Готовый перевод Hearing His Voice / Увидеть твой голос: Глава 13

— Ладно, чего уж теперь, больше не издеваешься, — Чэнь Момо закатила глаза. — Ты вообще в слуховом аппарате или нет, Сяо Юй?

— А если без него, то как до тебя докричаться? Не увиливай, зачем пришла?

Теперь Чэнь Момо окончательно убедилась, что Ся Тинюй ничегошеньки не расслышал.

— Увидела у тебя в ленте. — Она кивнула на большой экран и замедлила темп речи: — Я вообще-то фанатка Лян Цууна, между прочим.

— Да он тебе в отцы годится, какая к черту фанатка… — Ся Тинюй легко постучал Чэнь Момо по макушке. — Это тебя Чэнь Цзуй заразил.

— Тц, и не упоминай его! — Чэнь Момо аж зубами скрипнула. — Только и делает, что поучает, хуже родного брата надоел…

Чэнь Цзуй — приемный сын семьи Чэнь. Несколько лет назад все они уехали за границу, оставив после себя пустой традиционный сыхэюань и одного лишь Чэнь Цзуя — якобы присматривать за домом, хотя по сути это мало чем отличалось от изгнания.

Родители Чэнь Момо были слишком заняты на работе и боялись, что за границей дочь отобьется от рук, поэтому перевели ее обратно на родину доучиваться в старших классах. Ей предстояло сдавать обычный китайский выпускной экзамен, а заодно готовиться стать наследницей семейного бизнеса в стране.

Чэнь Момо жила в просторном старинном доме в одиночестве, а Чэнь Цзуй ютился на мансарде кафе прямо за воротами. Мало того что он нанял экономку следить за ее бытом и питанием, так еще и за учебой ее велел контролировать ежесекундно.

Ся Тинюй никогда не одобрял нравы семьи Чэнь и искренне сочувствовал Чэнь Цзую, поэтому строго оборвал девушку:

— Чэнь Момо.

Обычно улыбчивый и мягкий человек, когда он хмурился, вид у него становился весьма внушительным.

Чэнь Момо и сама поняла, что сболтнула лишнего, и с виноватым видом опустила покрасневшие глаза.

— Прости… Я знаю, вы оба желаете мне добра, просто на душе кошки скребут.

— Сяо Юй… Пойдем внутрь, не стой на холоде, там и поговорим.

Ся Тинюй фыркнул:

— Будешь нормально разговаривать — выслушаю. Еще раз вздумаешь капризничать, найдется на тебя управа.

Стоило им войти в здание, как директор Бэй — в руке телефон, сама вся в мыле — выпорхнула навстречу толпе, озираясь под лучами солнца.

— Маленький Гу! Сюда!

В зоне отдыха неподалеку Гу Вэйчи выделялся среди нескольких студентов-художников, словно журавль среди куры.

— Ой, красавчик, ну соглашайтесь же, делов-то на пару минут!

— Вот этот ваш жест с брошенной жестянкой! Как же красиво тело изогнулось. Может, бросите еще что-нибудь просто так? Я сфотографирую, а потом с натуры нарисую, можно же?

— Ну или постойте прямо здесь, будто по телефону разговариваете.

— Ладно, давайте хоть в WeChat добавимся, встретимся отдельно, оплату гарантируем!

…

Заметив директора, Гу Вэйчи приподнял руку, давая окружающим понять взглядом: «Правда дела, я не обманываю», — и лишь после этого вырвался из кольца поклонников.

Директор, уже привыкшая к одержимости этих фанатиков живописи, которые только и норовят использовать любого прохожего как модель, с улыбкой разогнала молодежь по другим углам и обернулась извиниться перед Гу Вэйчи.

Но Гу Вэйчи вовсе не выглядел расстроенным:

— У меня двоюродный брат тоже в этом институте учится, для молодежи это нормально.

— И то верно. — Директор прищурилась, заслоняясь от солнца и разглядывая гостя. — Вы ведь и сами не намного их старше.

Прежде они общались исключительно по электронной почте: в сети Гу казался зрелым, сдержанным, вежливым и отстраненным, но никто не ожидал встретить столь потрясающе красивого молодого человека.

— Пойдемте, в моем кабинете поболтаем, — предложила директор.

