юй задал вопрос:

— Хочешь жить? Ты хочешь жить во что бы то ни стало?

Алые зрачки Юй Цина резко расширились от услышанного, и он добрую минуту смотрел перед собой остекленевшим взглядом, прежде чем ответить:

— Хочу.

— Я подумаю.

Бросив эти слова, Сюй Юй развернулся и вышел из палаты.

На этот раз он больше не оглядывался.

Юй Цин закрыл глаза, его тело медленно сползло вниз, и одеяло накрыло его с головой.

Вскоре из-под одеяла донёсся тихий, хрупкий смешок, который постепенно становился всё громче и одновременно слегка хриплым.

Свернувшись клубочком под одеялом, человек, казалось, никак не мог вдоволь нашуметься.

— Хозяин, этот щенок из Семьи Сюй зашёл слишком далеко, этот старый слуга сей же час пойдёт и отрубит ему руку, нет, голову...

Металлическая тумба, которая служила Сюй Юю стулом весь вечер, мигнула красным огоньком, издав взволнованный и долго подавляемый голос.

Если бы не жёсткие правила, установленные Юй Цзином, он бы давным-давно так и поступил!

Одеяло откинулось, Юй Цин снова сел. На его щеках горели два неестественных красных пятна, а голос звучал до ужаса леденяще:

— Если ты посмеешь тронуть хоть один волосок на теле Сюй Юя, я выломаю тебе хотя бы одну кость.

Кости были вовсе не какой-то деталью металлической тумбы, а тем, что присуще истинной природе обладателя этого голоса.

Лишиться кости — значит остаться калекой, если не умереть.

Но дело было даже не в этом; главное заключалось в том, что Юй Цин никому не позволил бы причинить Сюй Юю малейший вред.

http://bllate.org/book/33819/4160355