Главный корпус был самым старым зданием в детском доме. Директор уже в возрасте поднималась по лестнице медленно, поэтому предложила совместить подъем с рассказом об истории этого места.

Гу Вэйчи придерживал ее за локоть и слушал со всей серьезностью.

— Спасибо вам за лифт, который вы помогли проспонсировать, огромную проблему нам решили.

— Вон там, в просвете двора, как раз оборудование свалено. Перед Новым годом мастера разъехались по родным деревням, так что работы теперь продолжатся только после Праздника весны.

— Вы мне льстите, — сдержанно отозвался Гу Вэйчи. — Я ведь преследую собственные цели, не такой уж я бескорыстный, как вы думаете.

— Ой, да бросьте вы.

Пожилая женщина вздохнула с чувством:

— Я здесь почти всю жизнь провела, людей насквозь вижу. Вы — хороший парень, и помощь тут ни при чем.

Гу Вэйчи больше ничего не ответил. Он молча шагал вперед, рассеянно скользя взглядом по сторонам, словно пытаясь запечатлеть в памяти каждую мелочь, чтобы забрать с собой.

Двери и окна заменили на новые, но стены и полы по-прежнему выглядели запущенными: сероватые коридоры, бежевая плитка, тусклые желтоватые разводы от протекавшей прошлым летом крыши — всё это казалось настолько первозданным, будто можно было одним шагом перенестись на двадцать с лишним лет назад.

В кабинете директора они заварили чай и сели друг напротив друга. Гу Вэйчи сразу перешел к делу.

— Полгода назад мне прислали анонимное письмо, а внутри лежала ключица от банковской ячейки.

Он достал из внутреннего кармана несколько квитанций и положил на стол:

— Я провел небольшое расследование. Эту ячейку арендовал человек, который, судя по всему, работал бухгалтером в вашем детском доме.

Директор вгляделась в мелкий почерк в нижней части бланка:

— Чжо… Чжо Жун?

Гу Вэйчи кивнул.

— Вы ее ищете?

— Она… сегодня здесь?

— Нет.

В глазах Гу Вэйчи мелькнула едва заметная искра надежды:

— Подскажите, когда она сможет принять меня? Я бы хотел с ней увидеться.

Сняв очки для чтения и положив их на колени, директор Бэй тяжело вздохнула и посмотрела в окно.

— Она умерла.

Глава 11. О чем думаешь

Папа, у всех детей в садике есть мамы, почему у Сяочи ее нет?

Как нет? Мама просто уехала за границу. Смотри, она сейчас… вон в той точке на глобусе.

А когда мама вернется оттуда к Сяочи?

Сяочи, послушай, мама бросила нас с тобой и больше никогда не вернется.

Не верю! У-у-у…

Мужчинам не положено плакать. Давай о тебе будет заботиться тетя Ли, хорошо?

Плохо! Тетя Ли не любит Сяочи!

Она еще тайком говорила, что Сяочи плохой!

Сяочи очень хороший! Мама не бросит Сяочи!

…

Маленький Гу, Маленький Гу?

М?

На холодноватом красивом лице на миг промелькнуло замешательство, и лишь когда зрачки резко сузились, Гу Вэйчи пришел в себя и взял из рук директора квитанцию.

Ладони отчего-то вспотели, и бумага под его пальцами пошла мелкими складками.

— Простите, я просто… не ожидал.

Мужчина внешне остался совершенно спокойным, вот только легкая улыбка исчезла с его губ:

— Когда это случилось?

— Месяца три-четыре назад.

Директор с сожалением покачала головой:

— Старая добрая знакомая, ей уже за шестьдесят было. Осталась работать после выхода на пенсию, но против рака не попрешь. Всё произошло так быстро…

За шестьдесят…

Вряд ли это она.

Сердце, замершее в груди, понемногу опустилось на место, напряженное тело расслабилось. Гу Вэйчи уперся локтями в колени, сцепил пальцы в замок и глубоко вздохнул.

Чжо Жун уже нет в живых, но события тех лет действительно имели место, так что докопаться до истины все равно придется.

— Директор Бэй, я приехал сюда не только ради встречи с Чжо Жун, но и из-за содержимого той банковской ячейки.

— О? — посмотрела на него директор. — Говорите. Если я смогу чем-то помочь, сделаю всё возможное.

Гу Вэйчи достал из папки с документами лист формата А4, сплошь исписанный по-английски, и подвинул его через журнальный столик.

— В ячейке хранились реквизиты зарубежного счета, и владельцем указан я.

— В прошлом месяце я обратился в банк для подтверждения и выяснил, что единственный перевод на этот счет поступил со счета вашего детского дома.

— Перевод был сделан двадцать семь лет назад.

— Двадцать семь лет назад… — директор задумчиво потерла виски. — Меня тогда еще здесь не было, но Чжо Жун уже работала.

Взглянув на сплошной английский текст, она уточнила:

— А отправителем тоже была Чжо Жун?

Длинный палец указал на цепочку латинских букв, и Гу Вэйчи пояснил:

— Банк подтвердил, что это был корпоративный счет организации.

Прошло почти тридцать лет, никаких прямых улик не осталось. Найти за рубежом даже малейшие следы из прошлого уже было невероятно сложным делом, так что теперь оставалось искать подсказки только здесь, в детском доме.

Директор сразу всё поняла:

— Вы хотите поднять архивы двадцатисемилетней давности?

Гу Вэйчи кивнул:

— По тем временам сумма была немаленькой. Поскольку перевод шел по линии юридических лиц, я предполагаю, что в учреждении должны были остаться записи.

— Я понимаю, что это мое личное дело и поднимать архив ради него — большая дерзость, но… речь идет о моей родной матери, и я должен попытаться.

Каждое его слово звучало искренне, и в глазах директора читалось сочувствие.

— Записи, безусловно, есть. Расходов у нас тогда было немного, а Чжо Жун вела дела исключительно скрупулезно, всё, что положено, она обязательно сохранила.

— Вот только искать может оказаться непросто.

Она указала пальцем на потолок:

— Прошлым летом дождей было много, в конце года кровлю полностью перекрыли и утеплили, а все архивы из кладовой временно перенесли на склад.

Гу Вэйчи подался вперед:

— Ничего страшного, я могу…

— Ой, чуть не забыла! — директор хлопнула себя по лбу. — Есть человек, который вам поможет! Перед тем как архивы перевезли на склад, именно он приводил их в порядок!

— Он как раз сегодня здесь, я сейчас же пойду позову его.

— На улице столько народу, — вежливо возразил Гу Вэйчи. — Может, лучше просто позвонить?

— Позвонить?! Ты с ума сошла, Чэнь Момо!

Ся Тинюй нервно вцепился в собственные волосы.

— Мало того что мой голос и голос твоего брата Чэнь Цзуя ни капли не похожи, так у меня еще и… фобия телефонных звонков.

Слуховой аппарат не делал его глухим наглухо, но когда собеседника не видишь и не чувствуешь, всегда есть риск в любой момент перестать его слышать — это же просто ужасно.

К тому же, по этому телефону придется разговаривать с классным руководителем насчет катастрофического падения успеваемости Чэнь Момо, выслушивать нагоняй, да еще и оправдываться от лица законного представителя.

Чэнь Момо прекрасно понимала свою вину, плакала так, что весь макияж размазался по лицу, и всхлипывала с каждым словом:

— Я же просто боялась… боялась, что если Чэнь Цзуй расскажет всё моим папе и маме, мне здорово достанется…

— Тебе и должно достаться, он-то тут при чем?

На просторном внутреннем дворе Ся Тинюй кружил вокруг сложенного штабелями оборудования для лифта.

— Я уж не требую от тебя заоблачных баллов, но хотя бы порог бакалавра преодолеть надо! Я — и то с моим слухом в университет поступил, а ты… эх ты!

Чэнь Момо потерла глаза:

— Сяо Юй, не говори так о себе… Я, я буду стараться, честное слово! Те репетиторы, которых нанял Чэнь Цзуй, мне совсем не нравятся. Лучше ты со мной занимайся, я заплачу вдвое больше, чем семья Ло.

— Если у тебя куры денег не клюют, можешь прямо здесь их пожертвовать, — вспылил Ся Тинюй, вытащил из кармана ее пуховика бумажную салфетку и сунул ей в руку. — Вечно ты умудряешься съехать с темы на любой фразе, невыносимо просто.

http://bllate.org/book/33798/4157695